Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Фотографии психически больных людей: В Госдуме предложили вернуться к принудительному лечению душевнобольных — Российская газета

Содержание

В Госдуме предложили вернуться к принудительному лечению душевнобольных — Российская газета

В подмосковных Химках вчера две женщины получили ножевые ранения после нападения на них психически больного 26-летнего мужчины. Причем одна из пострадавших женщин оказалась матерью преступника. Она попала в больницу с ножевым ранением брюшной полости. 28-летняя женщина, которая просто зашла в гости, также пострадала, у нее открытая рана грудной клетки.

Прибывшие полицейские задержали нападавшего. Им оказался мужчина, страдающий психическим заболеванием. Установлено, что у него острое психическое расстройство шизоидного типа, и ранее он уже был судим за покушение на убийство.

В последнее время подобные случаи происходят, к сожалению, очень часто. Психически больные люди, которые живут среди нас, все чаще берутся за оружие. Жуткая трагедия, напомним, недавно произошла в Нижнем Новгороде. Там от рук также страдающего психическим заболеванием мужчины погибла целая многодетная семья. Олег Белов убил и расчленил своих шестерых детей, беременную жену и родную мать.

Сейчас активно обсуждаются предложения вернуться к советской практике принудительного лечения душевнобольных. С такой инициативой выступил зампредседателя думского Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Вадим Соловьев. Парламентарий направил запросы главе МВД Владимиру Колокольцеву, генпрокурору Юрию Чайке и министру здравоохранения Веронике Скворцовой, в которых просит посодействовать в усилении контроля за психически больными гражданами.

Как рассказал «РГ» депутат Соловьев, нынешнее законодательство, к сожалению, не позволяет полноценно контролировать неадекватных людей и изолировать их от общества.

Действующий сейчас Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» допускает только три условия, при которых неадекватный человек может быть принудительно госпитализирован.

И все их можно свести к общему знаменателю: если человек не буйствует либо не проявляет признаков своего душевного недуга в присутствии медиков и представителей власти, нет никаких оснований даже отправлять его на медосвидетельствование.

Опасность для общества представляют примерно 15 тысяч психически больных из 5 млн зарегистрированных

То есть, по мнению депутата, никаких превентивных мер по отношению к больным по действующему законодательству принять невозможно.

Даже если они неоднократно буянят, избивают своих родственников, им стоит всего лишь к моменту приезда медиков становиться тихим и казаться внешне нормальным. По мнению депутата, это говорит о серьезной правовой проблеме: иных условий, при которых буйный и потенциально психически больной человек был бы изолирован от общества, в первую очередь от детей, законами не предусмотрено.

По словам юристов, закон допускает принудительную госпитализацию душевно больных только в одном случае: если человек уже стоит на учете и проявляет себя крайне агрессивно в присутствии представителей органов власти или врачей. При этом, если на следующий день после госпитализации больной заявит, что чувствует себя хорошо и отказывается от дальнейшего лечения, врачи обязаны его выписать. Автор инициативы напоминает, что в Советском Союзе существовал закон о принудительной госпитализации, который как раз и гарантировал, что агрессивного человека, если есть основания подозревать его в психическом нездоровье, могли принудительно забрать в медучреждение для освидетельствования и изолировать от общества, в случае необходимости отправив на лечение.

Не менее остро стоит проблема учета психически больных людей. По словам практикующих врачей, контролировать и отслеживать больного невозможно — он может переехать в соседний регион и навсегда пропасть из поля зрения. Из-за отсутствия единой базы психбольных врач или участковый из другого региона никогда не узнают, кто именно оказался на их территории. В связи с этим депутат Соловьев просит главу минздрава Веронику Скворцову наряду с возвратом к принудительной госпитализации буйных больных рассмотреть возможность создания единой базы психически больных.

Стоит отметить, что в профессиональной среде нет однозначной позиции на этот счет. Ряд психиатров считает, что возврат к практике принудительной госпитализации необходим как единственно возможная мера превентивной защиты граждан от буйных душевнобольных. С другой стороны, велик риск злоупотребления этим правом, и в советское время с этим многие столкнулись.

Мнения экспертов

Детский клинический психолог, член Общественного совета по защите семьи и традиционных семейных ценностей при Уполномоченном при президенте РФ по правам ребенка Ирина Медведева согласна с тем, что Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» несовершенен.

— Да, права больного человека защищены. Пока он не совершил зверского преступления, его лечить нельзя. Но разве страдающий тяжелым недугом человек может сам сделать правильный выбор в отношении своего лечения? Конечно, он сочтет себя здоровым и откажется от госпитализации, — отмечает психолог.

Замгендиректора по научной работе ФМИЦ психиатрии и наркологии имени Сербского Минздрава России Евгений Макушкин считает, что действующий закон оптимален.

— Другое дело, что есть проблемы, связанные с сотрудничеством полицейских и медиков по обеспечению профилактики. Если человек не состоит на учете, предсказать развитие заболевания — выше какой-либо психиатрической компетенции, — указывал специалист.

— Само по себе принудительное лечение допустимо, однако со временем оно может превратиться в форму карательной психиатрии, как это было в 1960-1980-х годах в СССР, — предостерегает в свою очередь психиатр Константин Поживельковский. — Поэтому, на мой взгляд, действующая система, когда принудительная госпитализация возможна только по решению суда, вполне оправдана. Вместе с тем можно расширить перечень показаний для судебной экспертизы психически больных людей, чтобы не ждать, когда они причинят кому-то реальный вред.

Кроме того, по словам эксперта, необходимо развивать амбулаторную психиатрическую службу, то есть усиливать контроль за уже известными пациентами и активно выявлять новых. Но заниматься этим должны участковые психиатры, которых сейчас либо нет, либо их недостаточно, резюмировал эксперт.

Справка «РГ»

В России за психиатрической помощью ежегодно обращаются 8 млн человек, из них около 5 млн становятся постоянными пациентами психиатров и остаются в системе психиатрической помощи на долгие годы. В то же время, по данным официальной медицинской статистики, опасность для общества представляют только примерно 15 тысяч больных из общего числа зафиксированных психически больных. Они потенциально опасны, в состоянии ремиссии ведут себя, как обычные люди, однако в состоянии возбуждения могут совершить любое преступление.

При этом психиатров в стране не хватает. По официальным данным, таких специалистов насчитывается 13,5 тысячи. Для сравнения, психологов у нас — более 40 тысяч. Еще одна проблема заключается в том, что психиатры, дефицит которых налицо, львиную долю своего времени тратят на то, что выписывают справки для устройства на работу, для получения водительских прав, для устройства детей в садик.

Что такое тест Сонди?

Тест Сонди — это проективный психологический тест, разработанный Леопольдом Сонди в Будапеште, Венгрия. Как и в тесте Роршаха, в тесте Сонди люди просматривают 48 фотографий разных психически больных и выбирают те, с которыми они чувствуют себя наиболее похожими. Без ведома испытуемых все люди на фотографиях так или иначе проявляли садистскую природу. Szondi далее поместил фотографии в четыре категории; маниакально-депрессивный, гомосексуальный и садистский, эпилептический и истеричный, параноидальный и кататонический. Современная психология больше не использует критерий Сзонди в большей степени, чем другие психологические инструменты из-за очевидного слабого анализа теории.

Леопольд Сонди предположил, что люди будут либо привлекаться, либо отталкиваться фотографиями, свидетелями которых они были, основываясь на своих собственных личностях. Он также постулировал, что их реакции на фотографии будут меняться и изменяться в зависимости от их настроения, и, как таковой, этот тест придется повторять несколько раз. Чтобы получить лучшее представление о пациенте, Сонди предложил также проанализировать историю его семьи. Это позволило бы аналитику увидеть, от каких расстройств, возможно, страдала семья, и как их жизнь проходила с точки зрения любви, брака и выбора профессии.

Считается, что у людей есть побуждения и реакции, которые им неосознаны, и тест Сонди должен раскрыть некоторые из этих тенденций. Тест не обходится без недоброжелателей, некоторые утверждают, что он ненадежен, поскольку основан на субъективном суждении лица, проводящего тест. Несмотря на то, что метод вызывает сомнения, тесты все еще довольно широко используются как средство раскрытия внутренней работы людей с психическими и эмоциональными проблемами. Считается, что, сохраняя неоднозначность проективного теста, субъект может более свободно говорить о проблемах, которые резонируют на более глубоком уровне.

Тест Роршаха — также проективный тест, который используется для исследования и понимания психологических и эмоциональных расстройств человека. В отличие от теста Сзонди, тест Роршаха все еще широко используется и уважается как психологический инструмент. Проективный психологический тест — это личностный тест, который просит человека ответить на загадочные раздражители. Это, по-видимому, позволяет психологу обнаруживать определенные глубинные эмоциональные проблемы. Объективный тест является полярной противоположностью субъективного теста и стремится понять человека с помощью простого формата вопросов и ответов.

ДРУГИЕ ЯЗЫКИ

Построить новый корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии

Построить еще один корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии Вячеслава Наговицына в ходе его рабочей поездки в Мухоршибирский район. В последнее время в «Мухоршибирский психоневрологический интернат» стали поступать больные с серьезнейшими отклонениями, которым требуется особый уход. Именно поэтому заведению необходим еще один корпус. Глава Бурятии пообещал включить его строительство в бюджет уже в следующем году. Отметим, что очередь в интернат сегодня составляет порядка 90 человек. Об этом корр. ИА UlanMedia рассказал директор АУСО «Мухоршибирский ПНИ» Сергей Снегирев.

Построить новый корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии. Автор фото: Анна Огородник, UlanMedia

Интернат для душевно больных людей существует в с. Новый-Заган как градообразующее предприятие.

— На сегодняшний день здесь проживают 288 человек — все недееспособные, их обслуживает 141 человек, — говорит Сергей Снегирев. — Наша задача — обеспечить нашим клиентам достойные условия проживания здесь. По состоянию своего здоровья они вынуждены проживать в таком учреждении. Задача персонала — обеспечить им достойное обслуживание.

Построить новый корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии. Автор фото: Анна Огородник, UlanMedia

Построить новый корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии. Автор фото: Анна Огородник, UlanMedia

Для того, чтобы люди не потеряли те навыки, которые у них были, в интернате стараются всеми силами их сохранить.

— У нас есть подсобное хозяйство, где люди с удовольствием ухаживают за скотом, за коровами, овцами, свиньями. Есть разные подсобные предприятия на территории — швейный, столярный цех, где люди также в меру своих возможностей проходят трудотерапию по назначению врача, — рассказал директор интерната.

Построить новый корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии. Автор фото: Анна Огородник, UlanMedia

Сильно острых проблем в интернате, по его словам, нет, кроме одной — в интернат все чаще стали поступать более тяжелые больные, которым требуется специальный уход, специальное содержание.

— Перед главой республики мы поставим вопрос о строительстве еще одного, специального здания, муниципального корпуса для такой категории больных. Скажем, неадекватных. Здесь живут разные люди — начиная от слабоумия и кончая полным идиотизмом, то есть люди в очень тяжелом состоянии, — рассказал Сергей Снегирев.

Построить новый корпус для тяжелых психически больных людей попросили главу Бурятии. Автор фото: Анна Огородник, UlanMedia

Интернат тесно сотрудничает с районной больницей, поэтому в кадрах особо не нуждается. Другой вопрос в том, что штатных врачей в больнице нет, все работают по договору. Персоналу также приходится нелегко, ведь в интернате живут разные люди, которые не осознают, что некоторых из них просто бросили на произвол судьбы.

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:

Не допустить закрытия школы-интерната в селе Усть-Алташа в Бурятии призывают активисты ОНФ

Лучшего по профессии выбрали среди социальных работников в Бурятии

«Созидать и уходить в зону своих интересов». Как пережить весеннее обострение

Температурный режим и пробуждение природы

Вопреки расхожему мнению о том, что психические заболевания в весенний период обостряются у всех людей с разного рода расстройствами, это не совсем так. По словам психолога Евгения Димитраша, наиболее распространенными заболеваниями, показывающими обострение в весенний период, являются маниакально-депрессивное или биполярное расстройство, а также депрессивные состояния.

Однако несмотря на то, что перечень заболеваний сужается, факт того, что психические расстройства становятся более выраженными именно весной, все-таки есть. И касаются изменения психоэмоционального состояния не только больных людей. На что есть вполне объективные причины.

Как говорит психолог и психотерапевт Наталья Наумова, во всем виноваты метеоусловия.

«Атмосферное давление и температурный режим взаимосвязаны. Чем выше температура – тем ниже давление, и наоборот. С изменением давления метеочувствительные люди очень остро ощущают перестройку организма под новый температурный режим, а чувствительность нервной системы возрастает. Особенно на фоне нехватки витаминов после зимы», – объясняет эксперт.

Также психоэмоциональные изменения связаны с тем, что весна – это период расцвета и пробуждения природы, добавляет Евгений Димитраш. Психолог отмечает, что весну часто связывают с новыми надеждами, люди запускают новые проекты, реализуют задуманное.

«Весна – период бурной деятельности и романтичная пора. Все это влияет на общий психоэмоциональный фон. Люди, уставшие от зимней серости, получают больше солнца и витамина D. Эти психофизиологические факторы влияют на наше психоэмоциональное состояние, на улучшение самочувствия, люди становятся более оптимистичными», – констатирует Димитраш.

На психически здоровых людях эмоциональные колебания с большой вероятностью скажутся только положительно, уверяет Димитраш.

«Если, конечно, они будут направлять свои мотивы в конструктивное русло», — добавляет врач.

Психически нездоровым людям лучше обратиться к лечащему врачу, чтобы контролировать состояния и при необходимости получать медикаментозное лечение, рекомендует эксперт. Ведь в случае наличия расстройства, последствия таких психоэмоциональных изменений могут оказаться непредсказуемыми, а иногда даже разрушительными.

Что делать, если весна принесла не позитив, а тревогу

Самым правильном решением во время весеннего обострения будет уход в физическую и интеллектуальную активность, уверен психолог Димитраш.

«Нужно занимать свое тело и мозг: творить, созидать и уходить в зону своих интересов. Важно в этот период заниматься тем, что нравится — и получать от этого удовольствие», – советует эксперт.

Во избежание же тревоги в связи со сложившейся в мире ситуацией нужно как можно меньше смотреть и читать новости и ограничивать себя в сомнительных источниках информации, направляя все внимание на собственную активность и деятельность, рекомендует он.

