Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Ляля кузнецова фотограф: Как фотохудожник Ляля Кузнецова попала в цыганский табор и стала мировой знаменитостью

Содержание

Как фотохудожник Ляля Кузнецова попала в цыганский табор и стала мировой знаменитостью

В Галерее современного искусства открылся вернисаж «Дорога…» к 75-летию казанского фотографа

Фото: Ринат Назметдинов

В Казани на открытии выставки фотохудожника Ляли Кузнецовой «Дорога…» было такое огромное количество гостей, что двери Галереи современного искусства не успевали закрываться. Если сравнить с прошедшей здесь осенью экспозицией столичной дамы с абстрактными картинами и скандальным прошлым, которую казанские художники проигнорировали, — ажиотаж был небывалый. Но главное — атмосфера, которая по своей теплоте конкурировала с уличной жарой.

Последствия знакомства с цыганским бароном

Поздравить с 75-летием известного фотохудожника, ставшего известным во всем мире, пришли живописцы, коллеги-фотографы, искусствоведы и все причастные к миру прекрасного. Пожалуй, даже официального открытия не нужно было — гостей объединяла и сама уникальная личность Ляли Кузнецовой, и пройденные вместе годы, и множество совместных проектов.

Сама выставка небольшая, занимает примерно половину второго этажа галереи. При этом она крайне лаконична — серии черно-белых фотографий рассказывают в основном о жизни цыган. Самые ранние датированы 1982 годом, это серия «Цирк. Казань». Закулисье шапито раскрывается неприглядной простотой и богатством образов. На выставке есть и цыгане из Узбекистана, Уральска, Одессы и Туркмении — зарисовки со свадеб и празднований Нового года, бытовые картины о жизни семейств, маленькие праздники с танцами и песенными застольями. В центре ее внимания оказались и евреи из Бухары, им посвящается серия работ 2008 года.

— Попасть в цыганский табор было моей мечтой, — вспоминает Ляля Кузнецова. Мы жили тогда с родителями и семьей брата в маленьком городе Уральске. Я ходила на рынок, где как раз и были эти цыгане, они продавали медные трубы, которые сами же и изготавливали, конечно же, они продавали лошадей. Мне посчастливилось познакомиться с цыганским бароном и заручиться его предложением посетить табор вместе со своей фотокамерой.

В табор — всей семьей

Как только семья фотохудожника узнала, куда эта маленькая, но отважная женщина отправляется, решили: «Украдут, не пускать!» Однако ее намерение «уйти за табором в небо» было настолько сильно, что сначала брат вызвался сопровождать, потом его супруга, так подтянулось практически все семейство. Всем «кагалом» они и посетили табор, где Ляля Кузнецова, счастливая и вдохновленная, быстро отбилась от своих в поисках необычных сюжетов: павлин и счастливый его обладатель, обнявшиеся дети на кладбище, взволнованная невеста и счастливый отец, целующий младенца.

— Сейчас, конечно, мы уже не дружим, не встречаемся с героями моих фоторабот. Но в каждом городе я находила их, чтобы вновь погрузиться в этот особый мир, — говорит фотограф.

Когда ушел любимый — спас фотоаппарат

Ляля Кузнецова, инженер по профессии, снимать начала после личной трагедии. Вместе с супругом, оба выпускники КАИ, в 1977 году они отправились в один из военных городков, где муж должен был служить уже офицером. Военная кафедра авиационного института сыграла с ним злую шутку — именно в этом таинственном городе, который фотохудожница не стала даже упоминать, муж заболел. Лейкоз крови, профессиональное заболевание. Он тихо угас на ее руках, несмотря на все отчаянные попытки его спасти. Вернувшись в Казань и живя в общежитии, Ляля Кузнецова стала обладательницей полупрофессиональной фотокамеры одной из ее соседок. Она начала снимать подруг, потом гулять с камерой по городу, пока снимков не накопилось предостаточное количество.

Первый фотограф Дома моды

Далее в ее жизни появилась казанская фотогруппа «Тасма», с 1987 года — она уже член Союза журналистов Республики Татарстан, а в 1994 году стала членом Союза фотохудожников России. В 1978 году она работала фотографом в Музее изобразительных искусств ТАССР, куда несколько лет назад передала часть своей коллекции. Была первым фотографом в республиканском Доме моды, создавала портретные галереи творческих коллективов Камаловского театра, Казанского ТЮЗа и театра кукол «Экият».

— Это человек-легенда, пример для молодежи, на который стоит равняться, выстраивая свою фотографическую жизнь, — отметил на открытии председатель Союза фотографов Татарстана Рамиль Гали.

«Окно в Европу» для казанских фотографов

Приехавший из Москвы галерист и издатель Ильдар Галеев, как он выразился — «с корабля на бал» — с самолета в галерею, признался виновнице торжества в любви на протяжении уже 20 лет:

— Конечно вернисаж — странное и даже малоподходящее место для признаний, но на протяжении всех этих лет она неизменно меня вдохновляет. Когда я впервые увидел Лялю Кузнецову, она напомнила мне звезд французского кинематографа. Жаль, что сегодня она так редко выставляется, в последний раз выставка в Москве была примерно 10 лет назад. Но среди многих заслуг этого фотохудожника, я могу отметить то, что именно она вывезла казанских фотографов за рубеж, открыла их произведения западному зрителю.

Медаль Превосходства и Гран-при в Париже

Нужно отметить, что с 1979 до конца 80-х годов Ляля Кузнецова была неоднократной участницей выставок «Современная советская фотография» в Вильнюсе, Праге, Париже, Таллине, Лондоне, Хельсинки, Стокгольме. В 1980 году на европейском фотобиеннале в Париже она получила Гран-при «За гуманизм в фотоискусстве», а уже после распада СССР ее фотокартины можно было увидеть в Вашингтоне, Амстердаме, во Франции, Германии, Нидерландах и Португалии. В Нью-Йорке она была отмечена медалью Превосходства за вклад в мировое фотоискусство.

Сегодня Ляля Кузнецова уже не снимает.

— Я живу внутри своего небольшого круга, в семье, с внуками. Кстати, они тоже решили посвятись свою жизнь фотоделу. Но сама я уже разобрала свою студию. Ходить с камерой сложно, возраст, но я безумно скучаю по прежним временам, по своей работе, — призналась фотохудожница.

Выставка в ГСИ продолжится еще месяц.

Анна Тарлецкая, фото: Ринат Назметдинов

ОбществоКультураИстория Татарстан Галерея современного искусства Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан

Фотограф Ляля Кузнецова

Ляля Кузнецова родилась в 1946 году в Уральске, Казахстан. Училась в Казанском Государственном Авиационном институте и работала инженером авиации до того, как занялась фотографией в конце 70-х годов. В 1978 году работала фотографом в Казанском Государственном музее искусств, а в 1979 была принята в Союз Фотохудожников Литвы. С 1980 по 1982, Кузнецова была репортером газеты «Вечерняя Казань», с тех пор — свободный фотограф.

Ее работы неоднократно выставлялись в Европе и Соединенных Штатах, в том числе в Галерее Коркоран в Вашингтоне.

В 1997 году Кузнецова была удостоена приза Mother Jones Leica Medal of Excellence и Гран-При за фотографию в Париже.


Стряхивая пыль веков

Цыгане и странники степей Центральной Азии

Ляля Кузнецова фотографирует то, что видит. Как и все художники, она не видит всего. Ее глаза — фильтры ее души. И то, что она ими видит — реальность, наполненная поэзией свободы, страдания и гордости.

Ее внутренний ландшафт, колодец, из которого исходит ее видение, сформирован горами, степями, бескрайними горизонтами и разными народами — татарами, казаками, украинцами, русскими, населяющими ее родной Казахстан. Она родилась в 1946 году в маленьком городке Уральск в Западном Казахстане, рядом с российской границей. Дочь в татарской семье скромного достатка, воспитанная в мусульманских традициях, она росла, чтобы стать хорошей домохозяйкой, верной женой и любящей матерью. Но в памяти остались детские воспоминания о цыганах во дворе ее тети. Она с неподдельным любопытством наблюдала из маленького оконца на сеновале за тем, как приходили и уходили «эти грациозные загорелые люди». Она смотрела на огни их костров в ночи и слушала их песни. Она видела их раскрашенные повозки на дороге, но последовать за ними не могла, потому как прогулки в цыганский лагерь не разрешались.

Поначалу казалось, что ее жизнь потечет по пути, заранее предначертанному традицией. Ляля закончила школу — ее единственное воспоминание: о том, как спешила в кино, открыла для себя «Ночи Кабирии», о которых впоследствии отзывалась как о большом влиянии на свое видение — продолжила учиться и работать в авиационном институте. По окончании института работа в качестве авиаинженера обеспечивала ее стабильным заработком. Она полюбила, вышла замуж и родила дочь. Она продолжала работать, и, кажется, неслучайно ее работа уже тогда была связана с пространством и воздухом — двумя элементами, которые в дальнейшем сыграют такую важную роль в ее фотографии.

Лялин муж умер неожиданно. Она осталась одна с маленькой дочерью. Что придало ей мужества последовать своей старой мечте, в этот раз взяв в руки камеру, чтобы никогда ее больше не выпускать? Стать фотографом и стараться заработать этим себе на жизнь было ужасно сложно. Это означало променять стабильное существование на жизнь в скитаниях и неизвестности. Должно быть, у нее внутри скрывалась какая-то сила, происходящая от принятия жизненно важного решения. Вскоре она рассталась с должностью фотографа в Казанском Государственном музее искусств, решив работать независимо.

Судьба очень скоро подтвердила правильность ее решения: вместе с братом она отправилась на машине в уральские степи. Они решили свернуть с большой дороги и наткнулись на цыганский лагерь на ближайшем берегу реки. Дети выбежали посмотреть на них, Ляля и ее брат последовали за ними к палаткам. Они дали детям кое-какие сувениры, и Ляля начала фотографировать женщин и мужчин, сидящих на земле. Цыгане не любят, когда их фотографируют, заручиться их расположением непросто… Но она знала, что нашла то, что искала: людей, тронувших ее душу. Фотографировать их значило славить их образ жизни и пробудить в себе художника. На том она и стояла и продолжала фотографировать, и цыгане потихоньку впустили эту молодую женщину с внешностью, чем-то напоминающую их собственную, в свой мир, который она снимала на протяжении последующих 15-ти лет.

Лялины собственные описания таких встреч на протяжении многих лет обладают свежестью ее взгляда и проницательностью ее наблюдений как фотографа. Энтузиазм общения с родственными душами на необъятных горизонтах страны, знакомая почва и совершенно иной образ жизни объектов ее съемки были хмельным напитком. Чутьем кошки она находила своих цыган снова и снова; временами становилась почти невидимой и фотографировала их занятия, временами — позволяла им смотреть прямо в камеру, так, как им этого хотелось: в хорошем настроении, дурачась, серьезно, даже отчужденно.

Лялины отношения с пространством, через которое она позволяет своим цыганам двигаться — вот, что так удивительно. Они редко находятся в центре композиций, но появляются везде: в углах, наверху, в самом низу, на любых расстояниях. Она располагает их там, где они существуют на данный момент. С ней мы раскрываем их. Ее прикосновение кажется таким легким, что мы можем забыть о решительности и даже твердости, необходимых для того, чтобы сделать такие фотографии. Цыганская серия Ляли Кузнецовой похожа на огромный роман, в котором каждый снимок занимает свое место и обретает значение по мере того, как разворачивается повествование. Голубь взмывает в воздух, мальчик на корточках с распростертыми руками провожает взглядом его полет, — сама энергия и восторг. Мужчина, сидящий на земле, прижимает к груди павлина с расправленными перьями, демонстрирует эту особую собственность как драгоценность на фоне полуразвалившейся изгороди и покосившихся телефонных столбов, ведущих в неизвестном направлении. Дети везде играют, а женщины вечно присматривают за ними. Девочка в блестящем платье возвышается над дворовой грязью, два мальчика, лежа на земле, играют со шлейфом в пыли. Мужчины в этом мире хозяева — они сидят поодиночке или в компании друг друга, если рядом с ними женщина, она очевидно принадлежит им.

