Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Хайям лучшее: Рубаи Омара Хайяма о любви: лучшие стихотворения

Содержание

Остроумные рубаи Омара Хайяма

Омар Хайям  — персидский философ, математик и астроном. При жизни Хайям был известен исключительно как выдающийся учёный. На протяжении всей жизни он писал стихотворные афоризмы (рубаи), в которых высказывал свои мысли о жизни. 

С годами количество приписываемых Хайяму четверостиший росло и к XX веку превысило 5000. Он размышляет о Боге, но отвергает церковные догмы, в его стихах — ирония и свободомыслие, радость жизни и наслаждение каждой её минутой. Возможно, свои сочинения приписывали Хайяму все те, кто опасался преследований за вольнодумство и богохульство. 

Хотя точно установить, какие из стихов действительно принадлежат Хайяму (если он вообще сочинял стихи), практически невозможно,  в современном мире Омар Хайям известен именно как поэт, создатель оригинальных философско-лирических четверостиший — мудрых, полных юмора и лукавства.

Омара Хайам  – о жизни, счастье и любви:

***

Бренность мира узрев, горевать погоди!
Верь: недаром колотится сердце в груди.
Не горюй о минувшем: что было, то сплыло.
Не горюй о грядущем: туман впереди…

***

Не завидуй тому, кто сильней и богат.

3а рассветом всегда наступает закат.
С этой жизнью короткою, равною вздоху,
Обращайся, как с данной тебе напрокат.

***

Всё покупается и продаётся,
И жизнь откровенно над нами смеётся.
Мы негодуем, мы возмущаемся,
Но продаёмся и покупаемся…

***

Твердят, будто пьяницы в ад угодят.
Всё вздор! Кабы пьющих отправили в ад,
Да всех женолюбов туда же им вслед,
Пустым, как ладонь, стал бы ваш райский сад.

***

Да, в женщине, как в книге, мудрость есть.
Понять способен смысл её великий
Лишь грамотный. И не сердись на книгу,
Коль, неуч, не сумел её прочесть.

***

Мы источник веселья — и скорби рудник.
Мы вместилище скверны — и чистый родник.
Человек, словно в зеркале мир — многолик.
Он ничтожен — и он же безмерно велик!

***

Кто битым жизнью был, тот большего добьется.
Пуд соли съевший, выше ценит мед.
Кто слезы лил, тот искренней смеется.
Кто умирал, тот знает, что живет…

***

«Ад и рай — в небесах», — утверждают ханжи.

Я в себя заглянув, убедился во лжи:
Ад и рай — не круги во дворце мирозданья,
Ад и рай — это две половинки души.

***

Не смешно ли весь век по копейке копить,
Если вечную жизнь все равно не купить?
Эту жизнь тебе дали, мой милый, на время, —
Постарайся же времени не упустить.

***

Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало,
Два важных правила запомни для начала:
Ты лучше голодай, чем что попало есть,
И лучше будь один, чем вместе с кем попало.

***

Не делай зла — вернется бумерангом,
Не плюй в колодец — будешь воду пить,
Не оскорбляй того, кто ниже рангом,
А вдруг придется, что-нибудь просить.

Не предавай друзей, их не заменишь,
И не теряй любимых — не вернешь,
Не лги себе — со временем проверишь,
Что этой ложью сам себя ты предаёшь.

***

Ветер жизни иногда свиреп…
В целом жизнь, однако, хороша…
И не страшно, когда черный хлеб,
Страшно, когда черная душа…

***

Один не разберет, чем пахнут розы.

Другой из горьких трав добудет мед.
Кому-то мелочь дашь — навек запомнит.
Кому-то жизнь отдашь, а он и не поймет.

6 мудрых изречений Омара Хайяма — Российская газета

4 декабря 1131 года не стало одного величайших мудрецов и поэтов востока Омара Хайяма. «Величайший из мудрых!» и «Мудрейший из великих!», как называли его современники, прославился своими остроумными изречениями и четверостишьями «рубаи».

Сегодня мы решили привести несколько примеров восточной мудрости Хайяма и рассказать о его жизненном опыте, который лежал в фундаменте этих философских сокровищ Персии.

Об любви

Главную любовь своей жизни Омар Хайям обрел уже в преклонном возрасте — мудрецу было под 80. Его жене исполнилось тогда лишь восемнадцать, и он оказался старше своего тестя на 20 лет.

«Можно соблазнить мужчину, у которого есть жена,

Можно соблазнить мужчину, у которого есть любовница,

Но нельзя соблазнить мужчину, у которого есть любимая женщина!»

Об утратах

Юные годы поэта пришлись на тяжелое военное время. Тяжелым ударом для Центральной Азии стало сельджукское завоевание, в результате которого погибло множество людей и глубоко уважаемых Хайямом ученых.

«И нет конца? Да нет, в конце концов — конец».

О самодостаточности

Ранние потери (мать и отец Омара Хайяма умерли, когда юноша еще не достиг совершеннолетия) приучили мудреца к самостоятельности: в своем обучении и прочих сторонах жизни ему приходилось полагаться лишь на себя.

«Ты — рудник, коль на поиск рубина идешь,

Ты — любим, коль надеждой свиданья живешь.

Вникни в суть этих слов — и нехитрых, и мудрых:

Все, что ищешь, в себе непременно найдешь!»

О Боге

Полное имя мудреца звучит как Гиясаддин Абу-ль-Фатх Омар ибн Ибрахим аль-Хайям Нишапури. Здесь Гиясаддин означает «Плечо веры», что отражает глубокое знание Корана. Уже в 12 лет Хайям стал учеником в Медресе и блестяще освоил мусульманское право. Разумеется, Бог занимал важное место в его творчестве и философии. Несмотря на это, в конце жизни ему пришлось столкнуться с обвинениями в вольнодумстве и безбожии.

«Не забывай, что ты не одинок:

И в самые тяжкие минуты рядом с тобою — Бог».

О познании Вселенной

Помимо философии и поэзии, Омар Хайям прославился в науке — математике, астрологии, астрономии. Значительную часть своих сил он потратил на астрономические изыскания, составив один самых точных календарей в истории. Вселенная, которая представала перед ним, вызывала у поэта восторг и благоговение.

«Без нас кружился мир, без нас кружиться будет.

Вселенной все равно, и больно только нам».

О богатстве и успехе

Осиротевшему Хайяму в своей жизни пришлось пережить как взлеты, так и падения. После смерти родителей юноша отправился в Самарканд, где своими речами произвел огромное впечатление на ученые круги. Уже через десятилетие он оказался в Исфахане при дворе султана, где получил возможность развивать свои таланты и заниматься научной и философской деятельностью. Однако смерть покровительствовавшего правителя изменила ситуацию: в адрес Хайяма посыпались обвинения, и ему пришлось покинуть столицу государства Санджаров.

«Ты выбрался из грязи в князи,

Но быстро князем становясь,

Не позабудь, чтобы не сглазить,

Не вечны князи-вечна грязь?»

Лучшие цитаты Омара Хайяма | Fresher

4 декабря 1131 года ушел из жизни великий персидский поэт, философ и математик Омар Хайям. Омар Хайам — один из самых известных восточных философов. Он остался в веках благодаря своим рубаям — мудрым, полным юмора, лукавства и дерзости четверостишиям. Эти стихотворения изначально носили двоякий смысл. Он специально облекал свои мысли в словесную символику, используя лексику житейского плана для выражения того, чего он достиг в духовном. Это давало возможность свободно выражать то, чего нельзя было сказать вслух открытым текстом. Мы собрали лучшие цитаты и высказывания великого поэта о жизни, человеке и любви.

О жизни и человеке

Чем ниже человек душой, тем выше задирает нос. Он носом тянется туда, куда душою не дорос. Один не разберет, чем пахнут розы. Другой из горьких трав добудет мед. Кому-то мелочь дашь, навек запомнит. Кому-то жизнь отдашь, а он и не поймет. В одно окно смотрели двое. Один увидел дождь и грязь. Другой — листвы зелёной вязь, весну и небо голубое. Мы источник веселья и скорби рудник. Мы вместилище скверны и чистый родник. Человек, словно в зеркале мир многолик. Он ничтожен и он же безмерно велик! Кто жизнью бит, тот большего добьется. Пуд соли съевший выше ценит мед. Кто слезы лил, тот искренней смеется. Кто умирал, тот знает, что живет! Как часто, в жизни ошибаясь, теряем тех, кем дорожим. Чужим понравиться стараясь, порой от ближнего бежим. Возносим тех, кто нас не стоит, а самых верных предаем. Кто нас так любит, обижаем, и сами извинений ждем. Мы больше в этот мир вовек не попадем, вовек не встретимся с друзьями за столом. Лови же каждое летящее мгновенье — его не подстеречь уж никогда потом. Не завидуй тому, кто силен и богат, за рассветом всегда наступает закат. С этой жизнью короткою, равною вдоху. Обращайся, как с данной тебе напрокат.

О любви

Чтоб мудро жизнь прожить знать надобно не мало. Два важных правила запомни для начала: ты лучше голодай, чем что попало есть и лучше будь один, чем вместе с кем попало. Можно соблазнить мужчину, у которого есть жена, можно соблазнить мужчину, у которого есть любовница, но нельзя соблазнить мужчину, у которого есть любимая женщина. Шипы прелестных роз — цена благоуханья. Цена хмельных пиров — похмельные страданья. За пламенную страсть к единственной своей ты должен заплатить годами ожидания. О горе, горе сердцу, где жгучей страсти нет. Где нет любви мучений, где грез о счастье нет. День без любви — потерян: тусклее и серей, чем этот день бесплодный, и дней ненастья нет. В любимом человеке нравятся даже недостатки, а в нелюбимом раздражают даже достоинства. Я пришел к мудрецу и спросил у него: «Что такое любовь?» Он сказал: «Ничего» Но, я знаю, написано множество книг: Вечность пишут одни, а другие — что миг То опалит огнем, то расплавит как снег, Что такое любовь? «Это все человек!» И тогда я взглянул ему прямо в лицо, Как тебя мне понять? «Ничего или все?» Он сказал улыбнувшись: «Ты сам дал ответ!: Ничего или все! — середины здесь нет!»