Также, по словам Димитраша, сейчас особенно важно нагрузить себя физически, морально, умственно и духовно. Весна – хорошее время для освоения нового, говорит психолог. Главное – не зацикливаться на тревожных мыслях и состояниях.

«Если же сил на активность не хватает – нужно общаться с людьми, которых любите вы, и которые любят вас. Это поможет справиться даже с самыми сложными психологическими состояниями и переживаниями в этот переходный период», – считает Димитраш.

Психолог Наталья Наумова между тем добавляет, что также важно осознанно поддерживать себя и приводить в состояние спокойствия, относиться к себе с пониманием и добротой. Если что-то не получается, память подводит, а концентрация внимания падает, не нужно ругать себя, нужно похвалить, пожалеть и поддержать, стать самому себе родителем.

«Когда вам страшно и тревожно, нужно признать свой страх. Когда мы принимаем свои чувства и начинаем дарить себе приятные ощущения – все сразу приходит в норму», – убеждена Наумова.

По ее мнению, именно весной каждый должен позволить себе видеть яркие красивые картины и цвета, побольше находиться на солнце, гулять и восстанавливать силы. Поможет и вкусная еда, и приятные запахи вокруг. Весной мысли нужно приводить в порядок, а тревожные – отпускать, считает психолог.

Change your glasses

Инструкции 
  1. Вместе с группой проведите мозговой штурм по вопросу о людях, которые относятся к тем или иным уязвимым группам, живут на грани бедности или отчужденности; это могут быть, например, лица с инвалидностью или люди, не имеющие жилья.
  2. Попросите каждого участника, чтобы он выбрал одного человека из указанных в пункте 1 групп, которого он знает, и объясните ему, что они вместе должны выйти и исследовать местность глазами этого человека.
  3. Подчеркните, что дело не в том, чтобы разыграть роль, а в том, чтобы выйти на улицу и представить себе, как это – быть другим человеком. Как бы они себя почувствовали на месте этого человека? Например, могут ли такие люди пользоваться всеми удобствами? Где они покупают хлеб (если они могут себе это позволить)? Где они живут?
  4. Раздайте очки, если они у вас есть! Скажите участникам, что, пока они будут гулять в окрестностях, они должны сфотографировать или снять с помощью цифровых камер или мобильных телефонов все, что их заинтересует, в качестве документа для отчета. Согласуйте со всеми время возвращения.
  5. По возвращении, попросите каждого участника перебросить свои фотографии на компьютер, а затем выбрать две, три или четыре, чтобы распечатать, смонтировать на большом листе бумаги и закрепить на стене. Фотографии должны быть без названия.
  6. Когда все фотографии будут смонтированы на стенах, попросите каждого попытаться угадать, какие группы на них представлены; а затем пригласите каждого участника уже в качестве автора представить свои фотографии и объяснить, почему его заинтересовала конкретная группа, глазами которой он хотел «увидеть мир». 
Анализ и оценка

Начните осмотр выставки, а затем попросите участников рассказать по очереди, что они пережили и что они видели.

  • Что скажете по поводу случившегося? Вам понравилось это упражнение? Если понравилось, то почему? Если не понравилось, объясните почему?
  • Что было самым удивительным из того, что вы для себя открыли?
  • Почему вы выбрали именно этот пример?
  • Какие предубеждения или стереотипы были у вас о человеке, которого вы выбрали? Какое влияние они оказали на то, как вы делали упражнение, и на то, что именно вы решили «увидеть»?
  • Разбудило это упражнение в вашем сердце какое-либо сочувствие к человеку, оказавшемуся на грани отчуждения? Если да, то почему? Если нет, то почему?
  • Что нового вы узнали о себе? 

Теперь перейдем к обсуждению некоторых более общих вопросов:

  • «Я знаю, что я не вижу вещи такими, какие они есть; я вижу вещи такими, какими я их вижу». Какое воздействие оказывают наши стереотипы и убеждения на то, каким мы видим мир вокруг нас?
  • Откуда мы получаем нашу информацию о маргинальных и уязвимых группах?
  • Насколько рискованно делать предположения о каком-то человеке на основе общих представлений о группах в целом?
  • Насколько рискованно делать обобщения о группе людей на основании одного или двух примеров?
  • Какие права человека конкретно защищают  людей из уязвимых групп или лиц, живущих на грани отчуждения, которые были идентифицированы участниками мероприятия?
  • Как чаще всего нарушаются права этих людей?
  • Насколько легко для них отстаивать свои права?
  • Кто должен нести ответственность за то, чтобы их права не нарушались или они могли ими воспользоваться? 
Советы ведущему

Вы можете выполнить это упражнение в качестве вводного или основного мероприятия. В ходе занятия следует сделать перерыв на отдых и выйти подышать свежим воздухом, а на свободное время запланировать какое-нибудь дополнительное задание.

Инструкции предлагают участникам работать индивидуально, но само упражнение может быть выполнено в малых группах. Практические соображения – такие, как состав группы и наличие фотокамер, – помогут вам определить, как следует провести упражнение. Имейте в виду, что участникам понадобится время, чтобы представить свои фотографии, поэтому в зависимости от состава группы оговорите количество снимков, которое каждый участник может выбрать для экспозиции.

Примерами людей из уязвимых групп могут быть одинокая мать с маленькими детьми, пенсионер, иммигрант, человек в инвалидной коляске или человек, страдающий ВИЧ / СПИДом. Примеры людей на грани отчуждения могут включать в себя бездомных, нелегальных иммигрантов, неграмотных, психически больных людей или членов общины цыган-рома. Все это – примеры групп людей, которые лишены возможностей, доступных для большинства. Все  люди из уязвимых, маргинализованных групп бедны, страдают от предрассудков и стереотипов и часто подвергаются какой-либо дискриминации – например, в том, что касается доступа к достойному жилью и к работе, – именно из-за ситуации, в которой они оказались.

Очень важно, чтобы участники понимали, что они не могут уйти от реальности и игнорировать тот факт, что они видят мир своими глазами, и что они в то же время должны представить себе, что значит быть человеком, живущим на периферии общества. Они должны знать, что, приходя на занятия со своими прежними стереотипами и чувствами, они рискуют укрепить в себе убеждения, которые можно квалифицировать как искаженные или ошибочные. Они также должны понимать, что стереотипы – это (полезные) обобщения о группе людей, но ими надо пользоваться осторожно, так как в пределах группы бывает большой разброс, и обобщения не могут быть приложимы к каждому человеку. Для дополнительной информации о стереотипах см. раздел «Дискриминация и нетерпимость».

Варианты 

Инструкции рекомендуют работать индивидуально, но упражнение также может быть выполнено в небольших группах или со всей группой в соответствии с количеством фотокамер или мобильных телефонов, доступных для съемки фотографий.  

Вместо того чтобы монтировать фотографии по одной, все снимки можно объединить, чтобы сделать общую экспозицию или слайд-шоу под названием «Жизнь на задворках общества».

Вместо использования снимков, попросите участников, чтобы по их возвращении они рассказали вымышленную историю о каком-то человеке или изобразили ее в форме пантомимы.  

Если вы хотите, чтобы участники попробовали, каково это – жить по-другому, носить другую одежду и другую обувь, то дайте участникам новую обувь и новые очки! В разных языках существуют различные выражения, чтобы предложить людям попытаться представить себя другим человеком и пережить сочувствие к другому человеку. Поэтому в зависимости от языка одна и та же мысль может выражаться по-разному. 
 В том виде, как оно описано, упражнение рекомендует участникам представить себе, как живет человек, который находится в невыгодном или маргинальном положении, а потом выйти и попробовать посмотреть на мир его глазами. В качестве альтернативы можно выйти и понаблюдать, а затем включить воображение и рассказать об этом. Объясните, что обычно в нашей повседневной жизни мы очень заняты и вообще не обращаем внимания на других людей. Теперь же им надо будет смотреть очень внимательно! Скажите участникам, чтобы они вышли в город и в течение 5 минут выбрали кого-нибудь и последили за ним. Подчеркните, что они должны вести себя осторожно и не смущать выбранного ими человека. Это может быть кто угодно, о ком они думают, что он выглядит «необычно», желательно такой человек, чья жизнь разительно отличается от их собственной. Скажите участникам, что они должны запомнить их самое первое впечатление об этом человеке и ту причину, по которой они решили, что это и есть нужный им человек. Теперь они должны следовать за своим объектом, внимательно наблюдать за ним, попытаться представить себе, кто он, и создать общую картину его жизни, например: 

  • Какое у него может быть имя?
  • Сколько ему лет?
  • Чем он занимается?
  • Куда он идет?
  • Где он живет?
  • Есть ли у него подруга или семья, или он одинок?
  • Имеется ли у него работа? Кем он работает? Или он безработный?
  • Что может сделать его счастливым?
  • Есть ли у него хобби? Если есть, то какое?
  • Что он любит есть и пить? 

Договоритесь, что, например, через 30 минут все возвращаются, чтобы поделиться своим опытом. Они могут рассказать или проиллюстрировать словами и картинками жизнь выбранного ими человека. 

Возможно, вы захотите использовать роли, перечисленные в упражнении «Сделай шаг вперед». Это могло бы стать хорошим введением в упражнение или его развитием.

Предложения по продолжению 

В упражнении «Сделай шаг вперед» вы можете убедиться в том, как неравенство возможностей влияет на жизнь людей.  В упражнении «Повесть о двух городах» вы можете исследовать вопрос о том, какие способы финансирования социального обеспечения мы выбираем и какое влияние наши решения оказывают на жизнь людей.

Когда человек оказывается на задворках общества, то, чтобы выйти из этого положения, ему нужна работа с достойной заработной платой. Это может быть трудно, если вы, например, с инвалид или иммигрантом. Вы можете изучить некоторые из подобных ситуаций, обратившись к упражнению «Я хочу работать».

Идеи для действий

Выполните задания этого упражнения с вашей семьей, друзьями или коллегами и начните с ними дискуссию о правах человека.  

Вы также можете проверить свои представления о маргинальных слоях населения посредством общения с кем-нибудь из них, например, через проект «Живая библиотека» или, если вас интересуют бездомные и беженцы, посетив приют или центр размещения лиц в поисках убежища. Также вы можете связаться с активистом молодежной организации или с социальным работником, который занимается маргинальными людьми, и попросить их рассказать об истинной жизни людей, с которым они работают.

Дополнительная информация

В контексте этого упражнения мы используем термин «уязвимые группы/лица»; он означает тех, кто не всегда в состоянии прокормить себя, не являются самодостаточными или должны полагаться на финансовую поддержку. Поэтому они живут в бедности. В качестве примеров могут служить матери-одиночки, иммигранты или лица с инвалидностью. Люди часто являются «уязвимыми», потому что главная масса общества действует таким образом, что продолжает их «уязвимость» и делает их несчастными. Эти люди считают себя уязвимыми, потому что они лишены доступа к здравоохранению, образованию, информации и трудоустройству по сравнению с основной частью общества. Люди из уязвимых групп могут также испытывать недостаток автономии, мотивации, ответственности и уважения к себе. Барьеры на пути самообеспечения могут включать в себя отсутствие ресурсов, например, отсутствие работы, капитала или доступности общественного транспорта для людей с инвалидностью. Барьерами недоступности могут быть цена, плохой дизайн, расстояние, отсутствие рекламы и внимания общества к проблемам определенной группы людей. Ресурс также может быть недоступным, если он не нравится или неприятен для определенной группы или может не соответствовать ее собственным ценностям. При этом «уязвимые» не обязательно могут жить на «задворках общества» или на грани отчуждения.

Когда мы используем термин «задворки общества», мы имеем в виду концептуальное, а не физическое местоположение. По сути люди, живущие на задворках общества, исключены из участия в общественной жизни. Примеры людей, живущих на задворках или периферии общества, могут включать в себя заключенных, бездомных, неизлечимых психически больных или определенные группы, например, цыган-рома. Бездомный человек, например, не сможет зарегистрироваться для голосования, потому что у него нет почтового адреса (и/или документов). Это может означать, что такие люди теряют право на голосование по ключевым вопросам, которые могут затрагивать их, они остаются вне общества, потому что им не дают права голоса в вопросах о том, как ими управляют власти, или в вопросах об услугах, которые им предоставляются. Другим примером обездоленного человека может быть неграмотный человек, который становится изгоем, потому что он не в состоянии заполнить бланк жалобы или заявления на работу.  

 Идея «Живой библиотеки» возникла в Дании в 2000 году и в настоящее время продвигается Советом Европы через книгу под названием «Не судите о книге по ее обложке!». «Живая библиотека» работает точно так же, как обычная библиотека – читатели приходят и заимствуют «книгу» на ограниченный период времени. После прочтения они возвращают книгу в библиотеку и – если хотят – могут взять другую книгу. Существует только одно отличие: книги в «Живой библиотеке» – это люди, и книги вступают в диалог с читателями. Книги в «Живой библиотеке» – это люди, входящие в группы, которые сталкиваются с предрассудками и стереотипами и зачастую становятся жертвами дискриминации и социальной изоляции. «Читателем» этой библиотеки может стать любой желающий, кто готов говорить с его или ее собственными предрассудками и стереотипами. Книги «Живой библиотеки» могут не только говорить, они способны отвечать на вопросы читателей, и к тому же книги сами могут задавать вопросы и сами могут учиться.  www.effectivecommunities.com/articles

 

Цветные люди и фотопроект с психическими заболеваниями рассказывают истории о психическом здоровье, о которых недостаточно рассказывают

Некоторые из нас избегают открытого обсуждения проблем психического здоровья, но говорить об этом необходимо. И хотя были предприняты некоторые шаги по дестигматизации проблем психического здоровья, кампании и защитники не всегда так включают в себя цветных людей с психическими заболеваниями, даже несмотря на то, что Mental Health America (MHA) оценивает 8,9 миллиона латиноамериканцев или латиноамериканцев, идентифицирующих людей в Соединенных Штатах. Каждый год в штатах диагностируют психическое заболевание. Встречайте Диора Варгаса, который в 2014 году запустил фотопроект «Цветные люди и люди с психическими заболеваниями» в ответ на отсутствие информации о психически больных латиноамериканцах в основных СМИ. «Меня воспитали с верой в то, что психическое здоровье и психические заболевания — это удел белых. Итак, я хотел создать пространство, где люди могли бы делиться своими фото-историями. Я хотел создать ресурс, куда цветные люди могли бы обратиться за надеждой и чувством общности», — говорит Варгас.