Со временем, фотографии переносят нас от бродячих цыган, живущих в степи в палатках, к цыганским поселениям за пределами таких больших городов как Одесса. Теперь там дома и ощущение замкнутого пространства… Это уже не только мир цыган. Другие люди появляются в кадре: узбеки и татары, актеры бродячих цирков. Они — отщепенцы, которые держатся — или удерживаемы судьбой — в стороне от большой дороги, искушающей миллионы переехать в большие города. Ляля также остается в любимой провинции и продолжает снимать жизнь в местах, построенных по человеческой мерке.

Ляля Кузнецова теперь известный фотограф. Она выставлялась во многих местах от Берлина до Арля, Парижа и Нью-Йорка. Я встретилась с ней в 1989 году, когда работала в Москве. Она и группа российских фотографов показывали мне свои работы. Это было самое начало гласности, и надежда побывать за границей была лишь зыбкой перспективой. Но настрой был праздничным. Появились уцелевшие деликатесы и бутылка шампанского. Мы расселись на полу и паре стульев и отметили нашу встречу, почти как Лялины цыгане, только пол наш был устлан фотографиями. Лялины черты утонченны, и движется она с грацией девочки. В ее лице читается ранимость, страдание, присутствующие в ее работах, также как случайная улыбка, а порой и редкий взрыв смеха над какой-то человеческой слабостью, смеха, который никогда не насмехается, но полон понимания. Ее глаза всегда наблюдают. Даже когда она не шевелилась, в ней ощущалось намерение. Она сказала, что ей нужно возвращаться домой, к дочери и работе, а поездка на поезде предстояла долгая. Я почувствовала, что жизнь была все также трудна. Мы встречались еще несколько раз в Москве, говорили о своей работе и жизни и чувствовали близость.

Ляля Кузнецова раскрывает в своих работах скрытую силу ранимых людей. Ее герои — человеческие существа, которые могут быть близки сердцу любого, они трогают нас своей безвременностью. Ляля Кузнецова — поэт, который знает свое ремесло и обогащает наши жизни даром своих работ.

Инге Морат

Ляля Кузнецова

«Фотограф ищет свою картинку. И когда находит, говорит: да, о’кей, это мое. То есть этот щелчок происходит в сердце. Я, например, всегда знала, когда проявляла пленку, какой кадр мне искать. Еще Картье-Брессон говорил о том, что должно произойти соединение увиденного и того, что в тебе происходит, — это действительно так. Я испытала это на себе и могу подтвердить: именно так и происходит».

Ляля Кузнецова

Вся наша взрослая жизнь – это долгий путь по реализации наших детских желаний, чаяний и надежд, спрятанных глубоко в подсознании. И поистине счастлив тот, кто, идя по этому пути, видит перед собой конечную цель. Но, большинство из нас так и движется по жизни – не зная куда, зачем и почему, по однажды выбранному и кем-то со стороны одобренному «правильному» пути. В угоду окружению, общественной морали, традициям. В угоду всему, чему бы то ни было, кроме своих душевных порывов. Мы загоняем вовнутрь себя все свои желания и мечты, в лучшем случае, обещая самим себе, что когда-нибудь через много-много лет, мы вернемся к ним и тогда уже их реализуем и поживем в угоду себе. А пока…

А пока мы запрограммировано дефилируем по жизни, постепенно разучиваясь беззаботно смеяться и радоваться окружающей нас прекрасной действительности. Нас незаметно покидает чувство новизны, потом, со временем, притупляется чувство долга. За ними от нас уходит ощущение свободы и окрыленности. Мы безоглядно теряем теплоту улыбки, открытость души и непосредственность в характере, доводя себя до стрессов и депрессий. А на всех, встречающихся на нашем пути чудаков, так и не выросших из детства и не вписывающиеся ни в какие рамки окружающегося социума, мы смотрим с показным недоумением и возмущением и, в то же время, глубоко внутри спрятанной сердечной завистью. Но продолжаем идти дальше, не останавливаясь, не оборачиваясь и не отвлекаясь на кажущиеся мелочи, не достойные нашего внимания.

А всего то и надо, что вовремя свернуть с однажды кем-то выбранного нам пути, пусть даже и очень правильного. Не бояться заглянуть за поворот, не устрашиться неизвестности, осуждения или непонимания. Не раздумывать, не планировать, не рассчитывать. А просто с отчаянной страстью отдаться на волю душевного порыва. Поверить своему сердцу и идти за своей мечтой за горизонт. Так как это в свое время сделала Ляля Кузнецова, выдающийся фотограф современности, одна из немногих женщин-фотографов, наших соотечественниц и современниц, получивших признание и известность по всему миру. Что повергло ее тогда, в уже далеких для нас семидесятых, сделать этот беспрецедентный шаг в неизвестность. Безответственность или желание самоутвердиться? Стремление достичь славы или познание наивысшей истины бытия? Войти в историю мирового фотоискусства или, все же, успеть воплотить в реальность свои детские мечты? Ведь наша жизнь так коротка и  не застрахована ни от каких трагических случайностей, и ранняя смерть ее мужа была ярким тому подтверждением. Да и безответственностью подобный кардинальный поворот в жизни Кузнецовой нельзя назвать. Ведь у молодой женщины на руках осталась маленькая дочь, о которой приходилось заботиться. Слава и деньги? Об этом, в те времена, тоже не могло быть и речи. Так что же? Скорее всего, на этот вопрос и сама Ляля Кузнецова до сих пор ищет ответ в своих работах, в новых проектах, в незабываемых встречах и знакомствах, в дальних и ближних командировках, в выставках, книгах, во всем, что ее окружает и с чем она соприкасается. Но одно можно утверждать с уверенностью. Встав на этот путь и идя по нему многие десятилетия, Ляля Кузнецова не разучилась смеяться и радоваться жизни. Как вспоминает некая журналистка, пришедшая на одну из последних выставок Кузнецовой, чтобы взять у нее интервью, первое, что спросила у нее фотограф, это – почему она не улыбается. На что журналистка посетовала на долгий и трудный день и естественную усталость. Ответом фотографа стало: «Улыбайтесь! Всегда. Иначе людей не будет к вам тянуть!» И, как бы там ни было, сегодняшняя реальность Ляли Кузнецовой – это мировая известность и признание ее выдающегося мастерства в наивысших кругах фотографического искусства.

Начав активно заниматься художественной фотографией в конце 70-х она и по сей день не оставляет своего страстного увлечения, которое позже переросло в смысл ее жизни. С каждым новым преодолением очередной творческой вершины она не устает с гордостью и достоинством представлять достижения фотошколы Республики Татарстан в России и за рубежом. Ее плодотворная и многогранная деятельность не раз отмечалась чередой почетных наград и общемировым признанием. Так, например, в 1991 году, после презентации ее выставки в Вашингтоне, в ведущей галерее «Коркоран», фотограф получила личное приглашение от президента США Джорджа Буша-старшего и его жены Барбары, посетить прием в Белом Доме. В 1980 году работы Кузнецовой были отмечены на европейском фотобиенале Гран-при Парижа «За гуманизм в фотоискусстве». В 1996 году она становится участницей фестиваля ИнтерФото, проходившего в Москве. В 1997 году, в Нью-Йорке (США), за вклад в мировое фотоискусство Ляле Кузнецовой была вручена медаль Превосходства «Leica». Кроме этого среди ее наград Премия Mother Jones, Немецкая академическая стипендия Austauschdienst и много других. Ведь все эти годы, вплоть до сегодняшнего дня фотограф участвует в различных республиканских, российских, международных фотовыставках и международных фотофестивалях. Ныне ее работы, покорившие мир, экспонируются и сберегаются в музейных и галерейных залах почти всех стран мира. С фотографиями Кузнецовой знакомы в США и Франции, в Германии и Италии, в Португалии и Нидерландах, в Польше и многих других странах. Ее имя занесено в рейтинги лучших мастеров мирового фотоискусства, ее работы имеют наивысшую оценку. Еще в середине 80-х имя Ляли Кузнецовой заняло свое почетное место в Энциклопедии мировой фотографии, которая ежегодно издается в Лондоне. В 1988 году, журнал «Огонек» напечатал на своих страницах несколько работ, уже получившей известность мастера. Позже эти снимки вошли в антологию лучших репортажных работ мировых изданий за 1955-2005 годы. Антология была издана дирекцией крупнейшего фотографического конкурса «World Press Photo».

В этом же 1988 году Ляля Кузнецова была одним из первых фотографов России, удостоенной приглашения в дуэте с известным советским фотографом-фронтовиком на международный фотосимпозиум «Между Эльбой и Волгой» в Мюнхене. Она была признана лучшим представителем двух поколений фотохудожников нашей страны. В то время эта акция имела своей целью не только пропаганду высокой культуры, она была скорее из сферы «народной дипломатии». И, хотя в этом мероприятии принимали участие представители почти всех стран Восточной Европы, именно Лялино место жительства (Казань, Волга), как раз и легло в основу названия фотосимпозиума.

Если задаться целью и посчитать количество всех фотовыставок и фотофестивалей, на которых выставлялись работы знаменитой фотохудожницы, то это число перевалит за 40. И это учитывая только крупные экспозиции в ведущих музеях и галереях мира. Да притом с каждым годом эта цифра, несомненно, будет увеличиваться. Ведь Ляля Кузнецова и сегодня продолжает активно работать. Даже пребывая в пенсионном возрасте и став бабушкой, она не сменила кочевой образ жизни на оседлый и более комфортный. Она до сих пор постоянно путешествует с фотоэкспедициями, не перестает создавать студийные портреты деятелей культуры, без ее участия вряд ли обходится какая-нибудь международная, российская или республиканская фотовыставка. Кроме этого, фотограф проводит персональные экспозиции, организовывает выставки молодых Казанских авторов.

Один из последних ее проектов – это организация и участие в фотовыставке «Все о женщине…», которая происходила в галерее «Хазинэ» в Казанском Кремле в 2008 году. Наверное важнейшей из своих задач дня сегодняшнего, Ляля Кузнецова считает поддержку молодых фотографов в их творческих начинаниях. Ее приглашают читать лекции в родной Казани, в Москве и в Санкт-Петербурге. Своим ведущим педагогом Кузнецову считают Школа фотографии им. Родченко и Школа современной фотографии. Кроме этого, она курирует дипломные работы студентов из университетов разных стран мира, которые изучают ее творчество. В августе 2010 года в российском издательстве Леонида Гусева вышла в свет ее первая книга на русском языке «Дорога», которая объединила на 200 страницах лучшие черно-белые работы, созданные автором за многолетний творческий путь. Тираж книги составил 1,5 тысячи экземпляров. До этого «Дорога» издавалась в Америке, Англии, Франции, Германии. С ней успели познакомиться люди из многих стран, и, по словам самой Ляли Кузнецовой, ей очень хотелось издать книгу в России, для тех с кем она дружит вот уже много лет. Кроме традиционной цыганской серии, принесшей Ляле славу в мировом фотографическом сообществе, в книге также представлена уже нашумевшая серия «Цирк», а еще, одна из последних серий «Евреи. Бухара».