Омар Хайям о жизни и любви: лучшие цитаты и афоризмы гения

5 СФЕР

Данный материал создан редактором Онлайн-Платформы 5 СФЕР.

650

Время Чтения: 3 мин.

Омар Хайям — персидский философ, астроном и поэт. Его творчество кажется таким простым по звучанию, но таким глубоким по смыслу! Каждый может найти в нем свои ответы и мудрость. 

Омар Хайям стал известен всему миру благодаря написанным четверостишиям — рубаи. Его высказывания поражают простотой и мудростью. Предлагаем ознакомиться с самыми яркими цитатами великого мыслителя.

Цитаты Стивена Хокинга: 25 высказываний о жизни, любви и вселенной

к оглавлению ↑

Омар Хайям: лучшие цитаты о жизни

  • Чем ниже человек душой, тем выше задирает нос. Он носом тянется туда, куда душою не дорос.
  • Если подлый лекарство нальет тебе — вылей! Если мудрый нальет тебе яду — прими!
  • Правда и ложь отделяются расстоянием, близким к ширине волоска.
  • Не завидуй тому, кто силен и богат, за рассветом всегда наступает закат. С этой жизнью короткою, равною вдоху. Обращайся, как с данной тебе напрокат.
  • Упавший духом гибнет раньше срока.
  • Кто жизнью бит, тот большего добьется. Пуд соли съевший выше ценит мед. Кто слезы лил, тот искренней смеется. Кто умирал, тот знает, что живет!
  • Не искавшему путь вряд ли путь и укажут. Постучись, и откроются двери к судьбе!
  • Капля стала плакать, что рассталась с морем. Море засмеялось над наивным горем.
  • В этом тёмном мире считай истинным только духовное богатство, ибо оно никогда не обесценится.
  • Язык у человека мал, а сколько жизней он сломал.
  • Тому, кто не грешил, не будет и прощенья.
  • Растить в душе побег уныния — преступление.
  • Живи сегодня, а вчера и завтра не так важны в земном календаре.
  • Не жалуйся на боль — вот лучшее лекарство.
  • Будь счастлив в этот миг. Этот миг и есть твоя жизнь.
  • Не забывай, что ты не одинок: и в самые тяжкие минуты рядом с тобою — Бог.
  • Несколько извинений выглядят менее убедительно, чем одно.
  • Без нас кружился мир, без нас кружиться будет. Вселенной всё равно, и больно только нам.
  • И нет конца? Да нет, в конце концов — конец.
  • И с другом и с врагом ты должен быть хорош! Кто по натуре добр, в том злобы не найдешь. Обидишь друга — наживешь врага ты, врага обнимешь — друга обретешь.
  • Будь проще к людям. Хочешь быть мудрей — не делай больно мудростью своей.
  • О нас думают плохо лишь те, кто хуже нас, а те кто лучше нас… Им просто не до нас.
  • Меняем реки, страны, города. Иные двери. Новые года. А никуда нам от себя не деться, а если деться — только в никуда.

к оглавлению ↑

Цитаты о любви

  • Один не разберет, чем пахнут розы. Другой из горьких трав добудет мед. Кому-то мелочь дашь, навек запомнит. Кому-то жизнь отдашь, а он и не поймет.
  • Сорванный цветок должен быть подарен, начатое стихотворение — дописано, а любимая женщина — счастлива, иначе и не стоило браться за то, что тебе не по силам.
  • Как часто, в жизни ошибаясь, теряем тех, кем дорожим. Чужим понравиться стараясь, порой от ближнего бежим. Возносим тех, кто нас не стоит, а самых верных предаем. Кто нас так любит, обижаем, и сами извинений ждем.
  • Чтоб мудро жизнь прожить знать надобно не мало. Два важных правила запомни для начала: ты лучше голодай, чем что попало есть и лучше будь один, чем вместе с кем попало.
  • Можно соблазнить мужчину, у которого есть жена, можно соблазнить мужчину, у которого есть любовница, но нельзя соблазнить мужчину, у которого есть любимая женщина.
  • В любимом человеке нравятся даже недостатки, а в нелюбимом раздражают даже достоинства.
  • Любовь может обойтись без взаимности, но дружба — никогда.
  • Не говорите, что мужчина бабник. Был бы он однолюб — то до вас бы очередь не дошла.

Какая цитата Омара Хайяма понравилась вам больше всего?

Похожее

Не пропускай самые интересные публикации для личностного роста. Подписывайся на нас в той социальной сети, которую любишь больше всего: Instagram, Facebook, Telegram.

5 СФЕР

Данный материал создан редактором Онлайн-Платформы 5 СФЕР.

Цитаты Омара Хайяма о любви

Фото: UGC

Омар Хайям — известный мудрец, умные мысли и творения которого коснулись разнообразных сфер жизни. Предлагаем перечитать цитаты Омара Хайяма о любви, которые трогают искренностью и удивляют глубиной.

Вот что говорил Омар Хайям о любви:

«Любовь вначале — ласкова всегда.
в воспоминаньях — ласкова всегда.
А любишь — боль! И с жадностью друг друга
терзаем мы и мучаем — всегда».

Несмотря на то что эти мудрые слова Омара Хайяма звучат слегка пессимистично, они довольно правдивы и философски призывают помнить о чувствах не только хорошее или плохое, а правду. Он учит стараться видеть во всем две стороны, а не лишь одну ослепляющую эмоцию.

«В любимом человеке нравятся даже недостатки, а в нелюбимом раздражают даже достоинства».

Правдивость этой цитаты о любви подтвердит каждый, кто когда-либо имел чувства и ощущал окрыление рядом с близким человеком.

«Можно соблазнить мужчину, у которого есть жена, можно соблазнить мужчину, у которого есть любовница, но нельзя соблазнить мужчину, у которого есть любимая женщина!»

Довольно прямолинейный мужской взгляд на отношение полов как нельзя более верен и подтверждает, что статус отношений не имеет никакого значения, если речь не идет о настоящих чувствах.

«Где любовь суд вершит — все наречья молчат!»

Лаконичная и емкая цитата, говорящая о том, что любовь всесильна и не терпит возражений.

Фото: Нократ: UGC
«Пришла любовь — ушла, как будто кровь из жил
вконец опустошен — я полон той, кем жил.
Любимой раздарил всего себя до крохи,
весь, кроме имени, стал той, кого любил».

Эти рубаи о любви повествуют о том, как сильно чувство наполняет человеческую душу и какой опустошенной она остается после потери любви.

Омар Хайям откровенно рассказывает о своей горечи и самоотверженности.

«Страсть не может с глубокой любовью дружить,
если сможет, то вместе недолго им быть».

Мудрое замечание Омара Хайяма велит разграничивать страсть и истинное чувство и не ждать, что первые влюбленные порывы с годами останутся неизменными.

Любовь меняется, становится глубже и спокойнее, а одна лишь страсть не подарит паре счастья.

«Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало.
Два важных правила запомни для начала:
ты лучше голодай, чем что попало есть,
и лучше будь один, чем вместе с кем попало».

Одно из самых известных стихотворений Омара Хайяма, превозносящее избирательность во всем — от еды до отношений.

Мудрец считал любовь одним из важнейших человеческих ресурсов и не советовал тратить его почем зря.

Читайте также: Цитаты великих людей о счастье

«Сорванный цветок должен быть подарен, начатое стихотворение — дописано, а любимая женщина — счастлива, иначе не стоило браться за то, что тебе не по силам».

Многие мудрые цитаты Хайяма взывают к мужчинам, заставляя их иначе взглянуть на собственное поведение и отношение к прекрасному полу.

В этой фразе мудрец говорит сильной половине человечества уметь отпускать любимую женщину, если нет шанса сделать ее счастливой.

По мнению Омара, мужчина должен доводить любое начатое дело до конца или с достоинством принять поражение.

Фото: Ярмарка Мастеров: UGC
«Благородные люди, друг друга любя,
видят горе других, забывают себя.
Если чести и блеска зеркал ты желаешь, —
не завидуй другим, и возлюбят тебя!»

Эта мудрая фраза емко описывает самые важные качества, которые должны быть в человеке: умение любить близких, забывая о собственном эгоизме, и силу воли отказаться от чрезмерного честолюбия и зависти.

Хайям утверждает, что, отказавшись от негативных чувств и научившись любить других, человек получит взаимное чувство в ответ как награду за свои старания и заботу.

«Я пришел к мудрецу и спросил у него:
”Что такое любовь?” Он сказал: “Ничего”.
Но, я знаю, написано множество книг:
“Вечность” пишут одни, а другие — что “миг”.
То опалит огнем, то расплавит как снег,
Что такое любовь? — “Это все человек!”
И тогда я взглянул ему прямо в лицо:
“Как тебя мне понять? Ничего или все?”
Он сказал улыбнувшись: “Ты сам дал ответ:
“Ничего или все!” — середины здесь нет!»
Фото: Pinterest: UGC

Одна из самых глубоких мыслей Омара Хайяма, заключенная в стихотворную форму. Мудрец рассуждает о сути любви, ее многоликости и границах, о которых толковали и толкуют с начала времен.

Хайям уверен: любовь — это ультиматум, всеобъемлющая сила, которую невозможно определить или измерить, а можно лишь ощутить.

Слова, которые сказал Омар Хайям про любовь, имеют глубокий подтекст, касающийся жизненных приоритетов, человеческой натуры и основ мироздания.

Перечитывая его цитаты, находишь в них новый смысл и завороженно следишь за полетом мыслей великого поэта, которые раз за разом соединяются в сознании по-новому, будто словесный калейдоскоп.