Теперь, всего несколько лет спустя, Варгас планирует выпустить книжную версию своего популярного арт-проекта.«Психическое заболевание так или иначе влияет на всех, и оно оказывает медвежью услугу опыту цветных людей, показывая только белых людей как тех, кто имеет дело с этими состояниями. Я думала, что этот проект и общая беседа были необходимостью», — говорит она Bustle.

Идея проекта проста: в нем представлены фотографии цветных людей с табличками, на которых написано их имя и психическое заболевание. Мало того, что психические заболевания затрагивают 8,9 миллиона латиноамериканцев, но, по оценкам Национального альянса по психическим заболеваниям (NAMI), у чернокожих американцев на 20 процентов больше шансов получить серьезные проблемы с психическим здоровьем, чем у населения в целом.Более того, MHA прогнозирует, что более 2,2 миллиона американцев азиатского происхождения и жителей островов Тихого океана живут с психическими заболеваниями, и более 21 процента всего коренного населения США имеют психические заболевания. Эти статистические данные лишь еще больше подчеркивают необходимость обеспечения того, чтобы цветные люди, борющиеся с проблемами психического здоровья, не чувствовали себя изолированными или одинокими.

Не только отсутствие представительства в сфере психического здоровья, но и латиноамериканское сообщество, в частности , сталкивается с большими различиями, когда речь идет о поиске и получении психиатрического лечения.Несмотря на то, что латиноамериканское сообщество имеет такой же уровень восприимчивости к психическим заболеваниям, как и остальная часть населения, NAMI сообщает, что только 10 процентов психически больных латиноамериканцев действительно обращаются к специалисту по психическому здоровью. Варгас объясняет, что хотя стигмы, связанные с психическим здоровьем, существуют в каждой культуре и сообществе, есть определенные стигмы, которые уникальны для латиноамериканской культуры. «Клеймо, которое я нашел наиболее сложным, — это идея о том, что те, кто испытывает проблемы с психическим здоровьем, драматичны, что это un castigo de dios [наказание от Бога] или что человек слаб [из-за того, что психическое заболевание», — говорит Варгас.«Когда вас спрашивают, из-за чего вы должны быть в депрессии или думаете о том, что у вас есть, это также обесценивает. Это заставляет вас чувствовать себя ужасно — я знаю это по личному опыту».

Варгас добавляет, что важно отметить, что «язык и иммиграционный статус действительно усложняют ситуацию», когда речь идет о получении надлежащей психиатрической помощи. «Ксенофобия всегда была безудержной, но особенно в этом политическом климате. Это усугубляет состояние психического здоровья. Люди без документов боятся обращаться за помощью, потому что считают, что это повышает риск депортации», — говорит она.Учитывая нынешнюю атмосферу вокруг таких вопросов, как DACA и Закон DREAM, неудивительно, что иммиграционный статус препятствует доступности психиатрической помощи для людей без документов. Незарегистрированные люди любого происхождения более подвержены проблемам с психическим здоровьем из-за явного стресса от отсутствия документов.

Варгас, который идентифицирует себя как квир, также предупреждает, что «пересечение расы, этнической принадлежности, пола и сексуальности усугубляет угнетение, которое испытывают люди». По оценкам NAMI, у ЛГБТ-людей всех социально-экономических классов и рас в три раза больше шансов получить диагноз психического заболевания, чем у их гетеросексуальных сверстников.Кроме того, опрос, проведенный Национальным центром трансгендерного равенства в 2016 году, показал, что 40 процентов трансгендеров пытались покончить жизнь самоубийством в своей жизни. «Гомофобия и трансфобия уносят жизни людей, и людям, которые являются частью этих сообществ, показывают, что их жизнь одноразовая. Это вредно для психического здоровья и самооценки», — говорит Варгас. Она указывает на недавнее убийство трансгендерной латиноамериканки Виктории Рамос Гутьеррес, чтобы показать, как трансфобия влияет на психическое здоровье квир-латиноамериканского сообщества.

В целом, Варгас считает, что организациям и частным лицам, которые сосредоточены на пропаганде психического здоровья, необходимо расширить обсуждение, включив в него более маргинализированные сообщества, потому что интерсекциональность является ключевым фактором. «Программы [психического здоровья] должны думать о том, кого не хватает в разговоре. Они должны осознавать, что опыт людей с психическими заболеваниями неодинаков. При организации кто сидит за столом?» Варгас рассказывает суматохе. «Если вас действительно волнует опыт цветных людей, узнайте об уникальных стигмах и различиях.Не используйте людей для заполнения квоты — мы люди, и нас нужно ценить. Я работал в организациях по охране психического здоровья, которые делают вид, что интересуются нашим опытом, хотя на самом деле им важны цифры и то, как они выглядят. Это должно быть подлинным и искренним. Мы не пешки и не жетоны».

Психическое здоровье — это уже сложная тема, но те из нас, кто занимается улучшением текущего понимания проблем психического здоровья, должны быть инклюзивными и интерсекционными.Расширение разговора, чтобы сосредоточить маргинальные голоса, не просто важно — это необходимо для создания долгосрочных изменений.

Эти изображения демонстрируют неоспоримое влияние психических заболеваний на мозг

МРТ и ЭЭГ выявляют различия в электрической активности, форме и размерах

изображения сканирования мозга, демонстрирующие реальную разницу между мозгом человека с психическим заболеванием и здоровым мозгом, публикуются на Facebook. Проблемы психического здоровья в прошлом принижались из-за отсутствия «доказательств» — например, из-за старомодного восприятия депрессии как простого чувства грусти.

МРТ-сканирования мозга показали разные формы у людей с проблемами психического здоровья по сравнению с теми, у кого их нет. Николь Суини, ведущий психолог, сказала: «МРТ позволяет трехмерно взглянуть на мозг. При этом сканировании мозг также можно увидеть в отдельных слоях… Оно показывает точную картину физической формы мозга». ЭЭГ измеряют активность мозга.

Психологи используют оба метода для оценки фактических различий между людьми со здоровым мозгом и людьми, страдающими психическими заболеваниями.

Депрессия

Депрессия, поражающая каждого третьего учащегося в течение жизни, сопровождается сильными эмоциями тревоги, безнадежности и негативизма.

Исследования показали, что мозг человека, страдающего депрессией, и человека, не страдающего депрессией, существенно различается. Области мозга, отвечающие за настроение, память и принятие решений, могут изменяться в размере и функционировать в ответ на депрессивные эпизоды. Например, гиппокамп отвечает за хранение событий и реакцию на гормоны стресса в крови, такие расстройства, как депрессия и тревога, могут привести к его уменьшению и ослаблению.То же самое и с префронтальной корой, которая жизненно важна для эмоциональной регуляции и принятия решений.

В миндалевидном теле скрыты ваши эмоциональные воспоминания, но оно становится более активным при депрессии и посттравматическом стрессовом расстройстве, вызывая его увеличение. Это будет учитывать изменения сна и физической активности, а также увеличение гормонов, которые не нужны вашему телу.

К счастью, появляется все больше доказательств того, что эти структурные изменения головного мозга можно предотвратить и даже обратить вспять с помощью правильного плана лечения.

СДВГ

Синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) характеризуется гиперактивностью

Симптом СДВГ включает в себя: отсутствие внимания, ерзание, трудности с удержанием сидячего положения, гиперактивность личности, забывчивость, разговор вне очереди, поведенческие проблемы, импульсивность.

Национальный институт психического здоровья обнаружил, что у людей с СДВГ мозг физически меньше: «Исследования изучали, существуют ли структурные различия между детьми с СДВГ и детьми без расстройства.В одном исследовании с использованием МРТ изучались дети с СДВГ и без него в течение 10-летнего периода. Они обнаружили, что размер мозга различался между двумя группами. У детей с СДВГ мозг был меньше примерно на 3 процента, хотя важно отметить, что размер мозга не влияет на интеллект».

Области мозга, контролирующие внимание, не только меньше, но и менее активны у детей с СДВГ, чем у детей без СДВГ, как показано на МРТ. Хотя точная причина неизвестна, считается, что это сочетание физических изменений в мозге, генетики и химического дисбаланса.

ОКР и тревога

Обсессивно-компульсивное расстройство является распространенным тревожным расстройством и может приводить к нарушению повседневной жизни, сильным эмоциям одиночества и стыда, а также влиянию на отношения и физическое здоровье. Навязчивые мысли и навязчивые идеи могут сильно сказаться на жизни.

Исследования показывают, что проблема может заключаться в том, как одна часть мозга посылает информацию в другую, а также в недостатке серотонина.Серотонин важен для регуляции настроения и контроля импульсов. Нейровизуализационные исследования показали, что активность аномально повышена в лобной коре и подкорковых структурах. Эта часть мозга контролирует социальное поведение и может объяснить симптомы обсессивно-компульсивного расстройства в отношении ошибочных суждений и социальных проблем.

Некоторые также считают, что развитие ОКР у детей связано со стрептококковой инфекцией. Однако по сей день это довольно неопределенно, поскольку основная основа патофизиологии обсессивно-компульсивного расстройства постоянно меняется и развивается в соответствии с новыми данными и исследованиями.

Посттравматическое стрессовое расстройство

По словам доктора Бремнера из Йельского психиатрического института, исследования показали, что жертвы жестокого обращения в детстве и ветераны боевых действий испытывают физических изменений в гиппокампе, который является жизненно важной частью мозга для обучения и памяти, наряду с обработкой информации. стресс.

Он сказал: «Хотя такие симптомы обычно понимаются как психологические проблемы, некоторые или все из них вполне могут быть связаны с физическим воздействием сильного стресса на мозг.

«Гиппокамп также тесно взаимодействует с медиальной префронтальной корой — областью мозга, которая регулирует нашу эмоциональную реакцию на страх и стресс. Страдающие посттравматическим стрессовым расстройством часто имеют нарушения в одной или обеих этих областях мозга. Исследования детей показали, что эти нарушения могут привести к проблемам с обучением и успеваемостью».

 

Фотографии, которые вы публикуете в социальных сетях, могут многое рассказать о вашем душевном состоянии

Рауль Васкес / EyeEmGetty Images

Когда мы публикуем изображения в своих учетных записях в социальных сетях, таких как Facebook или Instagram, многие из нас могут выбрать фильтр, который делает закат еще краснее, шторм еще более контрастным, а зеленое поле — ярче.(Хотя, если вы спросите нас, матушка-природа не нуждается в улучшении!)

Но, хотя вы можете не задумываться о своем выборе, когда редактируете фотографию, готовую к публикации, на самом деле она может многое рассказать о вашем благополучии и даже может указывать на депрессию.

Новое психологическое исследование, проведенное Гарвардским университетом и Университетом Вермонта, показало, что на фотографиях, размещенных в Instagram, есть несколько ключевых индикаторов депрессии. Посмотрите, какие визуальные подсказки находятся в списке ниже.


Наиболее распространенные маркеры депрессии на фотографиях в Instagram

  • Изображения становятся темнее, серее или синее
  • Черно-белые фотографии популярны, а чернильница является предпочтительным фильтром
  • На них меньше людей и меньше лиц, что предполагает меньше социальных контактов
  • Селфи, скорее всего, покажут грустное выражение лица
  • Фотографии людей, страдающих депрессией, часто получают меньше лайков

    Люди, страдающие депрессией, часто публикуют черно-белые изображения

    Мэтт Андерсон ФотографияGetty Images

    Ученые, проводившие исследование, попросили добровольцев поделиться своими лентами в Instagram вместе с историей своего психического здоровья.Всего исследователи собрали 43 950 фотографий, размещенных в Instagram 166 разными людьми. Число людей в этом коллективе, страдавших клинической депрессией за последние три года, составило 71 человек, то есть чуть меньше половины группы.

    Фотографии были проанализированы на яркость, оттенок и цвет, а маркеры депрессии были обнаружены новым компьютером, который может распознавать депрессию на фотографиях, загруженных в социальные сети, с точностью 70%.

    Исследование также показало, что участники, которые были здоровее и счастливее, предпочитали использовать осветляющие фильтры, такие как Valencia.Среди этой группы были популярны более теплые оттенки.

    Этот контент импортирован из Instagram. Вы можете найти тот же контент в другом формате или найти дополнительную информацию на их веб-сайте.

    «С ростом доли наших социальных взаимодействий, происходящих в Интернете, потенциал для алгоритмической идентификации признаков раннего предупреждения множества психических и физических заболеваний огромен», — сказал доктор Кристофер Дэнфорт, соавтор исследования из Университета Вермонта. Электронная почта .

    «Представьте себе приложение, которое вы можете установить на свой телефон, которое отправляет запрос на прием к врачу, когда ваше поведение ухудшается, возможно, еще до того, как вы осознаете наличие проблемы».

    Этот контент импортирован из Instagram. Вы можете найти тот же контент в другом формате или найти дополнительную информацию на их веб-сайте.

    Исследование, опубликованное в журнале EPJ Data Science , показывает, что социальные сети можно использовать для ранней диагностики проблем с психическим здоровьем, а также могут привести к разработке приложений для психического здоровья, которые могут диагностировать депрессию.

    Хотите подписаться на аккаунт в Instagram, который всегда наполнен яркими, радостными изображениями, которые обязательно поднимут вам настроение? Убедитесь, что вы подписаны на нас @countrylivinguk.

    Этот контент создается и поддерживается третьей стороной и импортируется на эту страницу, чтобы помочь пользователям указать свои адреса электронной почты. Вы можете найти дополнительную информацию об этом и подобном контенте на сайте piano.io.

    Типы проблем и заболеваний психического здоровья

    Психическое заболевание — это общий термин для группы заболеваний, которые могут включать симптомы, влияющие на мышление, восприятие, настроение или поведение человека.Психическое заболевание может мешать человеку справляться с работой, отношениями и другими требованиями. Взаимосвязь между стрессом и психическим заболеванием сложна, но известно, что стресс может усугубить эпизод психического заболевания. Большинство людей могут справиться со своим психическим заболеванием с помощью лекарств, консультаций или того и другого. На этой странице перечислены некоторые из наиболее распространенных проблем с психическим здоровьем и психических заболеваний.