Но, все же «Дорога», изданная в Москве отличается от своих иностранных аналогов. Автор дополнила ее содержание неизвестными ранее работами. По словам самой Ляли Кузнецовой, при просмотре старых фотопленок, ее взгляд порой выхватывает все новые и новые кадры, незамеченные ранее. Почему так происходит, она и сама порой не знает. Скорее всего, каждая фотография гармонирует с тем, что происходит внутри ее создателя. Человек никогда не стоит на месте, он постоянно двигается в сторону своего собственного непостижимого горизонта. И те фотографии, которые еще вчера не вызывали никаких серьезных эмоций, сегодня могут предстать в абсолютно новом свете – ауре опыта, эмоций, знаний. И именно такие кадры, спустя годы, Ляля Кузнецова решила, наконец, достать из личного архива и презентовать массовой публике. Все работы, представленные в фотоальбоме, имеют свой характер и могут о себе рассказать сами. В большинстве своем это повествования о кочевом народе, жизнь которого есть дорога.

Как символично и пророчески точно название этой книги. Дорога. Это ее дорога. Дорога, длиною в жизнь. Со своими радостями и трагедиями, взлетами и падениями.

А начиналось все довольно банально и прозаично. И в начале ее пути было рождение.

4 августа 1946 года в городе Уральске, который находился в тогда еще республике Казахстан, почти на границе с Россией, родилась Ляля Мендыбаевна Халитова, булгарка по национальности. Девочка родилась в очень скромной семье. С детства ее воспитывали в строгих мусульманских традициях. Лялю готовили к вполне прогнозируемому будущему. Ее перспективы не распространялись дальше карьеры хорошей хозяйки дома, верной жены и любящей матери. Следует отметить, что в силу сложившихся исторических обстоятельств Казахстан того времени представлял собой довольно многоликое и многонациональное «государство в государстве». Его населяли казахи, татары, немцы, евреи, украинцы, русские, цыгане. И все это разнообразие народностей не могло со временем не сказаться на внутреннем интернациональном восприятии Кузнецовой окружающего мира. Уже с детства Ляля не испытывала ни страха перед представителями других национальностей, ни каких-либо других предубежденностей. Также на уникальное формирование ее мироощущения огромное влияние оказала и окружающая природа: вечные в своем молчании и непокорности горы и дикие, необузданные, бескрайние степи.

В детстве маленькая Ляля очень часто гостила в селе у своей тети. И, по словам самой Ляли Кузнецовой, наиболее яркие впечатления ее детства связаны с цыганами, целый табор которых жил прямо во дворе дома тети. Кузнецова не раз вспоминала, как она, будучи ребенком, со страстным любопытством наблюдала за этими «прекрасными, опаленными солнцем людьми» из маленького окошка на сеновале. С замиранием сердца она смотрела, как у пылающих костров разворачивались целые представления, звучала музыка, то томная и завораживающая, то веселая и безудержная. Стремительные пляски сменялись мелодичными песнями. Она следила за таинственными маршрутами их пестрых кибиток на дороге, но не могла присоединиться к ним. Ей было строго запрещено ходить в цыганский стан. Напуганная рассказами о «похитителях детей», маленькая девочка глубоко в душе спрятала отчаянное желание поближе познакомиться с этими такими разными и не похожими ни на кого другого людьми. И с возрастом это желание не исчезло в ней, а только усиливалось. И до поры до времени ждало своего часа.

«Цыгане – это люди, которые идут к горизонту, а горизонт уходит от них», – так гораздо позже говорила, уже став мировой известностью Ляля, о своих героях, которым в будущем посвятит половину своей жизни.
А жизнь самой Ляли, тем временем катилась по накатанной колее, намеченной мудрыми традициями и национальными приоритетами. По окончании школы, в 1966 году молодая девушка поступает в Государственный Казанский авиационный институт. В 1972 по завершении учебы в институте Ляля Халитова направляется по распределению в НИИВакууммаш, позже была работа авиационным инженером. Работа приносит ей стабильный доход и радужные перспективы обеспеченного будущего. Оптимизма добавляет и удачное замужество (она вышла замуж за Владимира Кузнецова), и последующее рождение дочери Влады. Все следует своим строго намеченным путем. Но тут в ее жизнь врывается абсолютно незапрограммированная трагическая случайность – погибает муж. И Ляля Кузнецова остается одна, с маленькой дочерью на руках. После смерти мужа она очень изменилась. Что именно в тот безысходный момент побуждает молодую женщину вернуться к своей давнишней детской мечте и взять в руки фотоаппарат? Где находит она силы не замкнуться в себе, в своем горе, а поверить в этот сиюминутный порыв и безоглядно отдавшись на волю случая, уже не расставаться со своим фотоаппаратом никогда. Достаточно сказать, что в силу обстоятельств, в то время стать фотографом и кормиться с этого ремесла, было довольно трудно. Для этого нужно было отказаться от стабильного заработка, надежного существования, тепла и уюта домашнего очага, променяв все на кочевую жизнь, наполненную неожиданностями и неуверенностью в завтрашнем дне. И, все же, молодая женщина решилась. Она поверила себе, своему сердцу, своим ощущениям и своей внутренней силе и пошла в фотографию. Каждым новым снимком и целыми фотографическими сериями доводя свое мастерство до совершенства, в абсолютно незнакомом ей деле. Все это происходит в конце 70-х годов. В этот период Кузнецова берет активное участие во встречах фотографов в Литве, ее даже принимают в Союз Фотохудожников Литвы. В начале 80-х Лялю берут на должность фотографа в газете «Вечерняя Казань», где она занимается вопросами современной моды. Местом ее работы также были редакции журналов «Ялкын» и «Сююмбнке». Кузнецова становится одним из первых в республике Татарстан fashion-фотографом в республиканском Доме мод. Она является создателем портретных галерей деятелей культуры Республики Татарстан, творческих коллективов театров им. Г. Камала и Казанского ТЮЗа. В это же время она становится участницей легендарной фото-группы «ТАСМА», в которую входили небезызвестные Владимир Зотов, Эдвард Хакимов, Рифхат Якупов, Фарит Губаев и многие другие фотографы. Постепенно к Ляле Кузнецовой приходит слава. С середины 80-х годов её работы неоднократно выставляются и публикуются в Европе и США, в том числе в галерее The Corcoran Gallery of Art в Вашингтоне. Но Кузнецова всегда помнила о своих корнях, о своей неразрывной связи с Родиной. В многочисленных интервью фотограф с искренней гордостью отмечала, что она родом из Казани, из Татарстана. На многочисленные предложения с выгодными контрактами за рубежом она всегда отвечала отказом, предпочитая жить и работать в Казани. «Здесь мой дом. Для меня не важна страна, а важны люди, которые меня окружают. А еще тот язык, на котором я говорю», — сказала фотограф в одном из интервью во время экспозиции своей выставки.

С 1978 года она переходит на должность штатного фотографа в Казанский Государственный музей искусств. Спустя некоторое время Ляля отказывается и от этого постоянного места работы и становится независимым фотографом. Выжить помогают заказы для республиканского дома моды Татарии. Ее работы высоко оцениваются на государственном уровне и с 1987 она член Союза журналистов Республики Татарстан. А в 1994 Ляля Кузнецова стала членом Союза фотохудожников России.

Но такое признание ее заслуг на родине придет гораздо позже. А пока, ее мечущаяся душа, постоянно стремится к чему-то новому. Поэтому вскоре она отправляется вместе со своим братом в путешествие по уральским степям. Случайно свернув с основного маршрута, они натыкаются на кочующий цыганский табор. Прекрасно зная, что эти гордые самобытные люди не очень приветствуют возле себя чужаков, и уж тем более не любят, когда их фотографируют, Ляля пытается заслужить их доверие, хотя это сделать совсем не просто.

Но тут к фотографу приходит уверенность и осознание того, что наконец-то она нашла то, что искала всю жизнь. Здесь, в уральских степях, она догнала то, к чему так безудержно стремилась и поняла, что именно затрагивало потаенные струны ее души. Снимая цыган, Ляля была настойчива в своем желании понять их образ жизни, прославить его и донести до всех остальных. Она все фотографировала и фотографировала, и цыгане отступили перед ее настойчивостью, позволив незнакомой женщине, так внезапно ворвавшейся в их по-своему размеренную жизнь, со своим бытом и укладом, делать свое дело. Своей внешностью и одержимостью она была близка цыганам, их свободолюбивому духу и они позволили ей войти в свой мир и оставаться в нем на долгие годы. Весь последующий период Кузнецова, со скрупулезной тщательностью, исследовала и фиксировала многогранный и неповторимый мир людей, которые так похожи на нее. Через свое внутреннее мировосприятие, она отображала окружающую действительность. Со свойственной ее душе поэзией, воспевающей свободу, гордость и страдания, она создавала свою именную, легкоузнаваемую среди множества других, цыганскую серию, прославившую ее на весь мир. «Когда говорят, что я воспеваю вольную жизнь цыган или что-то в этом роде, я думаю: фотография, которую делает человек, — это отчасти его автопортрет. Когда я освоила фотоаппарат, узнала, как проявляется пленка, как это все печатается, я начала искать кадры, созвучные моему сердцу. Естественно, ни за какие права цыган я не боролась, я просто понимала, что в нашем обществе они лишены очень многих прав. В большинстве своем это люди, которые идут к горизонту, а этот горизонт уходит от них», – так охарактеризовала в интервью «Русскому репортеру» Ляля Кузнецова свое видение цыган и их видение ее.

Фотограф без отдыха носилась за ними тридцать лет своей взрослой жизни, снимая цыган в Туркменистане, на Волге, в Казахстане, в степях под Одессой и Узбекистане. И каждый раз, поражаясь тому, как эти люди могут раствориться и приобщиться к окружающей их действительности, оставаясь при этом пришлыми и непонятными чужаками, для тех народов, рядом с которыми живут. Может потому, что примеряя на себя облик соседей, они все же, остаются неповторимыми и самобытными, отличающимися своей живостью и естественностью. Свои многолетние наблюдения она позже выразила такими словами: «…Среди католиков цыгане — католики, среди русских — православные, в исламских странах они — мусульмане. И когда цыгана спрашивают, какой он веры, он говорит: «А какой тебе надо?» То есть это люди, которые ассимилируются там, где оседают, где начинают жить. Но вот, например, туркменки носят просто косу: они картонку, что ли, подкладывают, оборачивают косу вокруг и надевают на голову обыкновенный платок с набивкой. И у них очень мало вышивки на платье и на штанишках под платьем. И платье, как правило, однотонное. А посмотрите, что цыгане белужди придумали. Там у них бабушки 80-летние, как бабочки, летают, в этой деревне. Они вышивают короны, а поверх короны свисает целое одеяние. Естественно, они пользуются теми тканями, которые делают сегодня, они покупают их в магазине. Но то, что они создают своими руками, — это удивительные платья, уникальные узоры, придуманные ими самими. Девочки с пяти лет обучаются вышивке. И платья у них не однотонные, а с мелким рисунком, и это такая гармония! У меня есть цветные фотографии: она с кетменем в поле, а на ней — такое вот одеяние».

Кузнецова с безграничным энтузиазмом отправлялась на каждую новую встречу с людьми, которых по-настоящему считала родственными по духу. Фотограф безоговорочно принимала их образ жизни и их древнее как мир единение с Природой. Интуитивно отыскивая в многоликой и разношерстной толпе именно «своих» цыган, она без предубеждений и ложной боязни, полагаясь только на собственное пристальное наблюдение и свежесть восприятия, давала им возможность проявить самим себя такими, какими они хотели себя увидеть. Поэтому образы, замершие на ее снимках отличаются непосредственностью и реальностью, взятой из неприукрашенной и неотретушированной жизни. Персонажи, изображенные на них выгладят то шутниками, то хвастунами. Иногда серьезными, а иногда неприступными и замкнутыми. Из ее воспоминаний о работе среди цыган: «…Меня всегда возил туда мой брат, ныне уже покойный, на своей машине. Разное бывало, бывали и неприятные ситуации. Но я считаю, что в нашем обществе, таком вроде бы защищенном, я тоже не защищена. Я как раз в городе больше боюсь работать с камерой, чем среди цыган. Туда я прихожу — и надо мной уже опека какая-то. Они меня как гостью уже встречают».