Читайте также: Красивые цитаты из фильмов про любовь

Оригинал статьи: https://www.nur.kz/leisure/books/1716098-citaty-omara-hajama-o-lubvi/

Стихи о вине — Омар Хайям

Лучшие стихи про вино Омара Хайяма: «Ах сколько сколько раз вставая ото сна», «Чуть ясной синевой взыграет день в окне», «Как надоели мне несносные ханжи», «Призыв из кабака поднял меня от сна», «С тех пор как на небе Венера и Луна» и другие.

*****
Ты сердце бедное мое, господь, помилуй,
И грудь, которую томит огонь постылый,
И ноги, что всегда несут меня в кабак,
И руку, что сжимать так любит кубок милый.

*****
Чуть ясной синевой взыграет день в окне,
Прозрачного вина желанна влага мне.
Раз принято считать, что истина горька,
Я вывод делаю, что истина — вине.

*****
Запрет вина – закон, считающийся с тем,
Кем пьется, и когда, и много ли, и с кем.
Когда соблюдены все эти оговорки,
Пить – признак мудрости, а не порок совсем.

*****
Гора, вина хлебнув, и то пошла бы в пляс.
Глупец, кто для вина лишь клевету припас.
Ты говоришь, что мы должны вина чураться?
Вздор! Это дивный дух, что оживляет нас.

*****
Влюбленный на ногах пусть держится едва,
Пусть у него гудит от хмеля голова.
Лишь трезвый человек заботами снедаем,
А пьяному ведь все на свете трын-трава.

*****
Ах, сколько, сколько раз, вставая ото сна,
Я обещал, что впредь не буду пить вина,
Но нынче, господи, я не даю зарока:
Могу ли я не пить, когда пришла весна?

*****
Будь все добро мое кирпич один, в кружало
Его бы я отнес в обмен на полбокала.
Как завтра проживу? Продам чалму и плащ,
Ведь не святая же Мария их соткала.

*****
Как надоели мне несносные ханжи!
Вина подай, саки, и, кстати, заложи
Тюрбан мой в кабаке и мой молельный коврик;
Не только на словах я враг всей этой лжи.

*****
Друзья, бокал – рудник текучего рубина,
А хмель – духовная бокала сердцевина.
Вино, что в хрустале горит, – покровом слез
Едва прикрытая кровавая пучина

*****
Призыв из кабака поднял меня от сна:
«Сюда, беспутные поклонники вина!
Пурпурной влагою скорей наполним чаши,
Покуда мера дней, как чаша, не полна».

*****
Моей руке держать кувшин вина – отрада;
Священных свитков ей касаться и не надо:
Я от вина промок; не мне, ханжа сухой,
Не мне, а вот тебе опасно пламя ада.

*****
За то, что вечно пьем и в опьяненье пляшем,
За то, что почести оказываем чашам,
Нас не кори, ханжа! Мы влюблены в вино,
И милые уста всегда к услугам нашим

*****
С тех пор, как на небе Венера и Луна,
Кто видел что-нибудь прекраснее вина?
Дивлюсь, что продают его виноторговцы:
Где вещь, что ценностью была б ему равна?

*****
Твои дары, о жизнь, – унынье и туга;
Хмельная чаша лишь одна нам дорога.
Вино ведь – мира кровь, а мир – наш кровопийца,
Так как же нам не пить кровь кровного врага?

*****
Венец с главы царя, корону богдыханов
И самый дорогой из пресвятых тюрбанов
За песнь отдал бы я, на кубок же вина
Я б четки променял, сию орду обманов.

*****
Молитвы побоку! Избрав благую часть,
В беспутство прежнее решил я снова впасть
И, шею вытянув, как горлышко сосуда,
К сосудам кабака присасываюсь всласть.

*****
Усами я мету кабацкий пол давно,
Душа моя глуха к добру и злу равно.
Обрушься мир, – во сне хмельном пробормочу я:
«Скатилось, кажется, ячменное зерно».

*****
Доколе будешь нас корить, ханжа ты скверный,
За то, что к кабаку горим любовью верной?
Нас радуют вино и милая, а ты
Опутан четками и ложью лицемерной.

*****
Отречься от вина? Да это все равно,
Что жизнь свою отдать! Чем возместишь вино?
Могу ль я сделаться приверженцем ислама,
Когда им высшее из благ запрещено?

*****
Чтоб счастье испытать, вина себе налей,
День нынешний презри, о прошлых не жалей,
И цепи разума хотя б на миг единый,
Тюремщик временный, сними с души своей.

*****
Мне без вина прожить и день один – страданье.
Без хмеля я с трудом влачу существованье.
Но близок день, когда мне чашу подадут,
А я поднять ее не буду в состояньи.

*****
Хоть мудрый шариат и осудил вино,
Хоть терпкой горечью пропитано оно,-
Мне сладко с милой пить. Недаром говорится:
«Мы тянемся к тому, что нам запрещено».

Омар Хайям — Рубаи Омара Хайяма о вине

Омар Хайям о вине


Вино запрещено, но есть четыре «но»:
Смотря кто, с кем, когда и в меру ль пьёт вино.
При соблюдении сих четырёх условий —
Всем здравомыслящим вино разрешено!

Будь всё добро моё кирпич один, в кружало
Его бы я отнёс в обмен на полбокала.
Как завтра проживу? Продам чалму и плащ,
Ведь не святая же Мария их соткала.

Будь глух к учёному о боге суесловью,
Целуй кумир, к его прильнувши изголовью.
Покуда кровь твою не пролил злобный рок,
Свой кубок наполняй бесценных гроздий кровью.

Был бы я благочестьем прославиться рад,
Был бы рад за грехи не отправиться в ад,
Но божественный сок твоих лоз, виноград,
Для души моей — лучшая из наград!

Венец с главы царя, корону богдыханов
И самый дорогой из пресвятых тюрбанов
За песнь отдал бы я, на кубок же вина
Я б чётки променял, сию орду обманов.

Вино — прозрачный рубин, а кувшин — рудник.
Фиал — это плоть, а вино в нём — души родник,
В хрустальной чаше искрится вино огневое, —
То — ливень слёз, что из крови гроздий возник.

Вино прекрасно, пусть его клянёт суровый шариат.
Мне жизнь оно, коль от него ланиты милые горят.
Оно горчит, запрещено — за то мне нравится оно.
И в этом старом кабаке мне мило всё, что запретят.

Виночерпий, бездонный кувшин приготовь!
Пусть без устали хлещет из горлышка кровь.
Эта влага мне стала единственным другом,
Ибо все изменили — и друг, и любовь.

Виночерпий, налей в мою чашу вина!
Этой влагой целебной упьюсь допьяна,
Перед тем как непрочная плоть моя будет
Гончарами в кувшины превращена.

Все недуги сердечные лечит вино.
Муки разума вечные лечит вино.
Эликсира забвения и утешенья
Не страшитесь, увечные, — лечит вино!

Всё царство мира — за стакан вина!
Всю мудрость книг — за остроту вина!
Все почести — за блеск и бархат винный!
Всю музыку — за бульканье вина!

Всем известно, что я свою старость кляну.
Всем известно, что я пристрастился к вину,
Но не знают глупцы, что вино возвращает
Юность старцу, усталому сердцу — весну.

Где вчерашние юноши, полные сил?
Всех без жалости серп небосвода скосил.
Горевать бесполезно: что было — то сплыло.
Дай вина, чтобы смертный бессмертья вкусил!

Гора, вина хлебнув, и то пошла бы в пляс.
Глупец, кто для вина лишь клевету припас.
Ты говоришь, что мы должны вина чураться?
Вздор! Это дивный дух, что оживляет нас.

Даже гору напоишь, запляшет она,
Только круглый дурак может жить без вина.
Не раскаюсь, что пью. Нас вино воспитало:
Выпьешь чашу — и вся твоя сущность видна.

День каждый услаждай вином, — нет, каждый час:
Ведь может лишь оно мудрее сделать нас,
Когда бы некогда Ивлис вина напился,
Перед Адамом он склонился б двести раз.

Друзья, бокал — рудник текучего рубина,
А хмель — духовная бокала сердцевина.
Вино, что в хрустале горит, — покровом слёз
Едва прикрытая кровавая пучина.

За то, что вечно пьём и в опьяненье пляшем,
За то, что почести оказываем чашам,
Нас не кори, ханжа! Мы влюблены в вино,
И милые уста всегда к услугам нашим.

И слева мне и справа твердят: не пей, Хайям!
Вино – враг веры правой, сок лоз – отрава нам.
Вино – враг веры? Так пей же кровь лозы,
Ведь кровь врагов лукавых нам пить велит ислам.

Из горлышка кувшина на столе
Льёт кровь вина. И всё в её тепле:
Правдивость, ласка, преданная дружба —
Единственная дружба на земле!

Из сиреневой тучи на зелень равнин
Целый день осыпается белый жасмин.
Наливаю подобную лилии чашу
Чистым розовым пламенем — лучшим из вин.

Круглый год неизменно вращенье Плеяд.
В книге жизни страницы мелькают подряд.
Пей вино. Не горюй. «Горе — медленный яд,
А лекарство — вино», — мудрецы говорят.

Лишь на небе рассвет займётся еле зримый,
Тяни из чаши сок лозы неоценимой!
Мы знаем: истина в устах людей горька, —
Так, значит, истиной вино считать должны мы.

Мне с похмелья лекарство одно принеси,
Если мускусом пахнет оно, принеси,
Если вылечить хочешь Хайяма от скорби
Ранним утром Хайяму вино принеси.

Мне чаша чистого вина всегда желанна,
И стоны нежных флейт я б слушал неустанно.
Когда гончар мой прах преобразит в кувшин,
Пускай наполненным он будет постоянно.