    Тревожные расстройства

    Тревожные расстройства — это группа расстройств психического здоровья, которая включает генерализованные тревожные расстройства, социальные фобии, специфические фобии (например, агорафобию и клаустрофобию), панические расстройства, обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) и посттравматическое стрессовое расстройство.Без лечения тревожные расстройства могут привести к значительному ухудшению повседневной жизни людей.

    Для получения дополнительной информации см.: Тревожные расстройства

    Поведенческие и эмоциональные расстройства у детей

    Распространенные поведенческие расстройства у детей включают оппозиционно-вызывающее расстройство (ODD), расстройство поведения (CD) и синдром дефицита внимания с гиперактивностью (ADHD). Лечение этих психических расстройств может включать терапию, обучение и медикаментозное лечение.

    Для получения дополнительной информации см.: Поведенческие расстройства у детей

    Биполярное аффективное расстройство

    Биполярное аффективное расстройство — это тип расстройства настроения, ранее называвшийся «маниакально-депрессивным расстройством».Человек с биполярным расстройством испытывает эпизоды мании (приподнятого настроения) и депрессии. Человек может испытывать или не испытывать психотические симптомы. Точная причина неизвестна, но точно установлена ​​генетическая предрасположенность. Стрессовые факторы окружающей среды также могут спровоцировать эпизоды этого психического заболевания.

    Для получения дополнительной информации см.: Биполярное расстройство

    Депрессия

    Депрессия — это расстройство настроения, характеризующееся снижением настроения, потерей интереса и удовольствия, а также снижением энергии.Это не просто грусть. Существуют различные типы и симптомы депрессии. Существуют различные уровни тяжести и симптомов, связанных с депрессией. Симптомы депрессии могут привести к повышенному риску суицидальных мыслей или поведения.

    Для получения дополнительной информации см.: Депрессия

    Диссоциация и диссоциативные расстройства

    Диссоциация — это психический процесс, при котором человек отключается от своих мыслей, чувств, воспоминаний или чувства идентичности. Диссоциативные расстройства включают диссоциативную амнезию, диссоциативную фугу, расстройство деперсонализации и диссоциативное расстройство личности.

    Для получения дополнительной информации см.: Диссоциация и диссоциативные расстройства

    Расстройства пищевого поведения

    Расстройства пищевого поведения включают анорексию, нервную булимию и другие расстройства, связанные с компульсивным перееданием. Расстройства пищевого поведения затрагивают женщин и мужчин и могут иметь серьезные психологические и физические последствия.

    Для получения дополнительной информации см.: Расстройства пищевого поведения

    Обсессивно-компульсивное расстройство

    Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) — это тревожное расстройство. Навязчивые идеи — это повторяющиеся мысли, образы или импульсы, которые являются навязчивыми и нежелательными.Принуждения — это отнимающие много времени и мучительные повторяющиеся ритуалы. Терапия включает когнитивно-поведенческую терапию (КПТ) и лекарства

    . Дополнительную информацию см. в: Обсессивно-компульсивное расстройство

    Паранойя

    Паранойя — это иррациональное и постоянное чувство, что люди «стремятся к вам». Паранойя может быть симптомом состояний, включая параноидальное расстройство личности, бредовое (параноидальное) расстройство и шизофрению. Лечение паранойи включает лекарства и психологическую поддержку.

    Для получения дополнительной информации см.: Паранойя

    Посттравматическое стрессовое расстройство

    Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — это состояние психического здоровья, которое может развиться в ответ на травмирующее событие. Это может быть автомобильная или другая серьезная авария, физическое или сексуальное насилие, события, связанные с войной или пытками, или стихийные бедствия, такие как лесные пожары или наводнения.

    Для получения дополнительной информации см.: Посттравматическое стрессовое расстройство

    Психоз

    Люди, страдающие психозом, могут испытывать бред, галлюцинации и спутанное мышление.. Психоз может возникать при ряде психических заболеваний, включая наркотический психоз, шизофрению и расстройства настроения. Лекарства и психологическая поддержка могут облегчить или даже устранить психотические симптомы.

    Дополнительную информацию см.: Психоз

    Шизофрения

    Шизофрения — это сложное психотическое расстройство, характеризующееся нарушениями мышления и эмоций, а также искаженным восприятием реальности. Симптомы шизофрении сильно различаются, но могут включать галлюцинации, бред, расстройство мышления, социальную изоляцию, отсутствие мотивации и нарушение мышления и памяти.Люди, страдающие шизофренией, имеют высокий риск суицида. Шизофрения — это не раздвоение личности.

    Для получения дополнительной информации см.: Шизофрения

    Где получить помощь

    Кризис, часть 1: Как Техас подводит психически больных

     

    Опубликовано 25 февраля 2021 г.

    Энн Уоллес сидела на диване в своем доме на западе Хьюстона зимним вечером 2015 года вместе со своим 86-летним мужем Доном. Они только что поужинали и заканчивали свой день, как и многие другие: смотрели новости и беспокоились о своем сыне Доне.

    До своего первого психотического срыва в 35 лет Дон построил жизнь, которой мог бы гордиться любой родитель. Он окончил Техасский университет A&M со степенью инженера-механика, женился на своей возлюбленной из колледжа и родил красивую девочку. Он был так близок со своими родителями, что отец был его шафером на его свадьбе.

    Но вдруг Дон, их Дон, исчез. Он начал слышать голоса, видеть шпионов. Он считал, что люди преследуют его. Его родители неоднократно пытались помочь ему, но в 2014 году он перестал принимать лекарства, бросил камень в окно и замахнулся на полицейского.Его поместили в государственную больницу Раск в трех часах езды к северу от Хьюстона, несмотря на возражения родителей.

    Считали дни до его освобождения. Только еще одна неделя.

    Внезапно зазвонил телефон.

    «В столовой произошло нападение, — сообщила звонившая медсестра Раска. — Дон без сознания.

    Поскольку Дон медленно умирал, его родители неоднократно спрашивали чиновников штата и больницы, что с ним случилось. Но годы спустя они все еще ищут ответы вместе с тысячами других техасцев.Годовое расследование Houston Chronicle показало, что сын Уоллеса был размещен в секретной системе, которая годами страдала от недофинансирования и недостаточного надзора.

    Система охраны психического здоровья Техаса перегружена: очереди на больничные койки растягиваются иногда до года. Отсутствие надзора со стороны государства настолько велико, что чиновники не смогли сказать, какие частные больницы получили государственные средства на коечное место, чтобы помочь сократить список ожидания. Штат только начал собирать эту информацию в сентябре.

    Предполагается, что 10 государственных психиатрических больниц должны быть своего рода последней страховкой для больных и неимущих, но многие из них представляют собой хаотичные и опасные места, куда полиция приезжает до 14 раз в день. И это для тех, кому посчастливилось найти кровать.

    Бюджетные сокращения в середине 2000-х годов и закон, который упростил процесс признания недееспособных лиц, чтобы предстать перед судом, привели к тому, что государство не смогло удовлетворить спрос на койки в психиатрических больницах, что привело к дефициту, из-за которого некоторые психически больные люди ожидают суда. месяцами томится в окружных тюрьмах без особой поддержки.

    В то время как государство пыталось увеличить количество койко-мест и финансирование общественных программ охраны психического здоровья, оно не сделало этого достаточно быстро. По последним доступным данным, согласно Фонду семьи Кайзер, около 3,3 миллиона взрослых техасцев — примерно каждый девятый взрослый — страдали от психических заболеваний в период с 2017 по 2018 год. Почти 840 000 из них сообщили о неудовлетворенных потребностях за это время.

    «Было серьезное пренебрежение», — сказал сенатор Джон Уитмайр, демократ от Хьюстона. «Руководство скажет, что они потратили миллионы долларов за последние несколько лет, и да, они это сделали, но слишком мало и слишком поздно.

    Чиновники Техасской комиссии по здравоохранению и социальным услугам неоднократно отклоняли просьбы Chronicle об интервью с лидерами в области психического здоровья, включая Тимоти Брея, помощника комиссара по системам государственных больниц, и Дорти Флойд, бывшего суперинтенданта государственной больницы Террелла, которая была председателем Dangerousness. Доска обзоров. Совет определяет, может ли пациент быть переведен из психиатрической больницы строгого режима в психиатрическую лечебницу минимального режима.

    «Защита здоровья и безопасности каждого человека, находящегося под нашим непосредственным наблюдением и в учреждении, которое мы регулируем, а также всего персонала в этих учреждениях является нашим главным приоритетом», — Кристин Манн, пресс-секретарь службы здравоохранения и социального обеспечения Техаса. , — говорится в подготовленном заявлении.«Мы благодарны губернатору Эбботту и членам Законодательного собрания Техаса, которые предоставили дополнительное финансирование в течение последних нескольких законодательных сессий, чтобы помочь нам решить многие проблемы, с которыми мы сталкиваемся, такие как расширение вместимости больниц штата и обеспечение большего количества коек по всему штату для лучшего удовлетворения потребность в уходе».

    Руководители штатов предпринимают шаги, чтобы снизить нагрузку на систему. Они начали финансировать план стоимостью 2 миллиарда долларов по подключению дополнительных 656 коек в государственной системе психического здоровья.Они допускают усмотрение в определении того, какие люди действительно нуждаются в психиатрической помощи максимальной безопасности. Они даже выделили 68 миллионов долларов на удовлетворение местных потребностей в области психического здоровья, включая программы по отвлечению от тюрем по всему штату.

    Адвокаты говорят, что в штатах должно быть 50 государственных психиатрических больничных коек на 100 000 населения, но в Техасе их меньше 8 на 100 000 человек. Список ожидания государственной койки в Техасе вырос почти на 600 процентов с 2012 года до начала пандемии COVID-19, которая только усугубила нехватку.

    Это означает, что штату приходится все больше полагаться на частные психиатрические больницы для получения коек, которые часто берут в день на сотни долларов больше, чем тариф Medicaid.

    И поскольку коек по-прежнему не хватает, остается все меньше места для людей, ищущих помощи для себя или совершенных членом семьи, как показало расследование Chronicle. Согласно документам, примерно 70 процентов из 2300 коек в 10 государственных психиатрических больницах заняты людьми, которые были признаны судом недееспособными или признаны невиновными по причине невменяемости.

    Результатом стала опасная и все более дорогая система, которая неоднократно не помогала таким людям, как Уоллес, и, что еще хуже, подвергала его опасности, помещая его с пациентами с длительной историей насильственных действий, как показало расследование Chronicle.

    ВРЕМЕННАЯ ЛИНИЯ: Как система психического здоровья Техаса оказалась перегруженной

    С 2014 по 2019 год в государственных больницах умерло около 100 человек, но подробностей мало. Чиновники Техасской комиссии по здравоохранению и социальным услугам заявили, что не каждая смерть рассматривается медицинским комитетом, но будут расследованы случаи, связанные с нападениями или сомнительными случаями смерти.Результаты этих расследований являются конфиденциальными.

    Техас обязан сообщать о случаях смерти в федеральные центры услуг Medicare и Medicaid только в том случае, если они могут быть связаны с ограничениями или изоляцией. Чиновники штата сообщили CMS о четырех случаях смерти за этот период времени, но федеральные чиновники расследовали только один из них, как показывают записи.

    Согласно документам, о смерти Дона не сообщалось федеральным властям.

    Жалоба федеральным властям может привести к расследованию, но сестра Уоллеса, Кэтрин, не знала, что может подать такую ​​жалобу.Ей сказали, что государственное расследование носит конфиденциальный характер. Семье дали только 13 страниц о смерти Дона — журнал вызовов скорой помощи за тот день и полдюжины журналов сотрудников, показывающих, что Уоллеса ударил по лицу другой пациент.

    — Это бесполезно, — сказала она.

    И так оплакивали без конца, недоумевая, как и почему умер Дон, и сколько других система подвела.

    Кэтрин Пренг и ее отец Дон Уоллес в доме Кэтрин 20 сентября 2020 года в Хьюстоне.Брат Кэтрин, которого также зовут Дон, скончался в результате удара по голове в государственной больнице Раска в 2015 году. Джимми Дейлу Матису предъявлено обвинение в убийстве.

    (Марк Маллиган, штатный фотограф | Houston Chronicle)

    ***

    Отец Дона, которого также звали Дон, был психологом Управления по делам ветеранов в Хьюстоне, когда его сын был маленьким. По его словам, его единственный сын был здоров, счастлив, без намека на психическое заболевание в детстве или подростковом возрасте. Он был естественным на теннисном корте. Он легко заводил друзей.Он получил отличные оценки и окончил Техасский университет A&M, где познакомился с Кэти, сокурсницей по инженерному делу. Они переехали в Плано после окончания учебы и поженились. Дон начал бизнес с помощью Кэти.

    В 1993 году, когда Дону было 34 года, через четыре дня после Дня Благодарения у них родилась девочка Джули.

    Кажется, все идет по плану, подумала Кэтрин, его старшая сестра.

    Но в следующем году ей позвонил брат, и она упала на колени.

    Дон сошел с ума, извергая обвинения, которые не имели смысла.

    «Мой брат сошел с ума», — подумала она.

    Кэтрин — клинический психолог, как и ее отец. Дома в Хьюстоне она сидела на полу, глядя на телефон, крепко сжатый в руках.

    Дрожа, она набрала номер родителей, отдыхавших в Северной Каролине. Они получили аналогичный звонок и уже забронировали билет обратно в Техас.

    Кэтрин села за руль своей машины и направилась на север, в Плано.

    Она прокручивала воспоминания, пока ехала, ища момент, который мог бы предупредить о нервном срыве Дона, но ничего не нашла.

    Заявление о разводе, поданное позже в том же году в округе Коллин, предполагает, что нервный срыв Дона начался задолго до этого дня.

    Его жена, Кэти, рассказала суду, что Дон стал эмоционально оскорбительным во время их шестилетнего брака; что он пытался накачать ее валиумом в мороженом; что он угрожал физической расправой.

    Вскоре после прибытия Кэтрин и ее родителей у Дона диагностировали шизоаффективное расстройство, которое может вызывать приступы паранойи, депрессии, галлюцинаций и бреда.Он был госпитализирован впервые в этом месяце в частном учреждении.

    Фотография Дона Уоллеса в детстве. Дон Уоллес скончался в результате удара по голове в Государственной больнице Раска в 2015 году. Джимми Дейлу Матису предъявлено обвинение в убийстве.

    (Марк Маллиган, штатный фотограф | Houston Chronicle)

    ***

    Если бы Дон родился примерно на десять лет раньше, его могли бы поместить в государственную психиатрическую больницу. Но в 1950-х годах в стране началась расплата за психическое здоровье.