Работа Ляли как фотографа позволяла ей запечатлеть не только людей. С поразительным совершенством ей удавалось фотографировать и пространство, в котором находились те, кого Кузнецова снимала. Не важно, где располагались ее герои. Отводила ли она им место в верхнем или нижнем углу снимка, удаляла или приближала к зрителю, они, тем не менее, всегда находились в самом удачном месте кадра. А за кадром, оставаясь незримой, ей всегда удавалось напомнить о себе, о своем присутствии. За легкостью и воздушностью ее фотографий трудно рассмотреть то колоссальное напряжение и количество затраченных усилий, которое отдал фотограф на создание подобных шедевров. Комментируя одну из своих фотографий, Ляля скажет следующее: «Вы обратите внимание на ее лицо. Энергетически очень мощное. Но сзади пустой двор, она сидит с музыкальным инструментом, на котором там играют только мужчины… Вокруг нее все опустевшее, она одна. То есть это — ее одиночество».

Каждая из цыганских серий способна рассказать целое многотомное повествование об их жизни и быте, о привычках и традициях, об их любви и привязанности, об их стремлениях и разочарованиях. Фотографии Ляли Кузнецовой сняты в черно-белом формате, благодаря чему, сцены из цыганской жизни не выглядят на них этнографическими зарисовками и данью современной моде на экзотику. Среди ее работ мало портретов. В основном она фиксирует сцены из повседневной жизни. Вот цыгане пляшут, а здесь они разделывают огромным ножом тушу. Тут носят воду, а уже на следующем кадре – хвастаются своим богатством — павлином. Низкая линия горизонта, постоянно открывающая перед зрителем бескрайние равнинные просторы, превращают каждую сцену в отрывок из эпоса, повествующего о беспредельности и бесприютности мира. Равно как и о тех, кто имеет об этом подлинное представление.

Разглядывая фотографии Ляли Кузнецовой, мы помимоволи следуем за цыганами, разделяя все тяготы их кочевой жизни, живем в их пронизанных ветрами шатрах, задыхаемся на пыльных задворках больших городов. Но также вместе с ними радуемся появившейся возможности отдохнуть, посидеть в кругу близких людей, посмеяться от всей души или беззаботно пуститься в веселый пляс.

Цыганский цикл фотографий Ляли Кузнецовой сменяют фотографии узбеков, татар, туркменов, бродячих артистов. В общем, всех тех аутсайдеров, которых сама судьба держит вдали от больших дорог, не пуская их в жизнь обычных людей. А жизнь простых и понятных обывателей, оберегает от вмешательства бродяг. И, тем не менее, Ляле Кузнецовой очень мастерски удается передать огромную человечность и трогательность своих персонажей. Волнительная незащищенность перед жизнью, которой так насыщены работы Кузнецовой, не дают нам забыть ее фотографии. И они снова и снова возвращаются в нашу действительность, обогащая ее знаниями, состраданием, человечностью и неутомимыми стремлениями. Ее снимки, не смотря на всю их реалистичность, все же нельзя назвать просто репортажными. Для этого в них слишком много свободы и одиночества. Эта вечная тема яростно пронизывает все фотографии, созданные Лялей Кузнецовой. Она разворачивается, пренебрегая временем, бытом, конкретными людьми и их именами.

Но на сегодня, по словам самого фотографа «цыганская» тема для нее закрыта. После издания альбома о жизни цыган в Америке, Англии, Франции и Германии, Ляля Кузнецова сама почувствовала, что эта тема для исчерпала себя, во всяком случае для нее, и она готова приступить к новой. И вот уже более двух лет она занимается фотографированием бухарских евреев. Однажды, много лет назад, случайно попав на их праздник по случаю 150-летия Махалы (Махалой бухарские евреи называют квартал, где они проживают в Самарканде), она была поражена их самобытностью, традициями, песнями, костюмами и кухней, которая представляла собой традиционную еврейскую еду, но немножко с азиатским уклоном. Такую же по-восточному пряную смесь представляли собой и одежда, и язык, на котором общались бухарские евреи. Они свободно объяснялись на иврите, перемешанном с таджикским. Праздник, как и сам самобытный народ, произвели на фотографа неизгладимое впечатление и остались глубоко внутри ее творческой и восприимчивой ко всему новому души. Теперь же, по прошествии многих лет, Ляля Кузнецова решила вернуться и в Самарканд и к бухарским евреям. Хотя с тех пор претерпели изменения и сам Самарканд, и Махала. Впрочем, и евреев осталась там не так уж и много. Но все же Кузнецова не сдается. Она знакомится с людьми, снимает их в раскрепощенной домашней обстановке. Она общается с раввином, ходит в синагогу, слушает молитвы и как можно больше пытается узнать о культуре и традициях того народа, о котором собирается снимать фотоэпопею. По обыкновению, она пытается органично раствориться в своей работе, вобрать ее в себя, стать неотделимым целым со всем, что ее окружает в дне сегодняшнем. Не смотря на трудности, иногда неприятие и непонимание, фотограф снова и снова стремиться вернуться туда, потому что верит, что за новым жизненным поворотом ее ожидает начало нового пути.

Источник: phototour.pro

Фотограф Ляля Кузнецова | Музей Российской Фотографии

Ляля Мендыбаевна Кузнецова (04.08.1946/Уральск (Казахстан)) — фотограф.

Закончила Государственный Казанский авиационный институт. Работает инженером, и в конце 1970-х занялась фотографией.

С 1978 года работала фотографом в Казанском Государственном музее искусств.

Участвует во встречах фотографов в Литве, и в конце 70-х принята в Союз Фотохудожников Литвы. В начале 80-х работает фотографом в газете «Вечерняя Казань», занимаясь вопросами современной моды. С этого времени Ляля Кузнецова становится независимым фотографом и живет заказами для республиканского дома моды Татарии.

Участница легендарной фото-группы «ТАСМА» (Владимир Зотов, Эдвард Хакимов, Рифхат Якупов, Фарит Губаев и многие другие фотографы).

С середины 80-х годов её работы неоднократно выставлялись и публиковались в Европе и США, в том числе в галерее The Corcoran Gallery of Art в Вашингтоне.

Участница фестиваля ИнтерФото(1996) в Москве.

В конце 70-х годов Кузнецова снимает один из последних цыганских таборов на территории СССР (в Туркменистане), чуть позже её цыганская серия продолжается в Одесских степях…

«Когда говорят, что я воспеваю вольную жизнь цыган или что-то в этом роде, я думаю: фотография, которую делает человек, — это отчасти его автопортрет. Когда я освоила фотоаппарат, узнала, как проявляется пленка, как это все печатается, я начала искать кадры, созвучные моему сердцу. Естественно, ни за какие права цыган я не боролась, я просто понимала, что в нашем обществе они лишены очень многих прав. В большинстве своем это люди, которые идут к горизонту, а этот горизонт уходит от них.

Фотограф ищет свою картинку. И когда находит, говорит: да, о’кей, это мое. То есть этот щелчок происходит в сердце. Я, например, всегда знала, когда проявляла пленку, какой кадр мне искать. Еще Картье-Брессон говорил о том, что должно произойти соединение увиденного и того, что в тебе происходит, — это действительно так. Я испытала это на себе и могу подтвердить: именно так и происходит».

Работы Ляли Мендыбаевны Кузнецовой представлены из фонда Музея Российской Фотографии (г. Коломна).

«Я сталкивалась с такими судьбами, что моя казалась не самой страшной»

Легендарная фотохудожница о том, как снимала цыганский табор и первых манекенщиц ТАССР, об ускользающей молодости и эре фотошопа

Живой классик фотоискусства, участница фотогруппы «Тасма» Ляля Кузнецова на этой неделе отметила свой 70-летний юбилей. В канун праздника она рассказала корреспонденту «БИЗНЕС Online» о детской мечте и запахе степи, своем покупателе Виме Вендерсе и манекенщице Изольде Сахаровой, а также о том, почему нельзя продавать старые фотоаппараты и как профессия спасла ее после смерти мужа.

Ляля Кузнецова: «Когда снимает женщина, ей достаточно взгляда и сердца. Женщина чаще всего снимает на эмоциях» Фото: Любовь Симонова

«ХОЧУ ПОСОВЕТОВАТЬ ФОТОГРАФАМ НЕ ВЫБРАСЫВАТЬ СВОИ СТАРЫЕ РАБОТЫ»

— Ляля, готовясь к интервью, я посмотрела документальный фильм «Фотограф и его друзья». Вы там говорите, что только к старости начинаешь понимать, что жизнь — «короткая штука». Сейчас, когда вам исполнилось 70 лет, нет чувства, что-то не успели сделать, не осталось чувства незаконченности?

— Осталось. Я считаю, что у меня очень много времени ушло на бытовые проблемы, на устройство своей жизни. Я очень мало себя смогла отдать съемкам. И вот эта жадность во мне по-прежнему живет, а сил у меня нет. Когда я увидела юбилейные новостные сюжеты про Бориса Эйфмана, то по-белому ему позавидовала. Думаю, какой он счастливый. И ему 70 лет, и мне 70, он такой еще резвый, а я уже такая дряхлая старушечка (улыбается)…

Я просто не могу сейчас себе позволить выехать куда-то далеко на съемки. И максимум, что могу сделать, это разобрать тот архив, который в те времена складывался, складывался, а я только выбирала из него тот самый кадр, который на тот момент мне был важен. Я его вытягивала, а все остальное просто забрасывала. И вот сейчас все это заново просматриваю, выбираю что-то интересное, когда сканирую.

— Фотографии, которые тогда, казалось, не имеют никакого смысла, приобретают его сейчас?

— Конечно. И хочу посоветовать фотографам не выбрасывать свои старые работы. С годами очень многие вещи совсем по-другому просматриваются. Потому что ты не только стареешь, но еще духовно крепнешь. Конечно, не целиком ты меняешься, нет. Просто попутно какие-то знания поселяются в твоей голове, и ты на многие вещи, на которые по молодости смотрел, может быть, несколько иначе, начинаешь смотреть по-другому. То есть очень многие кадры, наоборот, начинают жить сейчас, начинают оживать. Я думаю, что ничего нового не говорю, просто в молодости я этого не слышала.


Фото: Ляля Кузнецова

«МЕЧТА МОЕГО ДЕТСТВА — ПОПАСТЬ К ЦЫГАНАМ. ОНА МЕНЯ И СПАСЛА»

— Ваша история как фотографа началась в 1977 году после смерти мужа. Тогда появился первый цикл фотографий цыганского табора.

— Когда случилось несчастье, я долго еще не могла определиться, что делать дальше, хотя, будучи еще студенткой, состояла в фотоклубе «Волга». Я как-то ушла в уныние, провалилась в яму после смерти мужа и потом уже очень тяжело себя вытаскивала…

Но это, наверное, со всеми происходит, когда могильная плита прижимает любимого человека. По молодости тем более, когда человек не готов к этому. К тому же, помимо того, мы жалеем не только человека ушедшего, мы же еще и жалеем себя, что мы остаемся одни. Когда мы молоды, мы любим очень крепко и с большим сердцем и душой. Мне повезло, мечта моего детства — попасть к цыганам — меня и спасла, она меня вытащила.