Наповал все печали мой кубок убьёт,
В нём богатство, веселье и радость живёт.
Дочь лозы я сегодня беру себе в жёны,
А рассудку и вере дам полный развод.

Не порочь лозы-невесты непорочной виноградной,
Над ханжою злой насмешкой насмехайся беспощадно.
Кровь двух тысяч лицемеров ты пролей — в том нет греха, —
Но, цедя вино из хума, не разлей струи отрадной.

Нежным женским лицом и зелёной травой
Буду я наслаждаться, покуда живой.
Пил вино, пью вино и, наверное, буду
Пить вино до минуты своей роковой!

Нынче жажды моей не измерят весы,
В чан с вином окуну я сегодня усы!
Разведусь я с учёностью книжной и с верой,
В жёны выберу дочь виноградной лозы.

О вино! Ты — живая вода, ты — исток
Вдохновенья и счастья, а я — твой пророк.
Я тебя прославляю в согласье с кораном:
Ведь сказал же аллах, что вино — не порок!

О вино! Ты прочнее верёвки любой,
Разум пьющего крепко опутан тобой.
Ты с душой обращаешься, словно с рабой.
Стать её заставляешь самою собой.

Обета трезвости не даст, кому вино —
Из благ сладчайшее, кому вся жизнь оно.
Кто в Рамазане дал зарок не пить, — да будет,
Хоть не свершать намаз ему разрешено.

Отречься от вина? Да это всё равно,
Что жизнь свою отдать! Чем возместишь вино?
Могу ль я сделаться приверженцем ислама,
Когда им высшее из благ запрещено?

Пей вино! В нём источник бессмертья и света,
В нём — цветенье весны и минувшие лета.
Будь мгновение счастлив средь цветов и друзей,
Ибо жизнь заключилась в мгновение это.

Пей вино, ибо радость телесная — в нём.
Слушай чанг, ибо сладость небесная — в нём.
Променяй свою вечную скорбь на веселье,
Ибо цель, никому не известная, — в нём.

По воле сотворившего, не знаю,
Я предназначен аду или раю.
Вино, подруга, лютня — часть моя,
Тебе блаженства рая уступаю.

Полету ввысь, вино, ты учишь души наши,
С тобой, как с родинкой, красавец Разум краше.
Мы трезво провели весь долгий Рамазан, —
Вот наконец Шавваль. Наполни, кравчий, чаши!

Поток вина — родник душевного покоя,
Врачует сердце он усталое, больное.
Потоп отчаянья тебе грозит? Ищи
Спасение в вине: ты с ним в ковчеге Ноя.

Призыв из кабака поднял меня от сна:
«Сюда, беспутные поклонники вина!
Пурпурной влагою скорей наполним чаши,
Покуда мера дней, как чаша, не полна».

Принеси заключенный в кувшине рубин —
Он один мой советчик и друг до седин.
Не сиди, размышляя о бренности жизни, —
Принеси мне наполненный жизнью кувшин!

Принесите вина — надоела вода!
Чашу жизни моей наполняют года,
Не к лицу старику притворяться непьющим,
Если нынче не выпью вина — то когда?

Про вечность и про тлен оставим разговор,
В потоке мыслей я почувствовал затор.
Что может заменить вино в часы веселья?
Мгновенно перед ним стихает всякий спор.

Пусть хрустальный бокал и осадок на дне
Возвещают о дне наступающем мне.
Горьким это вино иногда называют,
Если так – значит, истина скрыта в вине!

С тех пор, как на небе Венера и Луна,
Кто видел что-нибудь прекраснее вина?
Дивлюсь, что продают его виноторговцы:
Где вещь, что ценностью была б ему равна?

Сегодня — оргия. С моей женой,
Бесплодной дочкой Мудрости пустой,
Я развожусь! Друзья, и я в восторге.
И я женюсь — на дочке лоз простой.

Сердце! Пусть хитрецы, сговорясь заодно,
Осуждают вино, дескать, вредно оно.
Если душу отмыть свою хочешь и тело —
Чаще слушай стихи, попивая вино.

Скорей вина сюда! Теперь не время сну,
Я славить розами ланит хочу весну.
Но прежде Разуму, докучливому старцу,
Чтоб усыпить его, в лицо вином плесну.

Смотри: беременна душою плоть бокала,
Как если б лилия чревата розой стала,
Нет, это пригоршня текучего огня
В утробе ясного, как горный ключ, кристалла.

Среди гурий прекрасных я пьян и влюблен
И вину отдаю благодарный поклон.
От оков бытия я сегодня свободен
И блажен, словно в высший чертог приглашен.

Стоит власти над миром хороший глоток.
Выше истины выпивку ставит знаток.
Белоснежной чалмы правоверного шейха
Стоит этот, вином обагренный, платок.

Стоит царства китайского чарка вина,
Стоит берега райского чарка вина.
Горек вкус у налитого в чарку рубина
Эта горечь всей сладости мира равна.

Хоть мудрый шариат и осудил вино,
Хоть терпкой горечью пропитано оно, —
Мне сладко с милой пить. Недаром говорится:
«Мы тянемся к тому, что нам запрещено».

Чем пустыми мечтами себя донимать —
Лучше полный кувшин до утра обнимать!
Дочь лозы — эта влага у нас под запретом,
Но запретная дочка желанней, чем мать.

Что сравню во вселенной со старым вином,
С этой чашею пенной со старым вином?
Что еще подобает почтенному мужу,
Кроме дружбы почтенной со старым вином?

Шавваль пришел. Вино, глушителя забот,
Пусть виночерпий нам по чашам разольет.
Намордник строгого поста, узду намазов
С ослиных этих морд благой Шавваль сорвет.

Я снова молод. Алое вино,
Дай радости душе! А заодно
Дай горечи и терпкой, и душистой…
Жизнь — горькое и пьяное вино!


Стихи Омара Хайяма – современный перевод

Мы получили предварительное уведомление о предстоящей публикации нового перевода рубайата Омара Хайяма, взятого из первоисточников персидского языка. Перевод выполнен автором иранского происхождения Сиамаком Ахаваном, который много лет жил в Северной Америке и в настоящее время живет в Калифорнии. В предисловии к книге он пишет:

<< Будучи двуязычным автором и заядлым читателем персидской поэзии и литературы, я давно понял, что «Рубайат» Фицджеральда является интерпретацией стихов Хайяма – т.более прямой перевод буквальной и мистической сущности его стихов, написанных устаревшей английской прозой и трудно читаемых (подробнее об этом во Введении). Я считаю, что в этой книге я представил более удобочитаемую и точную версию. ….. Тот, который был более понятен его персоязычным читателям на протяжении последних тысячелетий. >>

Автор отобрал 122 четверостишия, которые он считает наиболее подлинными из множества стихов, приписываемых Омару Хайяму.Выборка взята из четверостиший, опубликованных ключевыми иранскими источниками, в том числе Хедаятом, Форуги и Гани. В ранее распространенных выдержках перед публикацией переведенные стихи представлены ниже с текстом на фарси. Образец рифмовки английских четверостиший, кажется, варьируется, и нет очевидного упорядочения их по предмету или теме. Наше ограниченное знание фарси предполагает, что переводы являются довольно прямой интерпретацией оригиналов Хайяма. Два примера стихов в новом переводе показаны ниже.Читатели придут к своему собственному мнению о том, будут ли эти интерпретации более доступными для современного поколения, чем другие современные и более ранние версии.

Сиамак Ахаван очень заинтересован в том, чтобы мудрость Хайяма была доступна всем и всем. Большинство из нас, несомненно, разделят это желание, и мы надеемся, что его новая книга достигнет этой цели. Он публикуется Resource Publications (отпечаток Wipf и Stock Publishers, https://wipfandstock.com/search-results/?imprint=resource-publications).Это некоммерческое издательское предприятие, и доходы автора пойдут на поддержку проектов по строительству школ в Иране. Июль 2021 года — запланированная дата публикации с ценой печати около 10 долларов. Мы с нетерпением ждем финальной продукции.

Примеры нового перевода 1

Этот старый двор когда-то правил миром.
У его дверей вилось множество субъектов.
Теперь на его развалинах сидит только ворона,
растерянно кричащая: «кто, кто, кто».

آن صصر کھ با چرخ ھمیزد بلو
بر درگھ پھلو
بر درگھ آن شھان نھادندی رو
دیدیم کھ بر کنگرهاش فاختھای
بنشستھ ھمی گفت کھ کوکوکوکو

Примеры нового перевода 2

В юности мы восхищались краткой доблестью.
Радуйтесь мании величия.
Тем не менее, это доказало только то, что в конце концов
он просто ушел от земли к ветру.


یک چند بھ کودکی باستاد شدیم
یک چند بھ استادی خود شاد استادی خود شاد شدیم
پایان سخن شنو کھ ما را چھ رسید
از خاک در آمدیم و بر باد شدیم

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

Перевод Рубаи Фицджеральда по-прежнему достоин похвалы, нравится это персам или нет   

Персидские классические поэты, такие как Сади, Хафез, Фирдоуси и Аттар, более или менее известны на Западе, но, возможно, к Омару Хайяму Нейшабури на Западе относятся иначе от других его персидских коллег.

Причина такого дифференцированного отношения заключается в том, что смелое отношение Хайяма и явно материалистический подход к миру в его поэзии вызвали у людей на Западе большее сочувствие к иранскому поэту, который также известен как ученый в области математики и астрономии.

Такое отношение побудило английского писателя Эдварда Фитцджеральда в середине 19 века сделать перевод рубаи Омара Хайяма на основе рукописи шедевра, датируемой 15 веком.

По мнению многих ученых, перевод положил начало знакомству жителей Запада с поэзией Хайяма, хотя друг Фитцджеральда, Эдвард Байлс Коуэлл, известный переводчик персидской поэзии и первый профессор санскрита в Кембриджском университете, ранее перевел несколько стихотворений из сборник четверостиший.