    Новости о невыносимых состояниях в психиатрических больницах по всей территории США — в сочетании с появлением таких лекарств, как торазин, которые сделали для некоторых ненужными обязательства — вызвали новую волну лечения психических заболеваний. Президент Джон Ф. Кеннеди подписал в 1963 году Закон об общественном психическом здоровье, стремясь переключить национальную политику с институционализации на помощь по месту жительства. Согласно этому закону, штаты получат федеральное финансирование для строительства центров, предоставляющих услуги по лечению и диагностике психически больных в своих общинах.

    Людей массово выписали из государственных психиатрических больниц.

    Но общественные центры никогда не получали должного финансирования. А в 1981 году президент Рональд Рейган принял Всеобъемлющий закон о бюджете и примирении, предоставив блочные гранты общественным центрам психического здоровья по мере сокращения федеральных расходов на психическое здоровье.

    Финансирование общественных служб сократилось, что вынуждает больше техасцев обращаться за помощью в государственные больницы.

    Кровати продолжали исчезать. В 2003 году система потерпела разрушительное сокращение бюджета на 100 миллионов долларов для общественных служб охраны психического здоровья.В то же время законодатели сузили круг лиц, которые могут получать помощь от местных органов психического здоровья, и приняли законопроект, упрощающий процесс признания людей недееспособными по уголовным делам.

    Воздействие было незамедлительным. Согласно отчету Health Management Associates за 2011 год, количество диагнозов психического здоровья в отделениях неотложной помощи и поликлиниках 20 больниц Центрального Техаса подскочило на 79 процентов в период с 2003 по 2004 год.

    Опрос Техасской ассоциации округов показал, что расходы на здравоохранение в тюрьмах также начали расти в округах с населением 1 миллион и более человек.

    К 2005 году вместимость государственных больниц достигла «кризисного уровня», согласно отчету объединенного комитета Сената за декабрь 2006 года.

    Некоторые государственные больницы переполнены. В отчете говорится, что список ожидания достиг 200 человек.

    Губернатор Рик Перри затем одобрил запрос Департамента здравоохранения штата о выделении DSHS дополнительных 13,4 млн долларов для финансирования дополнительных 240 коек. Эти кровати быстро заполнялись.

    Поскольку люди, борющиеся с психическими заболеваниями, томились в тюрьмах в течение нескольких месяцев, адвокаты подали в суд на штат за нарушения процессуальных норм.Судебные иски тянулись более десяти лет и теперь включают коллективный иск с участием более 600 истцов.

    В 2008 году законодатели вложили 3,5 миллиона долларов в пилотные программы, которые позволили восстановить дееспособность за пределами стационара психиатрической больницы.

    Но пациенты продолжали прибывать.

    В конце концов, одним из них был Дон.

    ***

    Дон Уоллес и его жена Энн, которых друзья и родственники называют Дуди, внимательно наблюдали за своим сыном, пока он боролся со своей болезнью.Они арендовали квартиры на его имя и позаботились о том, чтобы его поместили в частную психиатрическую лечебницу, если возникнут какие-либо проблемы. Но иногда был список ожидания на койку, когда Дону пора было лечь в стационар. Это сильно усложняло ситуацию.

    Дон никогда не был жестоким, но он не всегда принимал лекарства. Он был склонен к приступам паранойи, беспокойства и бреда.

    Он заклеил окна своей квартиры газетами, чтобы правительство не могло за ним шпионить, и однажды проехал аж до Лас-Вегаса с миссией от Бога предотвратить что-то плохое.

    С каждой поломкой Дон все больше боялся полиции. Когда он выходил из-под контроля, его семье приходилось звать на помощь, чтобы его увезли на лечение.

    Дон знал, что это значит. Он боялся оказаться в больнице с незнакомцами.

    Итак, он побежал. Он дал отпор. Однажды полицейские преследовали его вокруг обеденного стола, пока он не попытался перепрыгнуть через него, чтобы сбежать за дверь.

    Он кричал, плакал и умолял родителей не отправлять его обратно в психиатрическую больницу.Он настаивал, что с ним все в порядке. Но они знали, что это не так, даже несмотря на то, что это разбило их сердца.

    Тем временем список ожидания продолжал расти. В 2011 году государство учредило программу, в рамках которой местные органы охраны психического здоровья приобретали стационарные койки в частных психиатрических больницах за счет государственных средств. На конец 2012 года в листе ожидания числилось 123 человека.

    Во время сессии 2013 года законодатели вложили дополнительные 300 миллионов долларов в службы охраны психического здоровья, направив почти 50 миллионов долларов на ликвидацию списка ожидания для оказания психиатрической помощи по месту жительства, который увеличился до 5200 взрослых и 190 детей.

    Они также учредили программу, целью которой было помочь людям восстановить дееспособность, пока они еще находятся в тюрьме. К концу 2013 года в листе ожидания оставалось около 100 человек.

    ***

    Родители Дона стояли посреди зала суда округа Харрис в августе 2014 года, пытаясь сдержать шок и разочарование.

    Судья Джей Бернетт только что приказал отправить 55-летнего Дона в психиатрическую больницу штата на 120 дней для восстановления его дееспособности. Он бросил камень в витрину винного магазина после того, как владельцы отказали ему в работе, и замахнулся на полицейского, который откликнулся на звонок.

    Родители Дона предложили заплатить за окно. Они пытались объяснить суду, что Дон перестал принимать лекарства и боится полиции. Они пытались показать, что он никогда не был жестоким.

    Дона уже 13 раз госпитализировали. Он никогда не восстановит способность предстать перед судом: прошло 20 лет.

    Судья не согласился.

    Отец Дона волновался. Иногда он посещал государственные психиатрические больницы, когда туда отправляли его пациентов. Он никогда не хотел, чтобы его сын был там.

    Дона перевели в Раск, в трех часах езды от дома.

    Неистовая, мать Дона, Энн, написала письмо в суд в сентябре 2014 года, умоляя передать ее сына ей и ее мужу.

    Они надеялись перевести Дона в частное учреждение ближе к их дому в Хьюстоне. Они были готовы платить, — написала она.

    По словам семьи, на ее письмо никто не ответил.

    Судья Бернетт недоступен для комментариев.

    ***

    янв.12 декабря 2015 года, всего за несколько дней до того, как Дона должны были выписать из Раска, он расхаживал взад и вперед по столовой. Это был механизм выживания, который он разработал, чтобы справиться с, казалось бы, бесконечными днями заточения.

    Полицейские, государственные и судебные записи отражают эту сцену: Было около 18:00. Пациенты входили и выходили из комнаты. За соседним столиком сидел 51-летний Джимми Дейл Матис, который ранее был признан недееспособным предстать перед судом в 2013 году после того, как годом ранее ударил по лицу женщину, работавшую в лечебном центре и доме престарелых в Остине.В 2014 году он снова был признан недееспособным по обвинению в совершении уголовного преступления после того, как ударил в подбородок женщину-офицера, когда она пыталась доставить его почту в тюрьму округа Харрис. Это было его второе пребывание в психиатрической больнице Техаса за нападение после того, как его признали недееспособным предстать перед судом.

    В первоначальных отчетах полиции Раска утверждается, что Дон агрессивно атаковал Матиса и наткнулся на него, что побудило Матиса оттолкнуть его в оборонительной манере. Но описание видеозаписи инцидента рисует другую картину.

    На этой записи Дон в основном избегал других пациентов, расхаживая взад-вперед.

    Он общался с Матисом по крайней мере один раз, прежде чем столкнуться с ним, как утверждают документы, и они обменялись словами.

    Матис вскочил со своего места и ударил Дона по голове, как утверждается в записях.

    Дон мгновенно рухнул. В бессознательном состоянии он был доставлен в реанимационное отделение.

    Полицию не вызывали до следующего дня.

    Когда полиция спросила сотрудника больницы о задержке, он «не смог ответить, почему правоохранительные органы не связались сразу после того, как инцидент произошел», — говорится в отчете полиции.

    Государственная больница

    Раск была одним из пяти государственных психиатрических учреждений, которые в отчете за 2015 год были признаны в настолько плохом состоянии, что ремонт был нереалистичным. (Фото из личного дела)

    ***

    Дон был без сознания и не реагировал, когда его семья прибыла в больницу.

    Персонал предупредил их, что не стоит ожидать, что он восстановит свои функции.

    Тем не менее, его бывшая жена Кэти стояла у его постели, умоляя его ответить.

    «Дон?» — сказала она сквозь слезы.»Вы слышите меня?»

    Несмотря на то, что пара развелась в начале 1990-х годов, она оставалась рядом с его семьей. Дон видел свою дочь каждый год. Они плавали в бассейне его родителей. Они играли в настольные игры. «Это было похоже на то, как двое детей отлично проводят время», — сказал его отец.

    К потрясению Кэти, Дон открыл глаза.

    Его глаза следовали за ней, когда она двигалась. Он откликался на ее команды. Он пытался говорить, но из-за аппарата ИВЛ это было невозможно.

    Врачи сообщили семье Дона, что черепно-мозговая травма была серьезной.В больнице у него поднялась температура до 103, и у него развилась пневмония.

    Но он проснулся.

    Его семья объяснила, где он был; что он получил травму в больнице; что врачи делают все, что могут.

    Его родители планировали перевести его поближе к дому.

    Его отец отправил письмо Бренде Слейтон, суперинтенданту государственной больницы Раска.

    Он хотел ответов: Кто расследовал? Будут ли предъявлены обвинения? Как он мог увидеть видеозапись нападения?

    Затем, через несколько дней после того, как он впервые открыл глаза, органы Дона начали отказывать.Врачи вызвали кому.

    Он умер 28 января 2015 года вместе с Кэти и дочерью у его постели.

    ***

    дня превратились в недели. Недели в месяцы. И все же государство не связалось с Уоллесами по поводу смерти Дона.

    «Мы не получили ответов», — сказала его сестра.

    Через несколько месяцев, в мае 2015 года, семья Дона получила ответ.

    Государство хотело сохранить часть информации конфиденциальной и запросило мнение Генеральной прокуратуры.

    Генеральный прокурор в целом согласился.

    После нападения Дона штат сформировал «Экспертную проверку по анализу первопричин государственной больницы Раска для группы по надзору за событиями Sentinel», чтобы проанализировать причину инцидента в соответствии со стандартами аккредитации Объединенной комиссии, некоммерческой организации, которая аккредитовала более 20 000 медицинских учреждений. организации по уходу по всей стране.

    По словам генерального прокурора, эта контрольная группа считалась «медицинским комитетом», и любые записи из нее были конфиденциальными и не подлежали вызову в суд.

    «Семья не знакома с выводами — все конфиденциально», — сказала Бет Митчелл, старший поверенный по правам инвалидов в Техасе. «Это действительно отстой для семьи».

    Митчелл сказала, что, по ее мнению, конфиденциальность сосредоточена вокруг штата, не желающего, чтобы на него подали в суд. Но нужна прозрачность, добавила она.

    «В конечном счете, должна быть некоторая прозрачность с точки зрения знания того, когда это произойдет, действительно ли они решают проблему?» она сказала.

    The Chronicle также запросила эти документы, но получила отказ.

    Уитмайр не был удивлен, что Уоллесы не получили ответов, он сказал «Хроникам»: «Трудно, если вообще возможно, узнать, что происходит в государственных больницах».

    Но он сказал, что должны быть лучшие механизмы, чтобы узнать, что происходит с вашим любимым человеком в больнице.

    Неясно, отправляло ли государство когда-либо выводы группы в Совместную комиссию. Комиссия «побуждает» больницы сообщать об инцидентах, касающихся безопасности пациентов, сказала Морин Лайонс, пресс-секретарь организации, но это не требуется.

    Если об инциденте не сообщается напрямую в комиссию, добавила она, она все равно может рассмотреть и оценить его на основе информации от федеральных агентств и агентств штата или «освещений в СМИ или запросов репортеров», сказала она.

    Лайонс не мог сообщить «Хроникам», было ли сообщено комиссии о смерти Дона, потому что эти записи не сохранились и не были доступны через три года.

    ***

    Матис был арестован в связи со смертью Уоллеса примерно через полтора года.Ему было предъявлено обвинение в убийстве.

    К тому времени он уже был освобожден из Раска.

    В то время окружной прокурор округа Чероки, Рэйчел Паттон, сейчас работает в Генеральной прокуратуре Техаса, и с ней не удалось связаться для комментариев. Ее преемник Элмер Бекворт сказал, что не знает, что вызвало задержку.

    Матис вскоре был признан недееспособным предстать перед судом. Судья постановил поместить его в государственную психиатрическую больницу для восстановления дееспособности.

    Но список ожидания на кровать строгого режима превысил 300 человек.

    Находясь в тюрьме, Матис сказал психиатрам, что Саддам Хусейн был его братом. По его словам, он слышал голоса и видел мертвых людей, нападавших на него по ночам.

    «Пациент страдает психическим заболеванием в течение длительного времени и не показал клинического улучшения», — написал один из оценщиков в марте 2017 года.

    Девять месяцев спустя, в декабре 2017 года, его, наконец, перевели в государственную больницу Северного Техаса, одно из двух психиатрических учреждений строгого режима в штате.

    Больше года спустя Матис все еще находился в Северном Техасе и демонстрировал некоторые из тех же психических проблем, с которыми он столкнулся до госпитализации.В марте 2019 года он сказал психиатрам, что постоянно слышит голоса и не хочет принимать лекарства. Он видел мертвых людей, пытающихся перерезать людям глотки. Он утверждал, что он был Богом и что он слышал сатанинские голоса.

    «Его речь бессвязна и нелогична. Большинство ответов на вопросы нелогичны или бессмысленны», — написал один экзаменатор. «У него нет проницательности, и его суждения ослаблены его психозом».

    Он также все еще проявлял агрессивные наклонности. В том же месяце он схватил сотрудницу за зад, а затем ударил ее по лицу.Его приходилось сдерживать.

    Оба психиатра рекомендовали Матису оставаться в условиях максимальной безопасности.

    Но в ноябре 2019 года его дело было рассмотрено секретной комиссией, известной как Комиссия по оценке опасности, которая определяет надлежащие параметры безопасности для психически больных лиц, стремящихся к максимальной безопасности.

    Эта группа определяет, является ли кто-то явно опасным или нет, и если это не так, он должен быть переведен в менее охраняемое государственное учреждение.