И еще чем мне все это помогло, так это тем, что в ту трудную минуту я вернулась в степи. Вы никогда не были в степях? Это удивительные места, этот запах полыни… Я сейчас на рынке покупаю ее и вешаю у себя на балконе, ставлю в вазочки, чтобы вот этот горьковатый запах полыни был со мной рядом. Он дает мне такие же силы, как корни деревьев дают силы дереву расти.

Да, моя профессия меня вытащила из черной ямы. Я многим обязана ей, я вырастила дочь, сейчас помогаю ей растить внуков, в этом помогла мне по жизни именно фотография, она дает очень мощные импульсы. Благодаря фотографии я сталкивалась с такими разными судьбами, что моя казалась не самой страшной. Как мыльный пузырь, ну лопнул и лопнул. Есть судьбы более сложные, и люди справляются, живут, радуются. Это и для меня самой служило стимулом.

— Но почему цыгане? Как это стало мечтой?

— А как обычно бывает у подрастающего ребенка? То, что тебе запрещают, хочется сделать еще сильнее. Я выросла, зная одно, — нельзя подходить близко к цыганам, украдут. Мне категорически запрещалось подходить к цыганскому табору, который был у реки. Мы могли только с сеновала наблюдать, как они жгли костры, как пели, готовили еду. Помню, рано утром приходили несколько цыганских женщин к тете, они у нее брали молоко.

— Они все-таки не подпускают к себе чужаков.

— Во-первых, они чувствовали, что я хочу с ними подружиться. Во-вторых, мне мамой были подарены большие золотые серьги с полумесяцем. В молодости у меня были черные кудрявые волосы, серьги, все это сработало — внешность, плюс мое искреннее желание войти в табор. А вообще меня всегда сопровождал мой брат, он был летчиком. Я ему очень признательна и благодарна за это.

И, знаете, видимо, тут сыграла еще и интуиция фотографа. Я не зря говорю, что фотограф обладает или воспитывает в себе это качество. И даже Брессон (Анри Картье-Брессон — знаменитый французский фотограф — прим. ред.) каждый раз говорил: «Воспитывайте в себе интуицию». А мне как-то повезло, и я не боялась. Мы — женщины — обладаем этой интуицией, плюс я была мамой, а мамы вокруг своего ребенка выстраивают какую-то зону безопасности. И когда кто-то приближается, пусть даже на расстоянии, к этой зоне, мама чувствует и тут же начинает действовать. И вот то же самое, видимо, произошло, когда я переключила себя на фотографическую зону. Когда снимает женщина, ей достаточно взгляда и сердца. А мужчине сначала надо посмотреть, потом обдумать, проанализировать. Женщина чаще всего снимает на эмоциях.

Конечно, когда я начала заниматься фотографией, моей дочери было лет 6, и как раз в этом возрасте она хотела маму, а в это время мама бежала к цыганам и не видела дочь, хотя я брала ее с собой в табор. Потом уже поняла, что лучше мне быть одной во время съемок. Когда идет репортажная съемка каких-то событий, то тут вы должны быть настолько начеку, внутри все должно быть настолько мобилизовано на эти события… Чик, чик, доли секунд, вы должны чувствовать приближение этого момента.

«ФОТОГРАФИИ ПЕРЕДАЮТ НЕ ТУ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ, КОТОРАЯ ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ»

— Фотоклуб «Волга», в котором вы состояли в студенческие годы, был знаковым этапом становления казанской школы фотографии. Затем он разделился, и так образовался клуб «Тасма», на базе одноименного предприятия, в который вы перешли…

— Когда я вышла замуж и родила ребенка, за это время успели отделиться от «Волги» именно те ребята, которые больше снимали. В фотоклубе ведь еще было много пенсионеров, которые занимались проявкой, ее усовершенствованием. То есть их больше интересовала не сама съемка, не само фотографическое изображение, а то, как оно меняется.

Когда я уже начала работать как фотожурналист, мы собирались в издательстве или у меня дома, поэтому моя дочь Влада росла среди фотографов. Она, естественно, не очень это любила, потому что у нее отнимали маму. А я почему жадно пыталась во все это вникнуть? Потому что в то время специализированной литературы для фотографов почти не было. Это сейчас зашел фотограф в интернет и на любую тему найдет ответ, а тогда мы эти ответы искали или находили практическим путем. Поэтому, когда мы собирались, мы как бы делились другу с другом. Мы собирались в неделю раз, раскладывали фотографии на полу или протягивали веревочки и развешивали фото на них, прикрепляя прищепками.

— Вы ведь еще входили в союз фотохудожников Литвы.

— Да, когда была студенткой и пришла в «Волгу», я так стремилась попасть в Прибалтику, потому что там было именно фотографическое общество. Мы поехали туда с мужем, его призвали туда на два года в армию, он был ракетчиком. И когда мы с ним подошли к трапу лететь в военный город, в какой-то момент у меня все замерло, и я не смогла дальше сделать движение. Я почувствовала, что еду в последние дни его жизни. Именно там его забрали в больницу, и там все случилось.

Я прыгнула в фотографию как в черную пропасть, потому что подо мной не было знаний, я пришла в фотографию, будучи инженером. Я ведь училась в Казанском авиационном институте, приехала поступать из Уральска. В университетах мы не столько получаем знания, сколько учимся работать, и, думаю, что эту канву мне успели дать и мои родители, и институт. Он очень многое мне дал. Я и с мужем познакомилась здесь, в институте, он учился на год младше.


Фото: Ляля Кузнецова

— Прославили вас именно серии снимков цыганского табора, это ваша тема. Для фотографа вообще важна тема или, если есть талант, то можно снимать все?

— Я думаю, важна. Тему надо чувствовать и любить. Я, например, спрашивала себя: смогу ли быть военным фотографом, как Олег Климов в свое время? И поняла, что не смогла бы. Любому, кто бы получил, находясь рядом со мной, ранение, я бы пошла помогать тут же, забыв о своей работе. А фотограф должен в какой-то момент запрещать себе это делать и быть только наблюдателем, человеком, который снимает свою картинку. Поэтому где-то, где мастером может быть один фотограф, другой сможет не всегда.

Я помню, когда нам с Володей Семиным в Большом театре предложили снимать Екатерину Максимову и Владимира Васильева, именно их рабочие моменты. И, прежде чем согласиться, я решила, что должна подготовиться к этому. Я пошла в наш театр оперы и балета, представилась Ниязу Даутову, получила разрешение приходить на репетиции. Тогда Ирина Хакимова попала ко мне в объективы. Я успела сделать ее портреты, они как раз уезжали на гастроли в Германию… Когда я пронаблюдала за своими «контрольками», поняла, что снимаю что-то другое, одиночество женщины или что-то еще. То есть фотографии передают не ту действительность, которая есть на самом деле. Максимову и Васильева я так и не сняла тогда, потому что поняла, что, наверное, не смогу.

— Но вы были и фэшн-фотографом.

— Я была первым фотографом моды в Казани. У нас не было журнала мод и нет до сих пор, и в то время мои фотографии разработок нашего Дома моды рассылались по маленьким городам Татарстана. А наиболее интересные кадры, которые я отмечала для печатника, он их делал в большом формате, а потом оформлялись ателье, делались плакаты.

Кстати, помню всех своих бывших манекенщиц: Лариса Фомина сейчас бизнесвумен, Изольда Сахарова организовывает конкурсы «Мисс Татарстан», Ольга Паранина благодаря моим фотографиям уехала в Америку и в Нью-Йорке прошла жесткий конкурс, подписав шикарный контракт на два года с Томом Фордом.


Фото: Ляля Кузнецова

— Вам также предлагали снимать знаменитую группу Gipsy Kings?

— Да, они увидели мои фотографии в книге «Другая Россия» и попросили организаторов цыганского фестиваля в Ниме пригласить меня с выставкой и одновременно со мной художника из Мадрида, скульптора из Парижа. И у руководителя группы Gipsy Kings, его звали Чико Бучикхи, родился сын, и он меня попросил: «Ляля, мне очень нравятся ваши фотографии, пожалуйста, снимите, когда будут крестить моего сына».

Но в это время французский режиссер Клод Лелуш снимал там же свою картину «Прекрасная история», кадры с фестиваля как раз вошли в его художественный фильм. У меня осталась обида на его оператора, который так меня придавил, что я не смогла ничего снять. А народу было очень много, я уже не стала там между всеми нырять. Я не умею (улыбается).

— Как же так? Разве фотограф не должен уметь везде пролезть?

— Я не могу быть папарацци, совершенно точно это знаю, я не буду ни за кем подглядывать. Я всегда выхожу в открытую дистанцию между своим героем и собой. На моих фотографиях есть взаимодействие между нами, это обязательно присутствует. Важно, чтобы герой мне доверился и остался самим собой, не играл, а это стоит времени и сил. Я даже не знаю, как мне это тогда удавалось, но вот удавалось.

Вы знаете, все мы в жизни играем какую-то игру, исполняем какую-то роль. Актеры, правда, играют и на сцене, и в жизни, у них двойная игра, им еще тяжелее. При всем при этом каждый находит свою игрушку. Я нашла свою игрушку — фотоаппарат, который спас меня.

«Все мы в жизни играем какую-то игру. При всем при этом каждый находит свою игрушку. Я нашла свою игрушку — фотоаппарат, который спас меня»
Фото: ©Елена Сунгатова, art16.ru

«МНЕ ОЧЕНЬ НЕ ХВАТАЕТ МАРИНЫ РАЗБЕЖКИНОЙ В КАЗАНИ»

— Вы дружите с одним из самых известных отечественных документалистов, нашей землячкой Мариной Разбежкиной.

— Мне во многом помогла тогда Марина. Она человек кино, а я тоже очень люблю кино, потому что это тоже визуальное видение. Там работает оператор и режиссер, хотя все равно я видела визуальные картинки. Например, фильмы Тарковского или Феллини, там каждый кадр можно останавливать, и будет прекрасная фотография, будет фотовыставка. Вот, видимо, это и работало на меня тогда.

— Тогда весьма символично, что первым, кто приобрел ваши фото, был легендарный немецкий режиссер Вим Вендерс.

— О да. Когда к власти пришел Горбачев, открылись границы, тогда повалили в нашу страну галеристы. И приехала в Москву галеристка из Парижа Мария Жорж. У нее была галерея в центре французской столицы возле площади Пирамид. Она также увидела мои работы в книге «Другая Россия» и попросила меня найти. Меня вызвали из Казани в Москву, мы встретились с ней, и она предложила подписать с ней контракт, забрав часть фотографий для выставки.

И вот однажды Вендерс, который и сам фотографировал, пришел к ней в галерею и приобрел мои снимки. Для меня, конечно, это было очень символично. Мы в то же время смотрели его фильм «Небо над Берлином». Помню, Марина давала мне видеокассеты с какими-то фильмами.

Люблю картины Ларисы Шепитько, Алексея Германа-старшего и Алексея Германа-младшего. Это авторы с восклицательными знаками. Спасибо Марине за это, мне очень ее не хватает в Казани.

— Общаетесь с ней сейчас?

— Знаете, я мало с кем сейчас общаюсь. Даже с теми людьми, которых я продолжаю любить и уважать… У меня не хватает сил. Поэтому действительно старайтесь сделать многое в молодости, многое успеть сделать. С годами набегает этот момент, но от него надо избавляться, конечно. Но я трудоголик, мне сейчас хотелось бы доразобрать, конечно, свой архив. Хотя бы так, относительно.


Фото: Ляля Кузнецова

«Я ФОТОГРАФИЮ РАССМАТРИВАЮ КАК ДЛИННЫЙ ПОЕЗД»

— Повлияло развитие технологий на вашу работу?