«Фитцджеральд блестяще представил Хайяма Западу, справившись с невозможным, то есть передав дух рубайата Хайяма так, как не смогли добиться даже некоторые из более точных переводчиков Хайяма после него», — Мехди Аминразави, профессор философии и религии и содиректора Лейдекеровского центра азиатских исследований Университета Мэри Вашингтон, написал в своей книге «Вино мудрости: жизнь, поэзия и философия Омара Хайяма».

«Изучив большинство, если не все, доступные английские переводы Хайяма, многие из которых более точны, чем перевод Фитцджеральда, я все же отошлю неперсидских читателей к переводу Фитцджеральда, который просто отражает сердце и душу поэзии Хайяма», добавил он.

Но ключевой момент заключается в том, что если бы британский лингвист и дипломат сэр Гор Узли не взял с собой в Англию редкий экземпляр Рубаи и несколько других персидских рукописей во время своей миссии в Иране в начале XIX века, возможно, нет перевода сборника Фитцджеральда.Таким образом, иранцы, похоже, испытывают смешанные чувства по поводу этого грабежа Узли.

Лондонский книготорговец Бернард Куорич опубликовал первое издание перевода Рубаи Фитцджеральда тиражом 250 экземпляров в 1859 году. Поначалу оно плохо продавалось, однако растущий интерес к стихам побудил Куорича выпустить второе издание девять лет спустя.

Энтузиасты рубаи, такие как английские поэты Данте Габриэль Россетти и Алджернон Чарльз Суинберн, решили основать Клуб Омара Хайяма в Лондоне.

Перевод Фитцджеральда также стал причиной появления Омара Хайяма в Америке, поскольку американский критик Чарльз Элиот Нортон написал рецензию на перевод в 1869 году, а его энтузиасты основали Американский клуб Омара Хайяма.

Рубаи также побывали во Франции, Нидерландах и Германии. Но история его восприятия в Германии также интересна: его немецкий переводчик Вальтер фон дер Портен находился под влиянием перевода Фитцджеральда.

Подъем нацизма в Германии навлек на рубаи дурную славу, потому что послание стихов было против деспотизма, а нацисты не могли мириться с таким мировоззрением.

Как упоминалось ранее, явно материалистический подход Хайяма к миру привлек к его поэзии жителей Запада, включая Фитцджеральда.

Однако Лейли Анвар, переводчик и профессор персидской литературы в Институте языков и восточных цивилизаций в Париже, полагает, что Хайям и некоторые другие персидские классические поэты, такие как Джалал ад-Дин Руми и Хафез, были представлены с недоразумением в Запад.

Выступая на литературном собрании в Тегеране в июле 2015 года, она сказала, что Фитцджеральд адаптировал рубаи Хайяма для англоязычных читателей.

«Хотя его английская адаптация очень восхитительна, вы никогда не подумаете, что читаете идеальную поэзию Хайяма. На самом деле Хайяма представили миру с непониманием», — заявил Анвар.

Анвар, который является переводчиком французской версии «Маснави-йе Манави» персидских поэтов-классиков Джалал ад-Дина Руми, критикует перевод Маснави-йе Манави американским экспертом по персидской литературе Коулманом Барксом.

Она также назвала французский перевод «Дивана Хафеза» известного французского ученого-хафеза Шарля-Анри де Фушекура «очень плохим».

В любом случае, Фитцджеральд был пионером в распространении рубаи Хайяма на Западе. Он и другие западные ученые, такие как де Фушекур и Баркс, заслуживают большого уважения за их вклад в персидскую литературу.

* Завтра в Иране отмечается День Хайяма.

Фото: Портрет английского писателя Эдварда Фитцджеральда работы неизвестного художника.

ММС/YAW

Омар Хайям: персидский астроном, поэт и ученый | Искусство и культура

Хайям был персидским астрономом и писателем, известным в Иране как ученый, а в других странах как писатель.

Омар Хайям был персидским астрономом, писателем, поэтом и математиком, известным в Иране своими научными достижениями.

90 002 Англоязычные читатели узнают о его выдающейся работе благодаря переводу его собрания сотен четверостиший (или рубаи) на рубаи, произведении 1859 года о персидском астрономе-поэте.

В его честь Google изменил свой логотип на специальную анимацию или дудл в 17 странах с изображением, посвященным Хайяму и его наиболее важным достижениям.

Но при жизни ученого и писателя не всегда ценили за его работу.

Это его история:

Тщательное образование 

  • Омар Хайям родился 18 мая в торговом городе Нишапур на территории современного Ирана в 1048 году.
  • Отцом Хайяма был Эбрагим Хайями, богатый врач, имя его матери осталось неизвестным.

  • Его происхождение до сих пор неясно, но некоторые авторы утверждают, что отец Омара зарабатывал на жизнь, будучи торговцем и делая палатки, так как его фамилия означает изготовитель палаток.

  • Семья Хайяма была мусульманской, но его отец считался нестрогим, вскоре он нанял математика Бахманьяра бин Марзбана, приверженца древней персидской религии или зороастризма, для обучения Омара.
  • Хайям получил основательное образование в области естественных наук, философии и математики.

  • В 1066 году, когда Хайям праздновал свое 18-летие, всего за несколько месяцев до смерти его наставника умер его отец Эбрагим.

  • Эти события ознаменовали конец целой эпохи в жизни юного ученика, и, наведя порядок в делах своей семьи, он двинулся дальше.

Восхождение ученого

  • Хайям присоединился к одному из регулярных караванов, совершавших трехмесячное путешествие из Нишапура в город Самарканд, который сейчас находится в Узбекистане.
  • В Самакарне он проявил заметный интерес к математике, написав трактаты по арифметике, алгебре и теории музыки под покровительством главного судьи Абу Тахира, который также был другом его отца и который заметил необычайный талант Хайяма к числам.
  • Вероятно, он еще находился при дворе Шамс аль-Мука около 1073 года, когда был заключен мир с султаном Малик-шахом, ранее вторгшимся на территорию.
  •  Именно тогда, в возрасте 26 лет, Хайям поступил на службу к Малик Шаху, и когда его пригласили вернуться в Иран, чтобы построить обсерваторию в Исфахане и реформировать персидский календарь.

ЧАСЫ: Наука о звездах

Привилегированный образ жизни в Иране 

  • Следующие 18 лет он оставался в Иране, где ему платили необычайно высокую зарплату и вели привилегированный образ жизни.

  • Иллюстрация Эдмунда Дюлака из рубаи Омара Хайяма [Getty Images]

    За это время ученый с поразительной точностью измерил продолжительность года – продолжительность тропического года.

  • Перекалибровка календаря зафиксировала первый день года в точный момент прохождения центра Солнца через точку равноденствия.

  • Шах представил календарь Хайяма, календарь Джалали, 15 марта 1079 года, ученому был 31 год,
  • Этот календарь использовался до 20 века в Иране, также считается, что он построил модели, иллюстрирующие теорию вращения Земли вокруг своей оси.

  • В различных биографических выдержках говорится, что он не имел себе равных в научных знаниях и достижениях своего времени.
  • По словам современника Омара, биографа аль-Байхаки, его память была потрясающей.

  • По словам автора, он смог запомнить целую книгу, прочитав ее несколько раз, когда он вернул книгу, ученый смог переписать ее по памяти, демонстрируя удивительное сходство.

  • Он также был хорошо зарекомендовавшим себя математиком, и его сохранившиеся математические работы включают: Комментарий к трудностям, касающимся постулатов «Начал» Евклида, деления квадранта окружности и доказательств для задач, касающихся алгебры.

СМОТРЕТЬ – Аль-Хорезми: Отец алгебры

Рубаи

  • При жизни султана Малик Шаха у обоих были прекрасные отношения, однако его удача изменилась, когда к власти пришел его преемник, султан Санджар.

  • Султан Санджар не жаловал ученого, кажется, Омар обидел Санджара, когда тот был еще ребенком, и ему так и не простили.
  • После смерти Малик Шаха Хайям потерял расположение двора, и финансирование строительства обсерватории закончилось.

  • Он совершил паломничество в Мекку и посетил Багдад. По возвращении он удалился в Нишапур, где, похоже, прожил жизнь отшельника.
  •  Среди других вкладов Хайяма также наиболее известен его поэтический труд.

  • «Рубайят» представлял собой его сборник из сотен четверостиший, впервые переведенный с фарси на английский в 1859 году Эдвардом Фицджеральдом.

  • Стихи прославляли радости жизни, освещая тонкий политический и религиозный контекст, в котором они были созданы.
  • Некоторые ученые считали, что ученый и писатель написал около 150 четверостиший, а другие писатели после него, как полагают, внесли свой вклад в оставшуюся часть.

За пределами земли, за самыми дальними небесами я пытаюсь найти Рай и Ад. Затем я слышу торжественный голос, который говорит: «Рай и ад внутри.

Омар Хайям, Рубаи

Цветы

  • Он умер в Нишапуре в возрасте 83 лет, 4 декабря 1131 года. Из рассказа Низами Аруди, персидского поэта, Омар говорил, что его «могила будет в том месте, где деревья опадут на меня своими цветами. дважды в год».

  • Когда Аруди посетил Нишапур примерно через четыре года после смерти Омара, он искал могилу Омара, она была именно в том месте, где предсказал Омар.
  • Согласно повествованию, цветы полностью покрыли надгробие.

  • В 1963 году иранский шах приказал эксгумировать могилу Хайяма и переместить его останки в мавзолей в Нишапуре, где туристы могли отдать дань уважения.
  •  О жизни Хайяма известно недостаточно, но считается, что у него были жена и двое детей; Мальчик и девочка.

‘Бехраду удалось уловить суть Робайята Хайяма…’Soheil Parsa


Четверостишия Омара Хайяма: перевод с персидского Джубина Бехрада



поэзия
88 pp
2016


︎ Покупка


︎ Покупка


Synopsisis

18
Влияние средневекового персидского полимата Омара Хайяма возможно, лучше всего отражается в почитании его новаторских математических открытий и прославления Robaiyat (Катренов) не только в его родном Иране, но и во всех уголках мира.