    По словам официальных лиц,

    HHSC не отслеживает, сколько людей, переведенных из режима строгого режима в режим с меньшими ограничениями, впоследствии обвиняются в причинении вреда другим пациентам или персоналу.Однако существует процесс, который позволяет больницам отправлять пациентов обратно в режим максимальной безопасности, если они вызывают проблемы. В период с 2014 по 2019 год это произошло менее 30 раз.

    Комиссия решила, что Матис не был явно опасен — сославшись на соблюдение режима приема психиатрических препаратов, отсутствие физической агрессии или ограничений и контролируемые психические симптомы — и поэтому был готов к менее безопасной среде. Непонятно, как произошло такое резкое изменение.

    Матис отправлен обратно в Раск.

    ***

    В июне Матис изо всех сил пытался ответить на основные вопросы во время слушания с судьей округа Чероки Р. Крисом Дэем.

    «Мне нужно, чтобы ты внимательно выслушал», — сказал Дэй Матису.

    После пяти лет пребывания в системе психиатрической помощи штата после нападения, приведшего к смерти Дона, Матис, наконец, был признан дееспособным предстать перед судом.

    И он хотел.

    — Я хочу суда, — повторял он снова и снова.

    «Хотите суд?» — спросил Дэй.— Ты хочешь, чтобы я признал тебя невиновным?

    Очевидно, это было не то, чего адвокат Матиса, Джефф Вуд, сказал судье ожидать.

    Выглядя измотанным, Вуд попросил поговорить с клиентом наедине.

    Они вернулись примерно через 30 минут. Матис признал себя «невиновным по причине невменяемости».

    Вуд не ответил на неоднократные запросы о комментариях. The Chronicle несколько раз пыталась поговорить с Матисом, когда он был в тюрьме, но он не подходил к телефону.

    Матис был отправлен в государственную больницу в сентябре 2020 года, но тюрьма округа Чероки не знала, в какую больницу он был госпитализирован.

    ***

    В отчаянии Уоллесы предприняли шаги, чтобы подать в суд на государство. Несколько адвокатов сказали, что ничего не могут сделать.

    Митчелл сказал Chronicle, что семья может подать в суд на штат только в том случае, если он не соблюдает конституционные стандарты, такие как права на надлежащую правовую процедуру — это означает, что кто-то не может просто подать в суд на штат за халатность.

    «Нужно показать, что они намеренно равнодушны, а это очень высокий стандарт», — сказала она.

    Когда Дон умер таким молодым, его родители не могли вынести его захоронения на семейном участке. Вместо этого они кремировали его и положили его прах в величественные черные часы. Он стоит на столе его отца, отмечая моменты, когда они снова будут вместе.

    Пациентка заправляет постель в Государственной больнице Раска, 1967 год. Спустя почти 50 лет после того, как была сделана эта фотография, Джимми Дейл Матис напал на Дона Уоллеса в той же больнице.Позже он скончался от полученных травм, а Матису было предъявлено обвинение в убийстве. В июне он не признал себя виновным по причине невменяемости. (Ричард Пайпс, фото из архива сотрудников | Houston Chronicle)

    Поддержите нашу журналистику

    Помогите нашим журналистам раскрыть большие истории. Подпишитесь сегодня.

    Алекс Стаки, репортер-расследователь для Houston Chronicle, присоединилась к газете в 2017 году. В том же году она получила Пулитцеровскую премию после того, как раскрыла случаи безудержного неправильного ведения дел о сексуальных домогательствах в колледжах и университетах штата Юта во время работы в Salt Lake Tribune.Она является лауреатом премии журналистов-расследователей и редакторов и финалистом премии Ливингстона. Вы можете связаться с ней по адресу [email protected] и подписаться на ее Twitter @alexdstuckey.

    Марк Маллиган — штатный фотограф Houston Chronicle, где он фотографирует и управляет дроном Chronicle. Уроженец Хьюстона, он ранее работал в газетах в Вирджинии и штате Вашингтон, прежде чем переехать домой в Техас со своей семьей. Подпишитесь на него в Twitter @mrkmully и Instagram или свяжитесь с ним по электронной почте [email protected]

    Дизайн и обработка фотографий Жасмин Голдбэнд.

    ***

    5 фотографов, занимающихся психическим здоровьем, рассказывают о важности MHAM

    Для многих искусство — это не только способ справиться с трудностями, но и спасение. Его различные формы позволяют как художникам, так и зрителям общаться, связывать и понимать разные глубины человеческого опыта. И теперь, когда официально объявлен Месяц осведомленности о психическом здоровье (MHAM), и мир переживает такие перемены, как никогда раньше, возможно, стоит исследовать глубины человеческого разума с помощью фотографов.

    Следующие фотографы исследуют и рассказывают о различных аспектах психического здоровья. Они исследуют депрессию, тревогу и различные психические расстройства. Но, самое главное, их изображения разоблачают и бросают вызов табу по этому вопросу.


    Эдвард Хонакер

    У Эдварда Хонакера диагностировали хроническую депрессию, когда ему было всего 19 лет. Таким образом, фотограф документирует свой опыт с ним с помощью серии черно-белых автопортретов. Хонакер успешно улавливает изолирующий страх, который приносит депрессия.

    «Ваш разум — это то, кто вы есть, и когда он не работает должным образом, это страшно», — сказал он The Huffington Post. По иронии судьбы, только после того, как ему поставили диагноз, он увидел свет в конце туннеля.

    Иногда, когда ваш разум выключен, важно назвать проблему. Это не только дает вам своего рода объяснение, но и является первым шагом к поиску решения. Таким образом, Хонакер использовал свою камеру, чтобы превратить эти эмоции в осязаемое выражение.


    Кэти Джой Кроуфорд

    В возрасте 11 лет у Кроуфорд случился первый панический приступ.Когда ей было 13 лет, у нее диагностировали тревогу и депрессию.

    В своей серии «Мое тревожное сердце» Кэти Джой Кроуфорд рассказывает о своих физических переживаниях, связанных с тревогой и депрессией. Сериал направлен не только на то, чтобы запечатлеть ее внутреннюю борьбу, но и на то, чтобы выявить ее.

    Серия фотографий исследует эмоциональное и физическое путешествие, которое ее диагноз дал ей жизненный опыт. Она описывает свой собственный опыт как истощающий и удушающий. Тем не менее, он призван объяснить вес, который они имеют в нашем обществе, тем самым бросая вызов социальным табу.


    Хизер Агиепон

    Хизер Агиепон, с другой стороны, рассказывает о трудностях борьбы с расизмом и угнетением. Этот британско-ганский художник проливает свет на «черную травму» через серию постановочных автопортретов. Смешивая исторические личности и собственный опыт, она борется со всеми негативными чувствами неравенства и расизма.

    Ее цель — начать разговор о том, как эти проблемы влияют на чернокожее сообщество политически, социально и, что наиболее важно, ментально.Таким образом, признавая серьезность проблемы.

    Фото: Хизер Агьепонг, «Слишком много чернокожих» (#4)

    Джон Уильям Киди

    В глубоко личной серии «Едва заметно» фотограф Джон Уильям Киди иллюстрирует свою борьбу с тревожным расстройством.

    После семи или восьми лет, когда у Киди диагностировали тревогу, Киди был готов создать произведение искусства, которое не только представляло бы его самого, но и могло бы помочь некоторым зрителям понять его. В своей серии он создает «персонажа», человека, который намеревается изобразить различные трудности, которые тревога представляет для разных людей.

    Фото: Джон Уильям Киди, серия

    «Едва заметные вещи» Он сказал журналу NPR: «Хотя бы только для того, чтобы помочь паре людей, которые каким-то образом проходят через то же самое, почувствовать, что они не одиноки в этом».


    Etinosa Yvonne Osayimwe

    От конфликтов в штате Плато до повстанческого движения Боко Харам нигерийский народ вынес свою долю страданий. Это оставляет свои шрамы.

    Etinosa Ивонн Осайн использует свою камеру как мощный инструмент для изображения травм и использования ее в качестве доказательства таких злодеяний.Ее серия «Это все в моей голове» направлена ​​на то, чтобы помочь людям рассказать о своем опыте и помочь им справиться с травмой.

    «Когда я просыпаюсь утром и перед тем, как лечь спать, я думаю обо всем, что произошло. Я прошел через ад и не могу выкинуть это из головы. «Боко Харам» — худшее, что со мной случилось».

    Хаджара Абубакар, 24 года, Борно, Нигерия. Журнал The Culture Trip Magazine
    Фото: Этиноса Ивонн Осайимве, серия «Все в моей голове»

    Йоспи Кардосо

    В возрасте семи лет Йоспи Кардосо диагностировали шизофрению.Через серию автопортретов он изображает жизнь человека, живущего с шизофренией. Он надеется не только стимулировать осведомленность, но и устранить окружающие ее стигмы.

    Фото: Йоспи Кардосо, «Одиночество и отчуждение»

    «Это был шанс показать людям свой опыт. Когда вы говорите людям, что у вас шизофрения, они автоматически думают, что вы сумасшедший. Я хочу, чтобы люди поняли и перестали смотреть на это клеймо».

    Yospie Cardoso, The Mighty Magazine, 2015
    Фото: Yospie Cardoso «Суицидальные мысли»

    Важность фотографов, специализирующихся на психическом здоровье

    Искусство может быть как золотым, так и липким, но оно всегда реально.Будь то подсознание, сообщающее что-то за пределами рациональности, или практическое изображение существования.

    То, что сообщают эти художники, если на то пошло, зависит от глаз тех, кто смотрит. В конце концов, смотрящий всегда будет видеть то, что хочет видеть смотрящий. Так что, что бы это ни было, просто дайте ему утонуть.

    Во время пика пандемии психиатрические больные были срочно доставлены в учреждения

    Государственная психиатрическая больница (фото: Управление психического здоровья)


    Когда прошлой весной больницы штата Нью-Йорк начали опасаться худшего — того, что темпы распространения коронавируса превысят их возможности по выписке пациентов и освобождению коек, — им пришлось решать, что делать с людьми, госпитализированными для оказания неотложной психиатрической помощи.

    Во вторую неделю марта 2020 года только 325 жителей Нью-Йорка дали положительный результат на COVID-19, но снимки из-за рубежа и темпы распространения инфекции указывают на тревожный прогноз. К концу недели Нью-Йорк подтвердит свою первую жертву от вируса, который серьезно напряг систему здравоохранения и унес более 51 000 жизней по всему штату.

    В то время губернатор Эндрю Куомо (Andrew Cuomo) и чиновники здравоохранения штата оказывали давление на больницы, чтобы они увеличили вместимость, приостанавливали действие правил и положений и некоторых мер защиты пациентов, чтобы помочь им в этом.Среди отмененных законов была статья 517 Закона штата о психической гигиене, которая наделяет психиатрических пациентов правами на надлежащую правовую процедуру, а именно на уведомление их перед переводом в другое учреждение и возможность обжаловать решение. Это было неясным дополнением к длинному списку приостановленных законов, содержавшемуся в одном из первых чрезвычайных приказов губернатора. Прошло два месяца, прежде чем он был тихо восстановлен.

    В то время как действие Раздела 517 было приостановлено, стало известно Gotham Gazette, по меньшей мере 366 пациентов были госпитализированы в государственные психиатрические учреждения, где регистрация может быть черной дырой, а продолжительность пребывания диктуется врачами и судьей.Многие из них были переведены из больниц в поисках коек, иногда зараженных COVID-19, по словам людей, осведомленных о ситуации. Истинная сумма почти наверняка больше, если учесть исключения из данных, предоставленных Gotham Gazette.

    Поток пациентов из больниц в психиатрические учреждения представляет собой 10-процентное увеличение числа госпитализаций в последние по сравнению с тем же периодом — с 12 марта по 8 мая — годом ранее и 22-процентное увеличение по сравнению с двухмесячным периодом непосредственно перед этим. , согласно данным, предоставленным Управлением психического здоровья штата Нью-Йорк (OMH) после расследования Gotham Gazette.OMH предоставило данные о госпитализации только для взрослых, неуголовных учреждений, и не включило девять своих детей и так называемые «судебно-медицинские» учреждения, которые не подпадают под действие Раздела 517.

    «Какова максимальная пропускная способность? Как заставить существующие больницы вместить больше людей», — сказал Куомо на брифинге для прессы, транслируемом из Капитолия штата 17 марта 2020 года. «Сейчас существуют правила и положения о том, сколько людей может находиться в больнице. больница, сколько человек в палате, сколько квадратных футов на койку и так далее.

    «Это для нормальных рабочих условий. Это не нормальные рабочие условия», — сказал он в сопровождении уполномоченного по здравоохранению доктора Говарда Цукера и других главных помощников.

    Операция по переводу пациентов в государственные психиатрические учреждения охватила несколько городских и государственных учреждений, а также частных поставщиков медицинских услуг. Под руководством штата люди с психическими заболеваниями из государственных и частных больниц и Департамента исправительных учреждений города Нью-Йорка были переведены в учреждения OMH.Четверть из 366 госпитализаций поступила из New York City Health + Hospitals, городской системы государственных больниц.

    За это время вирус гноился в психиатрических учреждениях. Он пронесся через палаты, убив по меньшей мере 30 пациентов и семь сотрудников к концу апреля; к февралю 2021 года 58 пациентов в государственных психиатрических учреждениях (49 подтвержденных, 9 подозреваемых) умерли. Показатели смертности и заражения в учреждениях намного превышают другие места массового скопления людей, такие как тюрьмы, где, как известно, вирус процветал.Исследования показывают, что люди с психическими заболеваниями более восприимчивы к заражению и имеют более тяжелые последствия, чем население в целом. Люди, поступающие в стационарные учреждения, часто имеют сопутствующие заболевания, старше, чем люди в тюрьме, и имеют меньше ограничений, что создает особые проблемы для пациентов и должностных лиц системы здравоохранения.

    «С момента начала пандемии COVID-19 в марте 2020 года OMH внедрило многочисленные меры инфекционного контроля и протоколы безопасности для защиты здоровья и благополучия наших пациентов и персонала», — сказал представитель OMH Джеймс Пластирас в электронном письме Готэму. Газета.«Эти меры позволили нам предотвратить серьезные вспышки в наших учреждениях, даже несмотря на то, что мы удвоили количество госпитализаций во время пикового всплеска пандемии, включая прием психиатрических пациентов с положительным результатом на COVID, чтобы помочь больницам общего профиля перепрофилировать психиатрические койки для лечения пациентов с COVID-19».