— Я, наверное, фотограф-классик. Я не модернист, не человек, который пользуется фотошопом. Единственный случай, когда могу к нему обратиться, это, может быть, когда я делаю портреты и мне хочется передать его теплоту, убрать что-то лишнее, лишнюю морщинку, а так я за него не сяду. Что касается фотоаппаратов, то первый замечательный фотоаппарат мне подарили в Германии, после того как прошло несколько моих персональных выставок за рубежом. Я получила тогда фотоаппарат Leica M6. По тем временам эта была суперкамера, тогда ведь еще не было цифровых. И когда мне его однажды вручили завернутым в небольшой пакетик, подумала, ну что там, книжечки, брошюрки, поблагодарила, а мне говорят: «Ляля, а ты загляни туда». И когда я увидела Leica M6 и два объектива, широкоугольник и портретный, я не смогла сдержать слез. Это было моей мечтой, но было недоступным по деньгам.

И знаете, как говорил Куделка (Йозеф Куделка — чешский фотографприм. ред.): «Никогда не продавайте свои аппараты, таким образом вы отдаете свою энергетику». Это действительно так. У меня была история, я еще продолжала хорошо снимать, но сломала позвоночник и мне нужны были деньги на жизнь. И в это время у меня попросили одолжить за деньги как раз 35-й объектив от фирмы Leica, который мне подарили. Я смогла себя поставить на ноги благодаря ему, но почувствовала, что стала меньше снимать, все меньше и меньше.

Потом перешла на «цифру». Купила камеру Nikon, и она пролежала у меня год. Я никак не могла к ней привыкнуть, просто не представляла, как с ней работать, и продолжала снимать на пленку. И по необходимости однажды я ее взяла, у меня даже не было тогда компьютера, просматривала кадры, отснятые на Nikon, на экране телевизора, и поняла, что перейду на «цифру».

— Кажется, что фотошоп при грамотном умении его пользования позволяет из практически любого плохого исходника сделать хороший снимок. Но говорит ли это о таланте работ фотографа? Как раз в начале интервью вы говорили, что фотограф должен чувствовать приближение того самого кадра. А зачем это тому, кто умеет пользоваться фотошопом?

— Я фотографию рассматриваю как длинный поезд. Вагоны, в каждом из которых сидят свои пассажиры, — авторы фотографий, я сейчас говорю о стилистике. Фотография ведь имеет очень разноплановую стилистику. И когда я смотрю фотовыставки, то принимаю новые направления, лишь бы они работали на чувства. Если я взглянула и у меня ничто не дрогнуло, то это для меня пустой снимок. Хотя порой некоторые работы заставляют обратить на себя внимание своей формой, поскольку для меня она тоже имеет значение, как и композиционные моменты. Если я вижу просто работающую форму, допустим, того же Кандинского, Малевича и его «Черный квадрат», то там, помимо формы, есть еще символические вещи, философские.

— Фотография — это инструмент воздействия. Сейчас же каждый день в социальные сети загружается огромное количество низкокачественных снимков, в которых визуальная поэзия напрочь отсутствует.

— Да, фотография — это инструмент, так же как и любое изобразительное произведение. И на сегодняшний день очень много фотографов, согласна. Но тем не менее карандаши изобрели давно, рисовать начали давно, наскальная живопись и т. д. Но то, что живет веками, и то, что восхищает нас до сих пор, появилось не сразу и не появляется постоянно. То, что имеет дорогу к нашему сердцу, создано не сразу. А если нет этой дороги, значит, пусто, в моем понимании.

Цитата дня | Ляля Кузнецова и Йозеф Куделка

Ответ на загадку такой: фотографии 1, 3 – Йозефа Куделки; фотографии 2, 4 – Ляли Кузнецовой. Судя по вашим ответам в ВК и ЖЖ, не получается определить пол фотографа по кадрам, «женского» и «мужского» взгляда не обнаружено.


Фотограф Ляля Кузнецова


Ляля Кузнецова (1946) – фотограф, живет и работает в Казани. Наиболее известная серия фотографий о цыганах снята в советское время в Уральске, Туркменистане и Одесских степях. Ляля Кузнецова рассказывает, что её искренне интересовали цыгане и их вольная степная жизнь, характеры. Главным для неё были люди, эмоции, пространство, воздух, совпадение личного внутреннего состояния и момента реальности.


Фотограф Ляля Кузнецова

Сама Ляля Кузнецова рассказывает о работе так:
«Я не могу быть папарацци, совершенно точно это знаю, я не буду ни за кем подглядывать. Я всегда выхожу в открытую дистанцию между своим героем и собой. На моих фотографиях есть взаимодействие между нами, это обязательно присутствует. Важно, чтобы герой мне доверился и остался самим собой, не играл, а это стоит времени и сил. Я даже не знаю, как мне это тогда удавалось, но вот удавалось».


Фотограф Ляля Кузнецова

«Когда говорят, что я воспеваю вольную жизнь цыган или что-то в этом роде, я думаю: фотография, которую делает человек, — это отчасти его автопортрет. Когда я освоила фотоаппарат, узнала, как проявляется пленка, как это все печатается, я начала искать кадры, созвучные моему сердцу. Естественно, ни за какие права цыган я не боролась, я просто понимала, что в нашем обществе они лишены очень многих прав. В большинстве своем это люди, которые идут к горизонту, а этот горизонт уходит от них.


Фотограф Ляля Кузнецова

«Фотограф ищет свою картинку. И когда находит, говорит: да, о’кей, это мое. То есть этот щелчок происходит в сердце. Я, например, всегда знала, когда проявляла пленку, какой кадр мне искать. Ещё Картье-Брессон говорил о том, что должно произойти соединение увиденного и того, что в тебе происходит, — это действительно так. Я испытала это на себе и могу подтвердить: именно так и происходит».


Фотограф Ляля Кузнецова

Второй автор фотографий о цыганах из загадки – Йозеф Куделка (1938), действующий член Агентства Магнум, документальный фотограф, живет и работает во Франции и Праге.


Фотограф Йозеф Куделка


Фотограф Йозеф Куделка


Фотограф Йозеф Куделка


Фотограф Йозеф Куделка


Фотограф Йозеф Куделка

Оба фотографа получили международное признание (персональные книги и выставки).

В завершении дадим слово профессиональному критику. Александр Лапин, друг Ляли Кузнецовой, в предисловии к её книге сравнивал серии о цыганах обоих мастеров:
«Фотографии Куделки более конкретны, более документальны, в них больше подробностей быта, описания жизненной среды. «Вот так, в таком доме живет эта семья», «в таких условиях эта», «а вот еще одна на пороге своего дома.» Фотографа интересует, где спят эти люди ночью, чем накрыта кровать, что стоит на столе и что висит на стене цыганской комнаты. Отсюда такое трагическое ощущение от всей книги Куделки. Убогая, нищая жизнь, жизнь без просвета, освобождение только в смерти (две фотографии, которые завершают книгу Gypsies).

«В фотографиях Кузнецовой быта меньше, зато больше романтики, она снимает праздники, застолья. То есть жизнь столь же убога и страшна, но в этой жизни есть место освобождению от забот, есть минуты, когда герои Кузнецовой знают, для чего они живут — ведь они цыгане, они ни на кого не похожи, они знают какую-то тайну, которую мы, нецыгане, никогда не поймем.

«Возможно, цыгане в России, с ее необъятными просторами, действительно другие — кочевники и конокрады, гадальщицы и попрошайки. А может быть, от русских у них эта охота к перемене мест, пренебрежение к быту, бесшабашность и удальство.

«Еще одно принципиальное различие. Куделка часто помещает героев в центр кадра, его интересуют типажи, ситуация, подтекст происходящего. У него много симметричных композиций. Кузнецова в большинстве случаев строит кадр, собирая его по частям, по деталям. Ее интересует не только центр, не только сами герои, но и — что находится справа и слева от центра. То есть она берет кадр целиком. Кстати, словечко «взять» из ее лексикона — «это можно взять», говорит она, то есть сфотографировать. Она не позволяет себе «просто» сфотографировать что-то, ей необходима наполненность кадра, его пластическая энергия. Чаще всего Ляля уходит от симметрии, ее фотографии живые, более динамичные.

«И это совсем не упрек Йозефу Куделке, просто особенность его видения в 60-е годы. Тем более, что вершины своей фотографической зрелости Куделка достиг через 20 лет после своей цыганской серии, в своей великолепной книге Exiles.

«И наконец о том, что сближает Куделку и Кузнецову больше всего. Избранные их кадры, ради которых, собственно, и стоит жить фотографией, имеют больше общего, нежели различного. Есть много разных путей к вершине, однако, по мере приближения к ней пути эти все больше и больше сближаются, пока не сойдутся окончательно в одной точке. Но в случае, когда это не просто гора, а, скажем, Вершина Искусства, сама вершина становится недостижимой, а каждый шаг приближения к ней дается неимоверными усилиями, ценой всей жизни».

Фильм о Ляле Кузнецовой «Фотограф и его друзья»

Ляля Кузнецова рассказывает о своих фотопроектах

Ссылки:

«30 Day Photo» в соцсетях Facebook | ВКонтакте | Группа Facebook | Instagram | 500px | Виртуальные выставки | Pinterest | Twitter | Telegram.me

состоялся вернисаж советской фотолегенды Ляли Кузнецовой

В Галерее современного искусства Музея ИЗО РТ состоялся вернисаж советской фотолегенды Ляли Кузнецовой. Мастер, первой ставшая популярной в 80-х годах ХХ века далеко за пределами СССР и открывшая казанских фотографов для остального мира, 4 августа отметила свой 75-летний юбилей. К этой дате и приурочена ее персональная выставка «Дорога…».

В нескольких залах второго этажа размещены черно-белые снимки, значительная часть которых — это хорошо узнаваемые среди старшего поколения фотографов серии снимков узбекских, туркменских, одесских цыган. В конце 70-х годов Ляле Кузнецовой удалось запечатлеть один из последних цыганских таборов на территории СССР (в Туркменистане) — так она нашла свою тему и сделала еще не одну цыганскую серию. В кадр попали и цыгане Казани середины 90-х годов минувшего столетия.

К фотоискусству маэстро с женским взглядом, которая в 1980 году на европейском фотобиеннале получила Гран-при города Парижа «За гуманизм в фотоискусстве» и еще множество наград за всю жизнь, выставлялась в США, Германии, Нидерландах, Португалии и т.д., привело личное несчастье. Всерьез уроженка Уральска (Казахстан) и выпускница КАИ взялась за фотокамеру после скоропостижной смерти супруга от лейкемии в 1977 году.

«Я боролась за него год, но в конце концов мне пришлось с этим смириться. И тогда я поняла, что не смогу больше работать в конструкторском бюро „Вакууммаш“. А в студенческие годы я уже немного снимала, чужим фотоаппаратом — соседки по общежитию. Стала экспериментировать со светом обычной настольной лампы и снимать своих девочек, подружек», — поделилась воспоминаниями о начале длинной дороги в фотоискусстве Ляля Кузнецова.

Позже о молодом фотографе рассказали председателю фотоклуба «Волга» Владимиру Богданову и познакомили с ним. Встреча с цыганами произошла на рынке родного города Уральска, куда на лето уезжала Ляля Кузнецова. Там и получила первое разрешение на съемку в таборе от местного барона.

«Потом уже целенаправленно искала цыган. Хотелось знать, что я значу в фотографическом мире, поступила в фотоклуб. Сейчас Живу в Казани, но из дома не выхожу. Поскольку впечатления получаю только из телевизора, теперь уже не снимаю», — с грустью призналась Ляля Кузнецова.

Фотограф Игорь Волков на церемонии открытия выставки подчеркнул, что так, как Ляля Кузнецова, сейчас уже не умеют снимать. Ее видение он назвал проецированием правды на фотографическое полотно.