Призывая читателей ловить момент и наслаждаться радостями жизни, а также предупреждая их об эфемерности и неверности мира, философия Хайяма так же актуальна сегодня, если не более, чем в те неспокойные времена, в которые он жил.

Не давая ни вольной интерпретации, ни дословного перевода поэзии Хайяма, Бехрад стремился сохранить поэтические качества и дух оригинальных персидских катренов и обеспечить максимально точный перевод каждой строфы.

Настоящий том содержит оригинальные персидские стихи, отобранные и классифицированные покойным Садехом Хедаятом, а также предисловие доктора Сайеда Хасана Амина.


Отзывы


Бехраду удалось уловить суть Робайат Хайяма… Его исполнение предлагает ясность и точность смысла, ритма и тона оригинальных персидских стихов.
Сохейл Парса, отмеченный наградами режиссер

Перевод Джубина «Робаят Омара Хайяма » показывает его чуткость в наше время.
Парвиз Танаволи


Пресса



Рубаи : Самая роскошная книга поэзии в истории?
BBC

Wonder и Wine в Robaiyat из Омара Хайям

Chicago обзор книг

Karim Emami, 75, переведенный Омар Хайям и «Гэтсби»,

ТЕГЕРАН, 12 июля. Карим Эмами, выдающийся иранский переводчик и редактор, более 50 лет посвятивший свою жизнь персидской литературе и искусству, скончался в субботу в своем доме в Тегеране.Ему было 75 лет.

По словам его семьи, причиной была лейкемия.

Г-н Эмами был наиболее известен своими переводами с английского на персидский язык и современной персидской поэзии на английский язык. Как критик, он внес свой вклад в широкий спектр областей, включая кино, искусство и фотографию. Он также стал авторитетом в области персидского языка и известен своей работой над словарями.

Его переводы на персидский язык включали «Великий Гэтсби», пьесу Джона Осборна «Оглянись в гневе» и шутливый рассказ Дениса Райта о столкновении между Ираном и Великобританией в 19 веке «Персы среди англичан».

В 1960-х г-н Эмами стал лидером в переводе современной персидской поэзии на английский язык.

Некоторые из его переводов были опубликованы в англоязычной ежедневной газете Kayhan International. откровенный поэт и кинорежиссер, считается классиком. Он также перевел неуловимую поэзию Сохраба Сепехри. Оба поэта умерли молодыми и были среди его друзей.

Г-н Эмами также интересовался старой поэзией и подготовил новый перевод четверостишия Омара Хайяма.Сборник из 72 четверостиший «Вино Нишапура» был опубликован в 1989 году.

Г-н Эмами родился в 1930 году в Калькутте, куда часто приезжал его отец, торговец чаем. Он вернулся в южный город Шираз в Иране, когда ему было 2 года, и выучил свои первые английские слова от своего отца, который был знаком с этим языком.

Он изучал английскую литературу в Тегеранском университете и в начале 1950-х стал журналистом. Его работа в журналистике совпала с политическими потрясениями в Иране, национализацией нефти лидером Ирана Мохаммедом Мосаддыком, а затем с переворотом 1953 года при поддержке Центрального разведывательного управления, в результате которого было свергнуто правительство.

В 1953 году он уехал в Соединенные Штаты для получения диплома по английской литературе в Университете Миннесоты.

В 1967 году он оставил журналистику, чтобы стать главным редактором Franklin Books, где он сыграл важную роль в публикации качественных книг и обучении молодых писателей и редакторов. Позже он основал издательство Soroush Press и вместе со своей женой Голи, также переводчицей, открыл книжный магазин Zamineh в Тегеране, место встречи книголюбов.

Помимо жены, у него остались две дочери, Хеди и Хасти; и четыре брата, Рахим, Шахрох, Мохсен и Хусейн Эмами.

Вечная классика рубайата Омара Хайяма | Раши Дж. | The East Berry

«Рубайат» Омара Хайяма — одна из очень немногих литературных жемчужин, которые считаются дважды классическими, одна на персидском языке оригинала, а другая на английском языке. Рубаи затрагивает многие великие темы поэзии, такие как любовь, вино, бог и смысл существования в гигантском космосе.

Портрет Омара Хайяма из Википедии

Около 100 лет назад, когда Эдвард Фитцджеральд перевел ослепительную поэму Омара Хайяма, Рубаи на английский , он и представить себе не мог, какое сокровище он сделал доступным для огромного числа люди на земле.

Перевод «Рубайата», сделанный Фитцджеральдом, не только придал ему новые высоты, что редко бывает в переводных произведениях, но и позволил словам Хайяма достичь ушей некоторых литературных гигантов Запада и, следовательно, стать популярными в глазах публике, что также редко бывает в случае с переведенными произведениями.

Считается, что Оскар Уайльд однажды назвал «Рубайят» «шедевром искусства», поместив его вместе с сонетами Шекспира в число своих самых больших литературных увлечений.Точно так же Марк Твен и Т. С. Элиот тоже приветствовали великолепие идей Хайяма, а также труд Фитцджеральда, который воплотил эти идеи в милую и прекрасную поэзию.

Считается, что, когда английский художник Джон Раскин впервые получил экземпляр Рубаи в 1800-х годах, он описал свои чувства так: « Я никогда — до сегодняшнего дня — не читал ничего настолько великолепного », чувство, которое многие многие другие пришли поделиться с тех пор.

Омар Хайям был эрудитом XI века из Ирана, более известным своим вкладом в астрономию и математику, а не в поэзию.Благодаря его вкладу в 1982 году НАСА решило назвать в его честь кратер на Луне. Хайям был учеником Ибн Сины, исламского предшественника Сократа, который изучал у него философию, но больше, чем философию, его привлекала поэзия.

В отличие от других персидских поэтов, Хайям сочетал свою одержимость персидскими стихами со своими взглядами на философию, тем самым создавая что-то совершенно уникальное для себя в огромном и богатом перечне классической персидской литературы.

Рубаи Хайяма считается стихотворением на все времена года.

Это святое и нечестивое одновременно. Он затрагивает важнейшие вопросы жизни и смерти, а также передает философию эпикурейского стиля, заключающуюся в том, чтобы не относиться к вещам слишком серьезно. Он ставит под сомнение наши глубоко укоренившиеся убеждения о Боге и небесах, сосредотачиваясь на том виде духовной трансцендентности, который обычно встречается в суфийской литературе.

Хайям был агностиком в душе и часто мало доверял обещаниям религии — ее заявлениям о рае и аде и ее настойчивому утверждению о существовании Бога.Он часто критиковал комплекс превосходства мусульман, которые думали, что им переданы все ответы, в то время как остальные люди были просто невежественными манекенами. Неудивительно, что Кристофер Хитченс использовал один из стихов Хайяма «Рубайат» в качестве пролога к своему умопомрачительному эссе « Бог не велик », которое гласило:

И думаешь ли ты, что таким, как ты фанатик экипажа
Бог дал секрет, а мне его лишил?
Ну-ну — какое это дело? Поверьте и вы!
(перевод Ричарда ле Гальена)

Или за пределами рубаи, взгляните на его стих:

Какой человек никогда не нарушал ваш закон, скажем?
Жизнь без греха, какой у нее вкус, скажем?
Если ты накажешь зло, которое я сделал злом,
Какая разница между тобой и мной?

Или это:

Я винолюб? Что, если я?
Зороастрийец или неверный? Предположим, я?
Каждая секта меня неправильно называет, но я им не внимаю,
Я свой, и что я есть, то я и есть.

Или это:

Когда Аллах смешал мою глину, он прекрасно знал
Мои будущие действия, и каждый мог предсказать;
Без Его воли ни один мой поступок не был совершен;
Так справедливо ли меня наказать в аду?

Или это:

Коран! Ну, давай, проверь меня
Прекрасная старая книга в ужасных ошибках —
Поверь мне, я тоже могу цитировать Коран,
Неверующий знает свой Коран лучше всех

Прямолинейный и открытый скептицизм Хайяма, несомненно, делает его голосом разума для мусульманского мира, который часто отрекается от него, как будто он никогда не входил в историю.

И все же, поэзия Хайяма имеет историю вдохновения религиозно мыслящих людей, его стихи исследуют и осмысливают многие лики Бога, которые люди видят в своей повседневной жизни, высшая форма которых была описана с помощью словарь «любви и света». и
Что-то тогда сказало: «Понимание слепо».

Метафоры завесы и светильника часто использовались в классической суфийской литературе для обозначения «доктрины эманации нравственного Творения от Бога, Творца и его повторного погружения в Бога», что означает идею о том, что люди покидают от Бога и, в конце концов, вновь поглощаются Богом в космическом союзе становления всем и единым.

Обратите внимание, что подобные темы почти универсальны в языке поэзии. Лао-цзы, китайский философ и основатель даосизма, также говорил о таких темах единения в своей поэзии, а Рабиндранат Тагор, великий бенгальский поэт, написавший классический эпос Gitanjali , также исследовал аналогичные темы мистицизма о «единстве всего». в его поэзии.

Поэтому неудивительно, что Рубаи Хайяма перегружены такими метафорами, но, возможно, уникальность его поэзии, да и суфийской поэзии в целом, заключается в употреблении вина и его бесконечных отношениях с Богом. Хайям часто ссылается на «чашу», или чашу с вином, или виночерпия, которые в суфийской лексике использовались для обозначения концепции Бога. В самых ранних стихах Рубаи эта метафора прекрасно используется:

Сон, когда Левая Рука Зари была в Небе
Я услышал Голос в Таверне крик,
его чаша будет сухой.