    Пластирас не сообщил, сколько перевезенных пациентов имели COVID-19 в то время, и не предоставил информацию о возрасте пациентов. Неясно, были ли переведены в психиатрические учреждения какие-либо люди, которых в противном случае там не было бы.OMH и New York City Health + Hospitals заявляют, что все переводы были «клинически приемлемыми». Также неизвестно, сколько пациентов возражали против перемещения, потому что OMH не ведет эти записи. Представитель Health + Hospitals тоже ничего не сказал, но сказал Gotham Gazette, что персонал пытался убедиться, что пациенты понимают, что с ними происходит.

    С начала пандемии комитеты Законодательного собрания штата по охране психического здоровья не осуществляли надзор за стационарными учреждениями OMH. Председатель Ассамблеи по психическому здоровью Эйлин Гюнтер и председатель Сената Самра Брук (вступившая в должность в 2021 году, после первого пика коронавируса) не предоставили комментариев для этой статьи, несмотря на многочисленные запросы.Запросы в Департамент здравоохранения штата были переданы в OMH.

    В то время как типичное психиатрическое пребывание в больнице общего профиля может длиться до двух недель, обычно требуется более года, чтобы обеспечить освобождение после поступления в государственную психиатрическую больницу, находящуюся в ведении OMH. Помещение в лечебное учреждение сопровождается стигмой снаружи, и это часто рассматривается в будущих психиатрических экспертизах как фактор, удерживающий кого-либо.

    Средняя продолжительность содержания в психиатрических учреждениях пациентов, выписанных в 2020 году, составила 429 дней, или 14 месяцев, что на 60 дней больше, чем в среднем за 2019 год.Адвокаты, представляющие «клиентов» OMH, как их иногда называют, говорят, что пациенты часто борются за свое освобождение с момента прибытия. Неясно, сколько пациентов, поступивших во время пика, все еще находятся в учреждениях OMH.

    Контакт с людьми внутри учреждений может быть затруднен. Обычно в палатах есть только один или два телефона, которыми пользуются десятки пациентов, которые бесконечно собираются (потенциальный источник распространения ковида во время пика), чтобы связаться с внешним миром. По крайней мере, в некоторых учреждениях юристам юридической службы психической гигиены, подразделения государственной судебной системы, которое представляет интересы пациентов с OMH, по-прежнему не разрешается лично посещать своих клиентов, даже несмотря на то, что другие службы возобновили работу, что, по мнению некоторых, может затруднить рассмотрение дел и привести к задержке выписки пациента.

    Стационарные психиатрические учреждения, подобные тем, которые находятся в ведении OMH, предназначены для людей с тяжелыми психическими заболеваниями, такими как шизофрения или биполярное расстройство, которые не могут справиться с симптомами или могут представлять опасность для себя или других. В то время как целью больницы общего профиля является стабилизация состояния, учреждения OMH предназначены для оказания помощи при хронических заболеваниях. В них также размещаются лица, признанные недееспособными предстать перед судом по уголовным делам или признавшие себя виновными по причине психического заболевания. Госпитализация может быть добровольной или принудительной, и иногда врачи ищут переводы в качестве трамплина для получения ограниченного числа государственных амбулаторных стационаров, в которых предоставляются вспомогательные услуги.Но однажды признавшись, даже добровольно, трудно выйти. Судьи, выслушав рекомендацию врача, могут продлевать срок содержания под стражей на шесть месяцев и более до тех пор, пока не будет назначено следующее слушание. Процесс может продолжаться бесконечно.

    «Как только вы войдете»
    «Это место мне не поможет», — подумала Эмили, когда ее поместили в Психиатрический центр паломников, учреждение OMH в Брентвуде, Лонг-Айленд, в январе 2020 года, когда она вспомнила сцену в интервью несколько месяцев спустя.Она добивалась добровольного перевода в стационар из больницы Святой Екатерины, больницы общего профиля поблизости, где она несколько месяцев лечилась после попытки самоубийства, в результате которой она впала в кому. (Gotham Gazette изменила здесь свое имя, чтобы защитить свою конфиденциальность.)

    Это было вскоре после Нового года, за несколько недель до того, как широко распространились страхи перед новым коронавирусом. Эмили продержат под стражей еще десять недель по распоряжению судьи и по распоряжению врача, выступающего в качестве свидетеля-эксперта, который, по ее словам, видел ее только один раз, в течение 15 минут, прежде чем высказать свое мнение о том, что она представляет опасность. к себе и достаточно подавлена, чтобы нуждаться в совершении.

    Пока она находилась внутри, учреждение охватила пандемия. В Пилигриме, одном из учреждений, которые принимали пациентов из больниц Нью-Йорка, к июню от COVID-19 умерло не менее десяти пациентов, больше, чем в любом другом центре OMH.

    Эмили сказала, что условия хуже, чем в больнице Святой Екатерины. Большую часть времени она спала или сидела в кресле, время от времени посещая сеансы терапии и почти ничего, кроме непрекращающегося света телевизора. Когда разразилась пандемия, насколько она могла видеть, пациенты были помещены на карантин в каждой палате, но персонал больницы путешествовал между отделениями и во внешний мир.

    «После того, как я попала в «Пилигрим», я поняла, что это действительно не лучшее место, и я хотела выбраться. А потом они сказали: «Нет, ты не можешь уйти», — сказала она по телефону через несколько недель. после освобождения в апреле прошлого года: «Ты можешь пойти добровольно, а потом тебя решат поменять на недобровольное, что и произошло».

    «После того, как вы входите, они не сразу выпускают вас,» сказала она.

    В течение 72 часов после госпитализации Эмили потребовала выписки.Вместо этого до суда, как она вспомнила, было назначено две недели, и ей предоставили адвоката из юридической службы психической гигиены, предоставленной государством.

    «Вот такая система. Они решат, когда ты уйдешь», — сказала она позже. Пилигрим выписал Эмили в амбулаторное отделение в начале апреля без повторного слушания. Десятинедельное удержание — одна из самых коротких психиатрических задержек; обычно это не так просто.

    Джозеф и его мать пытались вытащить его старшего брата Пита из учреждения OMH в течение почти десяти лет, после того как он был арестован за попытку покончить с собой, поджег свою кровать в 2010 году.Джозеф утверждал, что попытка самоубийства была вызвана заменой антипсихотических препаратов, которую врачи Пита быстро отменили. Через несколько лет они добились перевода из Рочестерского психиатрического центра, судебно-медицинского учреждения, в психиатрическую больницу Баффало, гражданскую. С тех пор они изо всех сил пытались добиться прогресса. (Имена изменены в целях конфиденциальности.)

    Джозеф сказал, что в больнице перед слушаниями Питу иногда увеличивали дозу лекарств, из-за чего он выглядел ослабленным — юристы, работающие с клиентами OMH, подтвердили, что врачи и персонал делают это якобы для снижения риска вспышек гнева в суде.«Теперь они заставили его сидеть там, и он пускает слюни. Это похоже на то, что они преднамеренно накачивают его лекарствами только для судебного заседания», — сказал Джозеф, вспоминая эпизод. «Я имею в виду, что мы навещали его каждую неделю, и он никогда не пускал слюни».

    Они беспокоятся о способности Пита вести разговоры со своим адвокатом, который, по словам Джозефа, сделал столько же, чтобы держать его в лечебнице, сколько и прокуроры по его первоначальным обвинениям. Джозеф сказал, что адвокат юридической службы психической гигиены, назначенный для его дела, не проводил независимого медицинского осмотра Пита на трех отдельных слушаниях, вместо этого полагаясь на показания врачей в психиатрической больнице Буффало и истории болезни.Джозеф и его мать хотят найти частного адвоката, но не знают, как будут за это платить. Пандемия только усложнила его ситуацию, закрыв Рочестерскую психиатрическую больницу для посетителей и прервав большинство контактов с его братом.

    На последнем слушании, на котором присутствовал Джозеф перед тем, как поговорить с Gotham Gazette в апреле прошлого года, он вспомнил, как судья сказал: «Ну, я выслушал ваши показания, — обращаясь непосредственно к Питу, — и я выслушал эксперта. Я должен выслушать к эксперту».

    Для Джозефа система работала в обратном направлении.«Зачем вообще проводить слушания, если у вас нет собственного эксперта, что делает для вас [независимый медицинский осмотр]? Это была просто шутка», — сказал он Gotham Gazette.

    Проблемы с соблюдением процессуальных норм, подобные тем, о которых заявил Джозеф, кажутся обычными для пациентов с психическими заболеваниями, находящихся под стражей штата. Эти проблемы сохранились и во время пандемии.

    Норман Сигел — адвокат по гражданским правам, который представлял громкие психиатрические дела — считает, что наличие судей, представителей OMH и поверенных MHLS, нанятых государством, создает конфликт интересов, а означает, что приказы о задержании часто имеют штамп.«Вы имеете право потребовать проведения слушания… Но сами слушания не совсем справедливы», — сказал он в телефонном интервью.

    «Сценарий уже написан. Врач — а в некоторых случаях врач, полагающийся на информацию, предоставленную в [медицинской] карте не врачом, — иногда встает и читает то, что есть в протоколе судебного заседания. , И у пациента, который оспаривал это, даже если у него есть юрист юридической службы психической гигиены, очень редко есть врач, психиатр, чтобы противостоять этой ситуации», — сказал Сейгель.

    «Если вы собираетесь быть независимым, чтобы представлять людей против государства и государства, которое вас финансирует, это проблема», — добавил он, признав положительное влияние юристов MHLS на предыдущие дела, в которых он участвовал.

    Ни один юрист Юридической службы психической гигиены не будет выступать под запись для этой статьи; представитель сказал, что у них есть политика не разговаривать с прессой, кроме основных объяснений того, чем занимается агентство.

    Судьи часто просят вывести пациентов из комнаты перед оглашением неблагоприятного приговора.В день слушаний в июне прошлого года (после того, как раздел 517 был восстановлен) для пациентов в больнице Грейси-Сквер, частном стационарном учреждении, присоединенном к нью-йоркской пресвитерианской системе здравоохранения в Верхнем Ист-Сайде, судья Верховного суда штата Нью-Йорк Дуглас Хоффман попросил пациента уйти, прежде чем заключить их.

    «Я всегда чувствовал, что эта практика сама по себе демонстрирует предвзятость, потому что, если вы думаете, что пациент, сидящий там, представляет опасность для себя или других, как вы можете быть по-настоящему нейтральным и объективным», — сказал Сигел Gotham Gazette.

    Прозрачность таких разбирательств ограничена. Даже в неуголовных психиатрических делах судьи могут действовать карательно, практически не прибегая к помощи пациентов. Поскольку слушания проходили практически из-за COVID-19, судебные процессы могли разворачиваться в тени.

    Слушания, которые должны быть открытыми, в этот июньский день проходили виртуально с возможностью конференц-связи. Днем, после того как судья Хоффман, по-видимому, понял, что есть аудитория, он отключил абонентов, в которых не узнал сотрудников больницы и терпеливых адвокатов.

    «Я хочу убедиться, что конфиденциальность людей защищена», — сказал Хоффман секретарю суда. «Мы должны найти способ сохранить частную жизнь людей, потому что весь этот день люди были на связи, и мы понятия не имеем, кто они».

    Некоторые из зрителей на слушаниях сказали судье, что они присутствуют от имени конкретного пациента, который еще не предстал перед судьей. Когда подошла очередь пациента, Хоффман наказал его.

    «Хорошо, знаете что, совершенно недопустимо, чтобы они имели к этому доступ.Ваше дело будет рассмотрено завтра. Следующее дело, — прорычал он, не давая пациенту говорить. — Совершенно неприлично быть на линии, пока идут эти другие слушания.

    Иногда пациентов удерживают из-за жилья, которое наиболее маргинализированным жителям Нью-Йорка стало труднее обеспечить во время пандемии.

    Дэниел Розен, лечащий психиатр Грейси-сквер, потребовал краткосрочного продления содержания под стражей для одного пациента в тот день слушаний в июне. «Проблема в том, что она бездомная, и нам нужно выписать ее в приют», — объяснил он судье.«У нас было много трудностей с приютами, принимающими пациентов из больниц из-за ситуации с коронавирусом, и обычно требуется несколько дней, чтобы получить направление в приют. Иногда это откладывается, и разумно иметь третий день».

    Часто задержка пациента намного дольше и может быть продлена до бесконечности. Артур (его второе имя) находится в отделении судебно-медицинской экспертизы в Рочестерской психиатрической больнице с 2019 года, приняв в 2016 году сделку о признании вины по обвинениям в неуважении к суду и заговоре. Обвинения, наиболее серьезное из которых связано с совершением телефонного звонка в нарушение запретительного судебного приказа, относятся к тяжким преступлениям класса E, максимальное наказание за которые в Нью-Йорке составляет четыре года лишения свободы.Между тюрьмой округа Эри и помещением по решению суда в психиатрическую больницу Рочестера Артур уже пять лет находится в исправительном учреждении, и конца ему не видно.

    «Единственной худшей ошибкой, которую я когда-либо совершал в своей жизни, было то, что я принял это заявление», — сказал он в телефонном интервью из отделения психиатрической больницы Рочестера.

    Кафкианская попытка выбраться из учреждения, которое удерживает людей и каталогизирует их поведение, может сводить с ума. «Самая большая проблема — бюрократия….Выбраться из этого лабиринта практически невозможно, и это просто обескураживает, — сказал Артур.

    Прошлой осенью вторая волна COVID-19 прошла через психиатрическую больницу Рочестера и другие учреждения OMH. Артура беспокоило, какие меры предосторожности принимает персонал, но он сказал, что мало что может сделать, чтобы изменить свое окружение. «Вы не можете привлечь слишком много внимания к вещам, на которые они на самом деле не хотят, чтобы вы обращали внимание, потому что тогда у вас есть симптомы».

    Слушания Артура постоянно откладывались на протяжении всей пандемии, но одно из них было назначено на начало мая.Он надеялся, что это даст ему свободу. По его словам, когда он выйдет из дома, он хочет создать некоммерческую организацию, занимающуюся повышением осведомленности о психических заболеваниях и психиатрических учреждениях.