«Для молодежи это в наше время непонятное искусство, незнакомое. Но это самое важное, самое главное, самое интересное событие в нашей фотографической жизни», — сказал он.

Как и чем является Ляля Кузнецова для казанских авторов, необходимо рассказывать молодежи, поддержал коллегу Валерий Павлов. Юбиляр живет в своих фотографиях, и это отнюдь не только мгновения из жизни цыган.

«По сути она является тем человеком, кто вывез наших авторов за границу. Благодаря ей многие стали известны за рубежом», — акцентировал Валерий Павлов.

Московский галерист Ильдар Галимов отметил, что вернисаж — странное и неподходящее место для выражения любви к легенде фотографии, поскольку это публичное признание в интимных чувствах. Однако Ляля Кузнецова, по его словам, была и остается воплощением французских кинофантазий новой волны.

«Мы давно знакомы. Ляля Кузнецова — это высшая точка в понимании истории, культуры, традиции. И редкий случай, когда она выставляется. До этого ее выставка была лет 10 назад в Москве. Я счастлив, что родина наконец вспомнила о своем герое. Я бесконечно счастлив, что 20 лет нашей жизни все наполнены любовью к тебе», — обратился к юбиляру Галимов.

Председатель Союза фотографов РТ Рамиль Гали вручил советской фотолегенде диплом за выдающийся вклад в фотоискусство.

Выставка будет работать в течение ближайшего месяца.

Выставка Ляли Кузнецовой

19.04 — 3.06 — Мои дороги Ляли Кузнецовой. Ляля, несомненно, легенда российской фотографии, ее работы выставляются по всему миру от Нью-Йорка до Берлина и Парижа.

Родилась в 1946 году в Уральске, Казахстан. Там она училась в Казанском государственном авиационном институте и работала авиационным инженером, прежде чем сделать первые шаги в фотографии в конце 1970-х, после смерти мужа.

В 1978 году Ляля работала фотографом в Казанском государственном художественном музее, а в 1979 году была принята в Союз фотохудожников Литвы.С 1980 по 1982 год работала фоторепортером газеты «Вечерняя Казань», а затем — бесплатным фотографом.

Ее работы неоднократно выставлялись в Европе и США, в том числе в галерее искусств Коркоран в Вашингтоне, округ Колумбия. В 1997 году Кузнецова была удостоена премии Матери Джонса Лейки за выдающиеся достижения, а также Гран-при Парижской фотобиеннале.

Ляля в настоящее время проживает в Казани, а ее дочь Влада, внучка Анаис и внук Савелий живут в Москве.

***

Ляля из тех, для кого фотография — инструмент исследования жизни и общества. В конце 70-х Ляля успела сфотографировать один из последних цыганских кемпингов на территории СССР (в Туркменистане), а позже ее цыганская серия продолжилась где-то на равнинах Одессы. Как же так получилось, что цыгане, обычно столь закрытые по отношению к «иностранцам», буквально приняли Лялю в свою жизнь, позволили ей наблюдать за своими обычаями, запечатлеть эти драгоценные моменты, запечатлев их в фильме? Возможно, секрет в подходе.

Ляля упомянула: «Когда говорят, что я хвалю вольную жизнь цыган или что-то в этом роде, я думаю: фотография, которую он делает, — это своего рода его автопортрет. Когда я научился пользоваться фотоаппаратом, научился , как проявлять пленку, как это все печатается, я начал искать близкие моему сердцу изображения. наше общество. Большинство из них — люди, которые идут к горизонту, но горизонт уходит от них ».

Эти «автопортреты» — фотографическое наследие Ляли Кузнецовой. Фотография создает уникальные и яркие образы, впуская внутрь себя то, что он видит через камеру, и сравнивая это с тем, что происходит внутри себя, скрытым от глаз людей. Перспектива, точка зрения со временем могут измениться (и Ляля заявила, глядя на некоторые из своих старых фотографий: «Теперь я бы сделала это по-другому, я бы выбрала что-то отличное от той ситуации». ), что-то никогда не меняется: фотография есть и всегда будет «языком» фотографа, его способом общения с миром, его следом в мире.

Недостаточно прийти и просто посмотреть фотографии Ляли, чтобы понять ее искусство. Лучше всего было бы наблюдать за самим процессом, следить за ней, проживать одни и те же ситуации в одних и тех же географических условиях. Сейчас это уже невозможно, но можно хотя бы ознакомиться с видеосвидетельством своих собратьев: короткометражным фильмом «Мои дороги», где Ляля рассказывает о своих «дорогах», причем некоторые из них уже закончены. в то время как другие еще предстоит.

«Только когда ты стар, ты понимаешь, что жизнь на самом деле так коротка.И этот путь тоже далеко не долог. Когда начинаешь, торопишься — о, когда я вырасту? Моя Анаис сейчас делает то же самое: «О, когда я стану большим?» Я ей говорю — куда ты торопишься? Я говорю ей то же самое, что и сам себе — будь козлом, не бросайся в лес, за тобой будут гоняться все волки. И жизнь это доказывает, а нынче это еще более опасно, в том, что есть с волками, знаете ли ».

Это хорошо известный факт, что фотография — это проекция реальности, проекция, которую фотограф переосмысливает и переносит в границы реальности.Возможно, это применимо и к другим видам искусства, но у фотографии есть свой особый инструмент, и Ляля прекрасно использует его. Но ее фотографический талант широко известен не только этим. Есть еще два аспекта, возможно, даже более заметные, которые делают ее фотографии особенными.

Первый — это человеческие чувства. Ляля восхищается этим чувством радости, печали. Можно даже подумать, что она фотографирует не людей, а их чувства и этот факт, как заметил один из друзей Льяляса: «это визуальная поэзия, которая настолько проникает в вас, что вы чувствуете некую тревогу в своем сердце. , но хорошее беспокойство «.Когда фотография может вызвать такое чувство у другого человека, он становится поистине великим. И Ляля это умеет. Она оставляет миру мысль, что даже самое грязное и заблудшее в никуда может быть в высшей степени поэтично, невероятно трогательно.

Второй аспект — внимание к деталям, дополнительная информация. Ляля волшебным образом «выставляет» детали сцен из повседневной жизни, и она умеет их «готовить». Она не только «видит» жанр, но и умеет ловить момент.Итак, обычный человек становится настоящей моделью. По-настоящему любопытная и страстная Ляля не стала бы всемирно известной без таких качеств. Она просто любит людей, сочувствует им. И этот фактор перевешивает все остальные — любые технические навыки, любое ощущение конъюнктуры. Лялю движет любовь к людям, ей интересно человеческое лицо. Но это может быть не то лицо, которое мы привыкли видеть на обложке модного журнала, а простейшее лицо, которое может даже спровоцировать отслоение.Это живой персонаж.

«Это просто моя жизнь, а фотография — мой язык. Я фиксирую взгляд, контакт, который может произойти между мной и моим героем. Все остальное … Цвет только отвлечет меня».

В итоге мы видим финальную фотографию, которая может стать предметом для всего фильма. Эта фотография живет и будет жить своей жизнью, она больше не является чьей-либо собственностью — ни зрителем, ни Ляля.

И Ляля тоже такая. По ее собственному признанию, как только она берет камеру, она теряет ауру своей семьи, тоже становится цыганкой, частью кемпинга.Позже, конечно, она реконструирует эту семейную ауру, но в этот момент ее фотографическая аура исчезла. Это происходит постоянно: ей нужно закрыть дверь и выйти из дома, чтобы начать работать. Оставь все позади. А потом возвращайся, всегда возвращайся.

«Я уже завершил себя. Я оставил след. Мой дом построен. Может быть, остались какие-то детали, но я могу пойти и оставить свою ауру в этом доме. Я оставил след, он может жить. Помните, счастье эфемерно.Если вам дается эта минута счастья, просто запомните ее, помните, потому что она исчезнет сразу, как фейерверк. Раньше я могла любоваться цветком, а теперь знаю — он неминуемо увянет ».

Побывать у Лалии Кузнецовой, пройти по ее дорогам и полюбоваться свободной, безграничной цыганской культурой можно с 19 апреля в галерее «Искусство фотографии», расположенной в Санкт-Петербурге, на Большой Конюшенной улице, 1.

Фотографии для экспозиции предоставлены Музеем русской фотографии, Коломна.

19.04.2018

Галерея Дом Нащокина »Архив блога» Ляля Кузнецова

Галерея «Дом Нащокина» — первая в России ретроспективная выставка фотографий Ляли Кузнецовой — фотографа, получившего международное признание. Ее работы выставлялись в Европе и США, в том числе в галерее Коркоран в Вашингтоне. В 1997 году Кузнецову была присуждена премия «Medal of Excellence» от компании Leica — аналог «Оскара» в мире фотографии и Гран-при Парижа за фотографию.На выставке будет представлено более 100 оригинальных работ из различных циклов — «Цыгане» (1982–1998), «Узбекистан», «Евреи. Бухара »и др. Некоторые фотографии будут впервые представлены в России.

«Ляля Кузнецова снимает то, что видит. Как и все художники, она не все видит. Ее глаза — фильтры ее души. И то, что она их видит — реальность, наполненная поэзией свободы, страданий и гордости.

Ее внутренний пейзаж, источник которого исходит из его видения, образован горами, степями, бескрайними горизонтами и разными народами — татарами, казаками, украинцами, русскими, населяющими родной Казахстан.Она родилась в 1946 году в небольшом городке Уральск на западе Казахстана, недалеко от границы с Россией. Дочь в татарской семье со скромным достатком, воспитанная в мусульманских традициях, она выросла хорошей домохозяйкой, преданной женой и любящей матерью. Но остались в памяти детские воспоминания Ромы во дворе ее тети. В маленькое окошко на сеновале она с неподдельным любопытством наблюдала за тем, как приходят и уходят «эти изящные загорелые люди». Ночью она смотрела на огни их костров и слушала их песни.Она видела на дороге нарисованные телеги, но проследовать за ними не могла, потому что ходить по цыганскому лагерю запрещено.

Муж Лялин неожиданно скончался. Она осталась одна с маленькой дочкой. Что придало ей смелости осуществить его давнюю мечту — на этот раз взять в руки фотоаппарат и никогда больше не позволять ей этого? Стать фотографом и пытаться заработать на жизнь было ужасно тяжело. Он предназначен для обмена стабильным существованием жизни в странствиях и неопределенности. Он, должно быть, спрятал это внутри какой-то силы, возникающей при принятии жизненно важных решений.Вскоре после того, как она рассталась с фотографом Казанского государственного художественного музея, решила работать самостоятельно.

Судьба вскоре подтвердила правильность своего решения: брата она отправилась на машине в уральские степи. Они решили свернуть с трассы и наткнулись на цыганский лагерь у реки. Дети выбежали посмотреть на них, Лала с братом последовали за ними в палатки. Ребятам подарили сувениры, и Лала начала фотографировать мужчин и женщин, сидящих на земле.Цыгане не любят фотографироваться, закрепить свое положение непросто… Но она знала, что нашла то, что искала: людей, получивших ее душу. Их изображения были призваны восхвалять их образ жизни и пробуждать художника изнутри. При этом она стояла и продолжала фотографировать, а Рома медленно впускал молодую женщину с внешностью, чем-то напоминающей их собственный, в их собственный мир, который она улетела на следующие 15 лет.