Хотя в Коране (5:90–91) вино было названо «мерзостью деяний сатаны», инструмент, с помощью которого сатана пытается разжечь «вражду и ненависть» между верующими и «удержать вас от воспоминаний о Бог и молитва», интересно не то, что винная поэзия была золотым стандартом для всех жемчужин исламской литературы, а то, что понятие вина использовалось в воспоминании и восхвалении Бога, что делало его более парадоксально приятным.

Начиная с периода Халифата, винопитие стало одной из величайших тем поэзии.Некоторые из этих стихов были написаны самими халифами, халиф аль-Валид ибн Язид (ум. 744), например, сочинил одни из лучших, а также одни из самых скандальных поэтических стихов в каноне. Он писал:

Я свидетельствую перед Богом и ангелами
И всеми Его слугами и товарищами благочестивыми
Что я жажду песни и глотков из бокала
И схватить ртом прекрасные щеки

Поэзия вина была подробно исследована не только поэтами-атеистами, такими как Аль-Мари (также называемым слепым поэтом), или суфийскими поэтами, такими как Руми, но она заняла особое место в сердцах даже многих религиозно ортодоксальных поэтов.Шамс-уд-Дин, живший сразу после Ибн Таймийи и носивший псевдоним Хафез, написал несколько сборников стихов о «радостях любви и вина». Востока» и один из пионеров панисламизма в Южной Азии, написавший в своих стихах несколько комментариев к Корану, много говорил о текстуре и вкусе вина в связи со своими метафизическими представлениями о Место Бога в психике человека. Один из его прекрасных стихов в «Банг-э-Дра» гласит:

Если книга литературы о вине в саду мира не существует
Цветка, бутона, зелени, даже сада не будет

Ну и что? представляет ли вино в исламской поэзии? Когда Хафез говорил о вине в своих стихах, он на самом деле имел в виду вино.По словам Хафеза, вы никогда не откроете тайны мироздания, принявшись за сократовскую мудрость, вам нужны радости любви и вина, чтобы сделать ваше существование сносным в этой холодной жесткой вселенной. Однажды он написал: « Ибо никто не открыл и не будет раскрывать эту тайну посредством мудрости ». Но в классической исламской поэзии вино использовалось как в священном, так и в мирском смысле.

Хайям, например, использовал метафору «чаша» или «виночерпий», чтобы указать на глубокую суфийскую идею о том, что, поскольку все является проявлением Бога, бокал для вина также является отражением всемогущества Бога.Но в большей степени это имеет оттенок опьянения, подобно тому, как суфии опьяняются своей любовью к Богу. Руми описал это чувство как «опьянение от Бога». Он также описал это как чувство «уязвимости» и «растворения своего эго» перед Богом — эффект, который вино часто оказывает на людей. Это также называется «быть правдивым» или «обнаженным» перед Богом, потому что вино часто заставляет людей говорить правду о себе, которую они иначе не сказали бы в своем обычном состоянии. Когда Икбал говорил о вине в своих стихах, он также имел в виду «преклонение головы» перед Богом или разрушение своего эго, потому что эго часто мешает людям подчиниться своей уязвимости перед Богом.Однако чаще всего вино олицетворяет любовь, земную любовь, а также высшую божественную любовь. Любовь опьяняет, как и вино. Любовь болезненна, как и действие вина. И самая высокая форма любви, которая часто является любовью Бога, является самой опьяняющей и самой болезненной.

Хайям часто говорит о такой страстной и опьяняющей любви в своем рубаи, и хотя он верит в то, что сила такой любви может быть поглощена и даже уничтожена, в то же время он приступает к посланию «легко, по-детски, легко», которое более представитель Олдоса Хаксли и его скептицизма.Как и все великие философы, Хайям также считает, что «в конце концов ничто не имеет значения» и что «жизнь коротка», и поэтому вы не должны воспринимать вещи слишком серьезно, что какие бы смыслы вы ни построили, и какую бы великую цель вы ни взяли на себя, следует быть сдержанным бокалом вина, то есть к нему следует относиться с той легкостью и несерьезностью, которые часто более приличествуют поведению пьяниц. Он пишет:

И если Вино, которое ты пьешь, Губу, которую ты нажимаешь,
Кончается Ничто, все вещи заканчиваются — Да —
Тогда представь, пока Ты есть, Ты всего лишь
кем Ты будешь — Ничто — Ты будешь не быть меньше.

В конце концов, «Рубайат» Хайяма — это стихотворение, которое вы никогда не прочитаете ни разу. Каждый раз, когда вы читаете ее, вы находите в ней что-то новое, что придает ей вневременной характер, часто встречающийся в книгах, которые мы привыкли называть «классикой». Классика — это книга, которая при каждом перечитывании дает такое же чувство открытия, как и при первом прочтении, — характеристика, которая как нельзя более верна Рубайят.Это определенно одна из «тех книг», которые вы держите на своей полке, и она «представляет» вас каким-то странным, но фантастическим образом. Бога и профанного мира.

Омар Хайям: непреходящие достижения персидского эрудита и поэта

Омар Хайям был персидским эрудитом, жившим в 11 и 12 веках нашей эры. В свое время Омар был известным ученым.Он был особенно известен своими научными работами в области математики, астрономии и философии. Однако сегодня его лучше всего помнят как великого поэта. Это особенно заметно в англоязычном мире в результате перевода его рубаи на английский язык в 19 -м веке.

Омар Хайям родился 18 мая 1048 года нашей эры в Нишапуре, городе в районе Хорасан, на территории современного северо-западного Ирана. Его полное имя было Гийас ад-Дин Абул Фатех Омар ибн Ибрагим Хайям.Считается, что Омар родился в семье ремесленников. Кстати, слово «хайям» было переведено как «делатель палаток», что может указывать на род занятий его отца. Некоторые источники утверждают, что отец Омара был врачом. В любом случае вполне вероятно, что Омар был из обеспеченной семьи, так как получил хорошее образование.

По некоторым сведениям, Омара обучал Бахманьяр, знаменитый ученик Ибн Сины (более известного на Западе как Авиценна). По другим данным, Омар провел большую часть своего детства в городе Балхи, где он находился под опекой шейха Мухаммада Мансури, одного из самых известных ученых того времени.Позже он вернулся в Нишапур и обучался у другого выдающегося ученого, имама Моваффака.

Легендарная история восходящей звезды Омара Хайяма в Исфахане

Довольно интересная история представлена ​​Эдвардом Фитцджеральдом в предисловии к его переводу Rubaiyat . Согласно этому источнику, примерно в то время, когда Омар был принят имамом Моваффаком в качестве своего ученика, известный ученый взял двух других учеников – Низама аль-Мулька и Хасан-и-Сабаха. Пока они учились у имама Моваффака, все трое стали хорошими друзьями и поклялись, что если один из них добьется успеха в более позднем возрасте, он разделит свое состояние поровну с двумя другими.

Шли годы, и Низам стал визирем Империи Сельджуков. Когда Омар и Хасан узнали об успехе Низама, они пришли к нему, чтобы потребовать свою долю обещанного состояния. Низам сдержал свое слово и спросил своих друзей, чего они хотят. Хасан попросил место в правительстве, которое ему было предоставлено после того, как Низам передал его просьбу султану. Однако Хасан был чрезвычайно амбициозным человеком и стремился подняться по служебной лестнице любыми средствами. Он даже задумал заменить Низама на посту визиря.Хасан впал в немилость после того, как его злодеяния были разоблачены и отстранены от должности. Исчезнув на некоторое время, Хасан вновь появился как основатель пресловутых хашашинов. Низаму суждено было пасть жертвой клинка Хашшашина.

Портрет Омара Хайяма (Атилин / CC 3.0 )

Омар, в отличие от Хасана, не просил должности в правительстве. Вместо этого он якобы сказал: «Величайшее благо, которое вы можете мне оказать, — это позволить мне жить в углу под тенью вашего состояния, широко распространять преимущества науки и молиться за вашу долгую жизнь и процветание.Низам понял, что его старый друг действительно имел в виду то, что сказал, поэтому не стал приставать к нему, чтобы он принял должность в правительстве. Вместо этого он дал Омару ежегодную пенсию в размере 1200 мискалей золота из казны Нишапура. Это позволило Омару заниматься научной деятельностью в Нишапуре до конца жизни.

Правдивость этой невероятной истории вызывает сомнения, учитывая, что Низам был старше Омара примерно на тридцать лет. Таким образом, маловероятно, чтобы они учились у одного и того же учителя.Тем не менее, изображение Омара как преданного ученого довольно точно. Еще при жизни Омар прославился своей ученостью. Например, слава Омара как ученого достигла ушей сельджукского султана Малик Шаха I. Поэтому в 1073 году нашей эры он был приглашен в Исфахан и назначен ответственным за строительство обсерватории. Строительство было завершено в следующем году. Омар проработал в Исфахане астрономом почти 20 лет. В этот период Омар сыграл ключевую роль в сельджукской реформе персидского календаря.

Работа Омара и других астрономов в Исфахане привела к принятию календаря Джалали в качестве официального календаря Империи Сельджуков в 1079 году нашей эры. В отличие от лунного исламского календаря, календарь Джалали был солнечным. Этот календарь настолько точен, что имеет погрешность всего в один день каждые 5000 лет. Для сравнения, в используемом сегодня григорианском календаре ошибка составляет один день каждые 3330 лет. Однако славе Исфаханской обсерватории не суждено было продлиться долго. В 1092 году нашей эры Малик-шах умер, скорее всего, от яда.Всего за месяц до этого его визирь был убит. Следовательно, Омар и астрономы в Исфахане потеряли своих покровителей, обсерватория вскоре закрылась, а календарь Джалали был упразднен. Варианты этого календаря, кстати, до сих пор используются в Иране и Афганистане.