    Борьба за койки
    В марте прошлого года, когда число случаев заболевания COVID-19 в Нью-Йорке начало расти, широко распространились сообщения о переполненных итальянских больницах, в которых больным отказывают жить или умирать дома. Чтобы подготовиться к возможной перегрузке больничной системы, губернатор Куомо (Cuomo) объявил чрезвычайное положение и начал подписывать ряд распоряжений, требующих от больниц срочных действий.Несколькими днями ранее по просьбе Куомо Законодательное собрание штата одобрило расширение чрезвычайных полномочий губернатора и почти не предприняло публичных действий, чтобы заблокировать любое исполнительное распоряжение. (В марте 2021 года, после многочисленных скандалов, связанных с предполагаемыми сексуальными домогательствами Куомо и искажением информации о смертях обитателей домов престарелых, связанных с коронавирусом, законодательный орган под руководством демократов проголосовал за лишение губернатора-демократа, занимавшего третий срок, части этой власти.)

    12 марта, через пять дней после введения чрезвычайного положения и до того, как в штате была подтверждена первая смерть, связанная с ковидом, Куомо приостановил действие раздела 517 Закона о психической гигиене, лишив пациентов права на уведомление и апелляцию до того, как они будут помещены под стражу OMH.В открытом письме президенту Дональду Трампу, опубликованном в «Нью-Йорк Таймс» три дня спустя, он изложил пугающий сценарий: «Вы должны предвидеть, что без немедленных действий неминуемый отказ больничных систем почти неизбежен… Государства не могут строить больше больниц, приобретать больше аппаратов ИВЛ или достаточно быстро модифицировать помещения», — написал губернатор.

    Нью-Йорк имел 53 470 коек и только 3 186 из них были оборудованы для интенсивной терапии. Если прогнозы оправдаются, штату потребуется 110 000 коек — более чем в два раза — для лечения людей, заболевших или умирающих от COVID-19, заявил Куомо журналистам 22 марта.На следующий день Государственный департамент здравоохранения отменил все плановые операции, а обязательные больницы представили планы увеличения вместимости как минимум на 50% с целью 100%.

    Больницы, особенно в городских районах, выписывали пациентов, которых могли, и превращали любую доступную палату в койко-места. Насколько это возможно, больницы будут принимать только самых критических пациентов.

    Люди, госпитализированные с острыми проблемами психического здоровья, которые не могли быть выписаны — либо из-за нестабильности состояния, либо из-за отсутствия безопасной среды для возвращения — были отправлены в государственные психиатрические учреждения, находящиеся в ведении OMH, на длительный срок. срок ухода, по словам администраторов больницы.Представители Health + Hospitals и OMH заявляют, что пациенты, направленные в штат, соответствуют критериям госпитализации OMH.

    По мере роста частоты интубации пациентов с COVID-19 темпы выписки больных. «Скорость выписки… которая в целом растет. Люди поступают в больницу, остаются в течение определенного периода времени, нескольких дней, а затем уходят», — сказал Куомо 30 марта, в день экстренной помощи в Центре Джавитса. полевой госпиталь начал принимать пациентов.

    Примерно в это же время OMH создало централизованную систему направления через свою штаб-квартиру в Олбани, «чтобы упростить прием в государственные учреждения», — сказал Gotham Gazette представитель OMH Пластирас.

    «Все направляющие учреждения в Нью-Йорке, Лонг-Айленде и северных пригородах Нью-Йорка представили свои направления на рассмотрение приемной комиссии центрального офиса», — написал он в электронном письме. «Принятые случаи затем направлялись в психиатрические центры Нижнего штата, которые могли принять клиентов». Пациенты должны были быть направлены с формой скрининга COVID-19 с вопросами о воздействии, положительном результате теста, симптомах и сопутствующих заболеваниях. Пластирас сказал, что новые поступления были изолированы или помещены на карантин в зависимости от статуса пациента.

    По словам представителя Health + Hospitals, из-за нехватки мазков на COVID-19 в то время широкое тестирование не проводилось, и в марте и апреле 2020 года в OMH из государственных больниц Нью-Йорка не было зарегистрировано ни одного положительного случая.

    В то время как пациенты обычно проводят две недели в больницах, прежде чем их переведут, если их переводят, заметил он, пациентов перемещают гораздо быстрее.

    учреждения OMH, особенно в Нью-Йорке и Рочестере и его окрестностях, были заполнены по мере того, как больницы выписывали в них пациентов.В то же время из-за пандемии были прерваны выписки из некоторых учреждений OMH, которые обычно требуют наличия амбулаторных коек или наблюдения со стороны члена семьи.

    Тесные помещения и места общего пользования, где иногда собиралось более двадцати пациентов, способствовали распространению вируса, по словам персонала учреждения и пациентов в разгар первого пика.

    «Перемещение пациентов было намного проще до пандемии. Этого не происходит», — сказала Дарлин Уильямс, эрготерапевт Нью-Йоркского психиатрического института, учреждения OMH в Вашингтон-Хайтс, в интервью в апреле 2020 года.«Пациенты поступают. Прием продолжается, но пациенты никуда не уходят, так что все не так, как раньше».

    «Переписи теперь всегда на первом месте, потому что пациентов трудно вывозить», — сказал Уильямс, координатор Федерации государственных служащих штата, профсоюза, представляющего тысячи психиатрических работников в государственных учреждениях.

    OMH настаивала на выписке пациентов, «но вы не можете выселять людей, когда у вас нет мест для их перемещения», — сказала она, имея в виду нехватку амбулаторных коек.

    Рэнди ДиАнтонио, вице-президент Федерации государственных служащих, сказал, что приток населения создает нагрузку на ресурсы и персонал больницы. «Поскольку они принимают новых пациентов из города, им приходится открывать отделения, а у них недостаточно персонала для открытия отделений. где они будут в основном прикрывать палаты и поддерживать очень ограниченное количество персонала, осуществляющего непосредственный уход, который сейчас работает, потому что многие люди больны.

    По словам ДиАнтонио и других людей, работающих с пациентами, нечеткие протоколы и отсутствие преемственности в масштабах всей системы могли помешать усилиям по сдерживанию распространения вируса в учреждениях. «К сожалению, они не следовали строгим карантинным протоколам, когда делали это… Они потенциально помещали людей в общую популяцию, создавая больший потенциал для распространения», — сказала она по телефону прошлой весной. В то время PEF призывал чиновников OMH применять более строгие методы проверки.

    Куда они делись?
    Если Нью-Йорк был глобальным эпицентром пандемии весной 2020 года, то городские государственные больницы были центром эпицентра.

    По словам представителя,

    больниц New York City Health + Hospitals перевели 91 пациента из психиатрических отделений в стационар OMH в марте и апреле, когда произошло большинство переводов. «План управления всплесками» системы covid включал положения об ускорении перевода пациентов в центры OMH в соответствии с указаниями OMH и Министерства здравоохранения штата, в котором он находится. Чиновники в центральном офисе департамента здравоохранения отрицают, что давали больницам указания относительно перевода психически больных в OMH.Health + Hospitals никогда не публиковала свой план управления всплеском и не делилась разделами, касающимися психиатрических переводов.

    Эти переводы помогли государственным больницам Нью-Йорка утроить вместимость отделений интенсивной терапии в разгар первой волны, даже когда они были переполнены, особенно в районах с недостаточным обслуживанием чернокожих, латиноамериканцев и иммигрантов, таких как Элмхерст, Квинс и Южный Бронкс.

    «Компания NYC Health + Hospitals неустанно работала над тем, чтобы критически важные услуги и лечение в области психического здоровья не прерывались во время всплесков пандемии COVID-19, а также предоставляла спасательную помощь большому количеству пациентов, страдающих от тяжелых симптомов COVID-19», — заявила официальный представитель Health + Hospitals Стефани Гусман.«Наше партнерство с Управлением психического здоровья Департамента здравоохранения штата Нью-Йорк позволило быстро, безопасно и эффективно перевести пациентов с поведенческими расстройствами в государственные учреждения, гарантируя им постоянный уход и комфорт в процессе».

    По словам официального представителя Джилл Монтаг, департамент здравоохранения штата не отслеживал выписки из психиатрических больниц или переводы в учреждения OMH и не мог предоставить информацию о ковидном статусе пациентов с психическими заболеваниями.Представитель городского Департамента здравоохранения и психической гигиены, который является отдельным от Health + Hospitals, сообщил Gotham Gazette, что департамент не осуществляет надзор за переводом пациентов, и направил запросы в OMH.

    Частные больницы также направляли психиатрических пациентов в учреждения длительного ухода OMH в первые месяцы пандемии в Нью-Йорке.

    «Поскольку во время весеннего всплеска пришлось сократить некоторые психологические службы, я знаю, что некоторые государственные психиатрические учреждения, интернаты и другие учреждения приняли больше таких пациентов, чтобы удовлетворить потребности пациентов», — сказала Дженна. Мандель-Риччи, вице-президент по нормативным и профессиональным вопросам Больничной ассоциации Большого Нью-Йорка, в интервью Gotham Gazette в ноябре.GNYHA представляет более 160 частных поставщиков медицинских услуг в этом районе, а Mandel-Ricci возглавил его усилия по обеспечению готовности к чрезвычайным ситуациям.

    «Это был действительно хороший пример того, как больницы работали с государственными учреждениями», — сказала она.

    Брайан Конвей, представитель ассоциации, отрицал какое-либо прямое участие в переводе психиатрических пациентов. «GNYHA никогда не участвовала в таких переводах или увольнениях, в том числе в разгар пандемии прошлой весной», — написал он в электронном письме Gotham Gazette.

    Некоторые лица, содержащиеся в Райкерс-Айленде, крупнейшем тюремном комплексе города, ожидавшие суда и обычно направлявшиеся в больницу для оказания психиатрической помощи, вместо этого были отправлены непосредственно в учреждения OMH.

    2 апреля 2020 года Брайан Белфи, исполнительный директор судебно-психиатрического центра Кирби, учреждения OMH на острове Рэндалл для людей, поступающих через систему уголовного правосудия, написал своим сотрудникам электронное письмо, полученное Gotham Gazette.

    «На следующей неделе мы собираемся принимать женщин с острова Рикерс, которые нуждаются в более высоком уровне психиатрической помощи», — написал он.«Это заключенные, которые исторически отправлялись в Элмхерст [больницу], которая перегружена COVID. DOC Нью-Йорка выписывает больше заключенных, чем когда-либо прежде, поэтому мы надеемся, что госпитализаций не будет много».

    В то время, согласно электронному письму, у Kirby Forensic было восемь пациентов с COVID-позитивным в одном блоке, который обычно может вместить до 30 пациентов, и администраторы искали место для других пациентов, которые, как они подозревали, были положительными.

    Департамент исполнения наказаний не предоставил комментарий к этой статье.

    В целом, из учреждений, о которых OMH предоставило данные, Рочестерский психиатрический центр и учреждения в Нью-Йорке и его окрестностях имели самый большой рост госпитализаций с 12 марта по 8 мая 2020 года, когда Раздел 517 был отменен, по сравнению с тем же периодом в 2019 году. (OMH предоставило данные только по 14 из 23 учреждений штата, не включая Kirby Forensic.)

    Прием в Рочестер почти утроился по сравнению с 2019 годом и удвоился по сравнению с периодом с 12 января по 12 марта 2020 года, двухмесячный период непосредственно перед тем, как 517 были приостановлены.В психиатрические центры Бронкса, Кингсборо и Манхэттена, все в Нью-Йорке, число госпитализаций увеличилось как минимум вдвое. Саут-Бич на Статен-Айленде и психиатрическая больница Рокленда, расположенная недалеко от первой точки распространения коронавируса в Нью-Йорке, показали меньшие всплески (к концу сезона в Рокленде было третье место по количеству смертей от ковидов среди всех учреждений, согласно OMH, и, возможно, выше) .

    Во многих учреждениях в северной части штата Нью-Йорк, за заметным исключением Rochester Psychiatric, в начале 2020 года наблюдался спад с 2019 года.В психиатрическом центре Эльмира в районе озер Фингер количество госпитализаций сократилось вдвое в период с весны 2019 года по конец того же года, а весной 2020 года снова удвоилось.

    По информации OMH, в период с 20 марта по 4 июня 2020 года от COVID-19 скончались 38 пациентов психиатрических учреждений. В трех учреждениях было зарегистрировано более пяти подтвержденных смертей пациентов от COVID-19, хотя неясно, когда произошли эти смерти, были ли эти пациенты недавно переведены из больниц и где они заразились вирусом.В психиатрическом центре Кридмура в Квинсе погибли восемь человек, в Пилигриме — 10, а в Рокленде — шесть, согласно электронному письму Пластираса от 5 июня 2020 года, хотя сотрудник Rockland Psychiatric сообщил Gotham Gazette в апреле прошлого года о девяти смертях от COVID-19, которые произошло, и The New York Times сообщила, что OMH подтвердило смерть десяти пациентов. (Пластирас в то время сказал Gotham Gazette, что это противоречит политике раскрытия информации об учреждениях с пятью или менее смертельными случаями от COVID-19, чтобы защитить личную информацию о здоровье.)

    Согласно данным, полученным по запросу о свободе информации, эти три учреждения являются крупнейшими по численности населения в OMH, и по состоянию на 19 апреля 2020 года в них находилось наибольшее количество пациентов старше 65 лет. OMH не представило расовую разбивку населения, потому что «раскрытие информации может представлять собой необоснованное вторжение в личную жизнь».

    Creedmoor — ближайший психиатрический центр OMH для взрослых к больнице Элмхерст, где в Нью-Йорке были одни из худших дней с коронавирусом. В нем было самое большое падение числа госпитализаций среди всех учреждений OMH, несмотря на одно из самых высоких показателей смертности к концу весны 2020 года.Район преимущественно латиноамериканский и азиатский.

    Пилигрим, в котором было больше всего смертей, подтвержденных OMH в этом сезоне, увеличило количество госпитализаций, включая пациентов из города, по словам людей, осведомленных об учреждениях в то время, которые говорили на условиях анонимности. Источники говорят, что для Пилигрима, который находится в центре Лонг-Айленда, необычно принимать городских клиентов, потому что людей обычно принимают на месте, где они могут находиться рядом с семьей и амбулаторными резиденциями в своем сообществе.

     

    (Данные: Управление психического здоровья штата Нью-Йорк)

    (Данные: Управление психического здоровья штата Нью-Йорк)

     

    (Диаграмма: Управление психического здоровья штата Нью-Йорк)

    .

Станьте первым комментатором

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.