У могилы Омара Хайяма (Джей Хэмбидж / Public Domain )

Омар был не только превосходным астрономом, но и внес вклад в область математики.В 1070 году нашей эры, например, он завершил математический трактат под названием «Договоры о демонстрации проблем алгебры ». Это была очень влиятельная работа, о чем свидетельствует тот факт, что содержащиеся в ней принципы алгебры в конечном итоге нашли свое применение на Западе. Кроме того, Омар работал над треугольным массивом биномиальных коэффициентов, тем самым заложив основы того, что сегодня известно как треугольник Паскаля.

В 1077 году нашей эры Омар завершил еще одну крупную работу, «Объяснения трудностей в постулатах в Элементах Евклида» .Говорят, что первоначальным намерением Омара было доказать постулат параллельности (известный также как пятый постулат Евклида). Вместо этого он доказывал свойства фигур в неевклидовой геометрии, тем самым способствуя, хотя и случайно, развитию этой области математики. В этой работе также упоминается то, что сегодня известно как четырехугольник Хайяма-Саккери. Это четырехугольник, у которого две равные стороны перпендикулярны основанию. Хотя Омар был первым математиком, рассмотревшим этот четырехугольник, следующее развитие концепции, сделанное Джованни Джероламо Саккери, произошло только в 18 веке.

Планетарий Омара Хайяма – Нишапур. ( CC BY-SA 3.0 )

Омар Хайям также известен как один из ведущих поэтов Персии

Хотя Омар был хорошо известен как интеллектуал в свое время и в своей родной стране, сегодня это не совсем так. Вместо этого, начиная со второй половины 19 века, он чаще считается, особенно англоговорящими, поэтом. Современные ученые не совсем согласны с представлением об Омаре как о поэте.Некоторые, например, сомневаются, что Омар когда-либо писал стихи, в то время как другие указывают на тот факт, что другие мусульманские ученые во времена Омара также баловались поэзией, возможно, для развлечения. Третьи придерживаются мнения, что Омар действительно написал несколько стихов, возможно, около 150 из четверостиший Рубаи, в то время как остальные были написаны другими поэтами, использующими имя Омара. Идея поэтов, приписывающих свои произведения Омару, не совсем невозможна из-за его известности и репутации.

Указывалось, что современники Омара не обращали особого внимания на его стихи, полагая, что он писал стихи.Кажется, только через два столетия после его смерти под его именем стали появляться несколько четверостиший. Эти стихи, однако, не были оценены за то, что они были. Вместо этого они использовались в основном как цитаты для обсуждения некоторых взглядов, которых якобы придерживался Омар. Поэзия Омара по-настоящему прославилась только в 19 веке благодаря переводу стихов с персидского на английский Эдвардом Фитцджеральдом.

Рубаи Омара Хайяма и Фитцджеральда 1859 года

В 1859 году нашей эры Фитцджеральд опубликовал свою работу под названием « Рубаи Омара Хайяма» .Слово «рубаи», кстати, означает «катрены» (четырехстрочные строфы). Это был не совсем перевод оригинального текста, а скорее очень вольный перевод стихов, приписываемых Омару. Добавляя свои собственные романтические настроения, Фитцджеральд неизбежно искажал оригиналы. Поэтому некоторые критики даже игриво назвали работу Фитцджеральда «Рубайатом ФитцОмара».

Страница из иллюминированного манускрипта Рубаи Омара Хайяма, акварель, основной цвет и сусальное золото.Каллиграфия и орнамент Уильяма Морриса, иллюстрации Эдварда Бёрн-Джонса. ( Общественное достояние )

На момент публикации рубаи пользовались небольшой популярностью. Однако в последующие десятилетия стихи стали чрезвычайно популярными. Был основан элитный литературный салон в Лондоне под названием «Клуб Омара Хайяма» (действующий и сегодня). Кроме того, работа послужила источником вдохновения для художников-прерафаэлитов. Один из них, Уильям Моррис, например, выпустил две иллюстрированные рукописи Рубаи .

При всех своих недостатках перевод Фитцджеральда по-прежнему остается той версией стихов Омара, с которой сегодня знакомо большинство. Более того, это оказало большое влияние на отношение Запада к персидской поэзии. В общем, стихи Рубаи прославляют радости жизни. Однако в то же время они исследовали политические и религиозные вопросы, актуальные во времена Омара. В любом случае, стихи Омара, как говорят, выдержали испытание временем, поскольку их темы находят отклик у людей из разных времен и пространств.Одним из самых известных стихотворений Рубаи является четверостишие XI, которое звучит следующим образом:

Здесь с буханкой хлеба под ветвью,
Фляга вина, Книга стихов — и Ты
Рядом со мной поющий в глуши —
И глушь — это рай вдоволь.

Фитцджеральд также организовал четверостишия в последовательные последовательности, которые некоторые ученые считают спорными. Это потому, что каждое стихотворение Омара самодостаточно, хотя он снова и снова возвращался к определенным темам.Более того, нет никаких текстовых свидетельств того, что поэт хотел, чтобы его стихи читались в определенном порядке. Однако аранжировка Фитцджеральда превратила короткие стихи Омара в длинные размышления на глубоко философские темы. Четверостишия сразу после четверостишия XI, т.е. четверостишия XII, например, таковы:

«Как сладки смертные Совранты», — думают одни:
Другие — «Как благословен грядущий рай!»
Ах, возьми наличные в руки и откажись от остальных;
О, храбрая Музыка далёкого Барабана!

Для некоторых ученых эти четверостишия представляют Омара не только как поэта, но и как философа.В катренах можно найти несколько философских тем, в том числе непостоянство и поиск смысла жизни, детерминизм и свободную волю, теодицею и справедливость. Кроме того, Омар также написал ряд философских трактатов, в том числе «О бытии и необходимости», «О познании всеобщих начал существования», «О необходимости противоречия в мире, детерминированности и существовании». Однако следует подчеркнуть, что Омар гораздо больше известен как ученый и поэт, чем как философ.

Могила Омара Хайяма (динамоскито / CC 2.0 )

Конец жизни Омара Хайяма и то, как его помнят сегодня

В 1092 году нашей эры, когда Низам и Малик Шах умерли, Омар впал в немилость при дворе. Впоследствии он отправился в паломничество в Мекку. История его жизни после этого, однако, несколько размыта. Один источник, например, утверждает, что он посетил Багдад, когда возвращался из Мекки.После паломничества он удалился в Нишапур и жил отшельником. Другой источник утверждает, что Омар оставался активным ученым, путешествуя по разным городам региона в поисках библиотек и астрономических расчетов. В конце концов, он вернулся в Нишапур из-за ухудшения здоровья. Еще один источник утверждает, что Омар снова получил королевское покровительство, на этот раз от Ахмада Санджара, правителя Хорасана, а с 1118 года нашей эры — султана Империи Сельджуков. Говорят, что Омара пригласили работать при султанском дворе, а позже он ушел в отставку из-за плохого состояния здоровья.Интересно, что мы очень мало знаем о личной жизни Омара. Считается, что у него была жена, а также сын и дочь.

Мавзолей Омара Хайяма, Нишапур, Иран ( CC BY-SA 3.0 )

Омар Хайям умер 4-го -го декабря 1131 года нашей эры. Его до сих пор помнят как на родине, так и на Западе. В то время как его интеллектуальные достижения хорошо известны в первом, во втором они затмеваются его поэзией.В современном Иране Омар даже считается национальным героем. Это видно по реконструкции Мавзолея Омара Хайяма, которая была завершена в 1963 году нашей эры. Сегодня над могилой стоит беломраморный памятник, который посещают паломники, желающие отдать дань уважения этому великому человеку.

Верхнее изображение: Омар Хайям, «Земля не могла ответить» Аделаиды Хэнском Лисон. Источник: Общественное достояние

Ву Минжэнь

Каталожные номера

/www2.stetson.edu, 2020. Омар Хайям. [В сети]
Доступно по адресу: https://www2.stetson.edu/~efriedma/periodictable/html/O.html

Акрами, М., 2020. Развитие иранского календаря: историко-астрономические основы. [В сети]
Доступно по адресу: https://arxiv.org/ftp/arxiv/papers/1111/1111.4926.pdf

Аминразави, М. и Ван Браммелен, Г., 2017. Умар Хайям. [Онлайн]
Доступно по адресу: https://plato.stanford.edu/entries/umar-khayyam/

Бехрад, Дж., 2018. Рубаи: самая роскошная книга стихов в истории?. [Онлайн]
Доступно по адресу: https://www.bbc.com/culture/article/20180111-the-rubaiyat-historys-most-…

known-mathematicians.com, 2020. Омар Хайям. [Онлайн]
Доступно по адресу: https://famous-mathematicians.com/omar-khayyam/

Фитцджеральд, Э., 1909. Рубайат Омара Хайяма. [В сети]
Доступно по адресу: https://www.gutenberg.org/files/22535/22535-h/22535-h.htm

Иранское камерное общество, 2020. Омар Хайям. [Онлайн]
Доступно по адресу: http://www.iranchamber.com/literature/khayyam/khayyam.php

Лоулер, А., 2009 г. Исфахан: скрытая жемчужина Ирана. [Онлайн]
Доступно по адресу: https://www.smithsonianmag.com/travel/isfahan-irans-hidden-jewel-116221512/

Meri, JW, 2006. Средневековая исламская цивилизация: энциклопедия, том 1. Нью-Йорк: Рутледж.

Энциклопедия Нового Света, 2018. Омар Хайям. [В сети]
Доступно по адресу: https://www.newworldencyclopedia.org/entry/Omar_Khayyam

Редакция Британской энциклопедии, 2020. Омар Хайям. [Онлайн]
Доступно по адресу: https://www.britannica.com/biography/Omar-Khayyam-Persian-poet-and-astro…

totalhistory.com, 2012. Омар Хайям. [В сети]
Доступно по адресу: http://totallyhistory.com/omar-khayyam/

www.

Станьте первым комментатором

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

2019 © Все права защищены. Интернет-Магазин Санкт-Петербург (СПБ)