Отношения Лалина с пространством, через которое он позволяет своим цыганам перемещаться — вот что так удивительно.Они редко встречаются в центре композиции, но появляются везде: в углах вверху, внизу, на любом расстоянии. Они у нее там, где они есть сейчас. С его помощью мы это раскрываем. Ее прикосновение кажется таким легким, что мы можем забыть о решимости и твердости, которые необходимы даже для таких фотографий. Ляля Кузнецова Цыганский сериал похож на огромный роман, в котором каждый образ имеет свое место и приобретает ценность по мере развития сюжета. Голубь поднимается в воздух, мальчик, сидящий на корточках с вытянутыми руками, сопровождает его взлет глаз — самой энергией и энтузиазмом.Человек, сидящий на земле, прижатый к груди павлина распростертыми перьями, демонстрирует это особое свойство как драгоценный камень на фоне ветхих шатких заборов и телефонных столбов, ведущих в неизвестном направлении. Дети везде играют, а женщины всегда о них заботятся. Девушка в блестящем платье доминирует над грязным двором, два мальчика лежат на земле и играют со шлейфом в пыли. Мужчины в этом мире, хозяева — они сидят поодиночке или в компании друг друга, если рядом с ними женщина, то она явно принадлежит им.

Со временем фотографии переносят нас от бродячих цыган, живущих в палатках в пустыне, до цыганских поселений за пределами больших городов, таких как Одесса. Теперь ощущение дома и замкнутого пространства… Это не только мир цыган. В кадре фигурируют и другие люди: узбеки и татары, артисты бродячего цирка. Они — отщепенцы, которые держат — или удерживают судьбу — не в пути, соблазняя миллионы людей переехать в большой город. Лала также остается фаворитом в провинции и продолжает жить в месте, построенном по человеческим стандартам.

Ляля Кузнецова в своих произведениях раскрывает скрытую силу уязвимых людей. Ее герои — люди, которые могут быть близки сердцу каждого, кого трогают своей вневременностью. Ляля Кузнецова — поэт, знающий свое дело и обогащающий нашу жизнь подарком своим творчеством. «(Текст Инге Морат известная женщина-фотограф, героями которой стали Жан Кокто, Александр Солженицын, Элеонора Рузвельт, Мэрилин Монро, Артур Миллер, которые после развода с мужем Мэрилин Монро)

Галерея «Дом Нащокина» эта выставка продолжит традицию возвращения российским соотечественникам несправедливо забытых имен, завоевавших огромную популярность на Западе и известных лишь узкому кругу специалистов на своей родине.Талант Ляли Кузнецовой по силе и выразительности можно сравнить с лучшими именами из мира фотографии, такими как знаменитые Анри Картье-Брессон и Инге Морат.

Фотостройка: новая советская фотография | Диафрагма

Фотостройка: новая советская фотография

Примечание редактора

С приходом гласности невидимое материализуется; запретное пробуется впервые. Мы многого ожидаем от советской фотографии — разгула страсти Октябрьской революции и Анны Карениной, грозного духа, который поддерживал подпольную художественную культуру, колоссальную решимость, которую феодальная культура привела к исследованию космоса.«Это новое время, и новое время требует нового стиля», — сказал Сергей Залыгин, редактор ведущего культурного журнала «Новый мир». «Наши художники ищут его. . . они еще не нашли его ».

Советский Союз долгое время считал Соединенные Штаты очарованием того, что они «другие», как зеркальное отражение, так и непримиримый враг. Этот миф сохранился во многом потому, что наша информация о Советском Союзе была очень скудной. Теперь гласность дала нам голоса русских матерей, плачущих по своим сыновьям в Афганистане, как американцы по погибшим во Вьетнаме; волнения в Азербайджане и на Кавказе за права меньшинств напоминают нам о наших собственных расовых разделениях.

Десятилетие после Октябрьской революции стало временем расцвета искусства, поскольку новые техники, включая фотомонтаж и многократную экспозицию, позволили искусству служить метафорой динамичной социальной и политической реальности. Такие художники, как Александр Родченко, Сергей Эйзенштейн и другие использовали фотографию и пленку для конструирования событий, а не просто для их отражения. Однако с приходом к власти Сталина такие радикальные эксперименты с новыми взглядами были запрещены административным декретом.Несмотря на жесткие правительственные ограничения, некоторые фотографы все же смогли проделать значительную работу в последующие годы, особенно блестящие фотожурналисты военных лет — Дмитрий Бальтерманц, Евгений Халдев и другие.

Главная борьба в Советском Союзе сегодня — это переосмысление прошлого. Изображения и тексты последних двадцати лет начали появляться из запертых ящиков и секретных тайников, где они хранились. Между тем писатели и художники проводят время в политической деятельности — говорят, читают, по словам Залыгина, «не пишут романы и стихи, а пишут журналистику!»

В этом выпуске представлен удивительно разнообразный спектр недавних работ известных советских фотографов, которые пытаются сформулировать видение, соответствующее радикально изменившимся обстоятельствам, в которых они и Советский Союз оказались.Будь то лирическая цветная уличная фотография Бориса Савельева, ироничные раскрашенные вручную изображения Бориса Михайлова, романтические черно-белые работы Ляли Кузнецовой или сказочные обнаженные тела Пеэтера Лауриц, эти фотографии указывают на новое направление в запутанной истории Советского Союза. искусство и жизнь.

Барба идиот, борьба продолжается, — это фраза, которую ежедневно слышали в Советском Союзе. Никто не мог предвидеть стремительность и драматичность недавних изменений. Западные наблюдатели уже подстраховываются, предупреждая об ответной реакции со стороны все более сопротивляющихся аппаратчиков.Но перестройку остановить будет сложно, а ее результаты стереть невозможно. Его плоды можно будет увидеть только в следующем тысячелетии — а какие новые образы мы можем тогда вообразить?

РЕДАКТОРЫ


М-Журнал Liberty.SU M-Journal

Фото Антона Белоусова. Яхта-фрилансер на Волге

Родился в Сибири в 1964 году. Учился в Казанском университете по специальности астрофизик. Во время учебы работал в планетарии. С 1991 года работал фотографом в влиятельной голландской ежедневной газете NRC-Handelsblad.Освещал все военные конфликты в СССР и Восточной Европе. В 1991–1993 годах совместно с голландским журналистом Хубертом Смитсом опубликовал книгу о России «Обиженные души. Свобода в России » и при поддержке газеты NRC-Handelsblad издали книгу « Крах Советской Империи ». В конце 1999 года в сотрудничестве с голландским фотографом Морисом Бойером была опубликована книга о событиях в Косово «Между Белградом и Скопье. Фотографии Косовской войны ».

Фото Роба Беккера

В 1990 году — выставка «Последний день жизни Сахарова» , поддержанная газетой «Вашингтон Пост», Вашингтон. В 1994 г. — выставка «Кавказские снайперы», Грузино-абхазская война 1992-1993 гг., Фотофестиваль Наарден, Нидерланды. В 2000 году при поддержке Фонда Сороса выставка «Это просто война» (чеченская война) была показана в Москве, Казани, Ульяновске и Петрозаводске.В 2001 году работала над большим проектом о Волге, который демонстрировался на биеннале «Прозрение» в Нижнем Новгороде. В 2003 году: выставка «В Россию с любовью» и в 2007 году: выставка о расизме «Черная Россия» — Amnesty Internation (Амстердам-Лондон). В 2013 году выставка «Вдоль берегов России» в Huis Marseille, Музей фотографии Нидерландов, Амстердам — ​​на русском языке

В 2005 году его книга о последствиях распада Советского Союза «Наследие империи» была издана в Нидерландах, Бельгии и Германии, выставка в Амстердаме, Huis Marseille, Музей фотографии Нидерландов.С 2005 года он больше интересовался фотопроектами и преподавал документальную фотографию в Школе фотографии и мультимедиа Родченко. Сегодня он завершает свой проект на водной границе России «От реки до моря».

С 2010 года в сотрудничестве с Катей Богачевской, он является основателем Liberty.SU — сети документальной фотографии на территории бывшего СССР.

Документальный фильм: Олег Климов «Письма самому себе» (Режиссер Маша Новикова), Производство Zeppers и Ikon, Нидерланды (2013)

Hubert Smeets , NRC Handelsblad
1.Томск — Биографические записи
Олег Александрович Климов родился 3 января 1964 года в Томске, старом университетском городке в самом сердце Сибири. После окончания школы и службы в армии он переехал в Казань, чтобы получить диплом астрофизика. Однако через пять лет он определил свой выбор в пользу фотожурналистики. Местная газета «Вечерняя Казань» стала его первым работодателем. В последующие годы работал в других общенациональных газетах и ​​журналах — «Известия», «Комсомольская правда», «Огонек», «Итоги», «Медведь».Неудавшийся государственный переворот переместил его дальше на запад — в Москву, где он работал внештатным фотожурналистом для AFP, фотоагентства Sygma и таких периодических изданий, как The Washington Post, Time Magazine, Le Monde, The Independent, The Times или Het Parool. . Для голландской газеты NRC Handelsblad он стал постоянным фотокорреспондентом в России. Кроме того, по просьбе редакции он делал специальные репортажи в Нидерландах, Германии, Ираке, Боснии, Сербии и Косово.

2. Сибирь — своеобразное место
Олег Климов — сибиряк, и это очень важно, потому что Сибирь уникальна.Это огромная территория, населенная заключенными и ссыльными, пионерами и беженцами. Сибирь — часть России, где толерантность и бунт сосуществуют и никого не удивляют. Сибирь — это место, где можно ссориться, не вызывая серьезных споров, и можно доверять как другу, не будучи настоящим другом. Одним словом, Сибирь — это другая Россия.

3. Казань — Мост
Олег Климов до сих пор является сыном города Казани, моста между Европой и Азией. В Казани он стал астрофизиком — кем-то, кто застрял между физикой и философией.В Казани он познакомился с людьми, которые ему полюбились и стали отцом. Все это произошло до того момента, когда Климов продал пару личных вещей, купил Nikon и познакомился с фотографом Лялей Кузнецовой. Астрономия уступила место фотографии. Все это произошло в Советском Союзе в конце 1980-х, когда гласность имела большое значение, по крайней мере, для журналистов и фотографов. Гласность открыла Климову глаза. Землетрясение 1988 года в Армении показало ему, что нищета и коррупция идут рука об руку.Его представления о Человеке и Мире превратились в одно.

4. Темная комната — дверь на улицу
Олег Климов Я познакомился в Казани, куда я приехал весной 1991 года, чтобы делать репортаж о подростковых уличных бандах, которые действовали в центре города. С Климовым меня познакомили в доме Ляли Кузнецовой. Оба фотографа обсуждали превосходство художественной фотографии и фотожурналистики. Поскольку я плохо знал язык, я не вмешивался в разговор.Тем не менее Климов пригласил меня навестить его «дома». На следующее утро такси подъехало к редакции «Вечерней Казани». Климов пригласил меня зайти. Его дом оказался площадью 12 кв. темная комната, в которой химией, ванночки для ремонта, один маленький диванчик и девять пепельниц. Свою первую статью о Казани я написал для NRC Handelsblad. Это тоже первая публикация Олега Климова в этой газете.

5. T wo Fronts — Бог и Дьявол
Олег Климов знает и не знает этот мир. В этом его сила.Зимой 1992 года в Омске в ресторане «Маяк» Олег спросил своего голландского коллегу: «Кстати, есть ли в Голландии писатели?» Вопрос прозвучал оскорбительно несправедливо, но в то же время очень логично. Голландия — страна художников, а не писателей. Почему? В Голландии конфликты устраняются до того, как они могут стать опасными. Если есть одна страна, столь противоположная России, то это Голландия. Сам Климов однажды заметил ранним утром в пробке по шоссе Амстердам-Роттердам: «Утро.Идет дождь. Бургеры спешат на работу. Это Голландия ». И это по существу. Россия другая — крайности сталкиваются на каждом углу.

6. Man — Insight and Focus
Олег Климов думает, пока фотографирует, и наоборот. Это требует объяснения. При просмотре его картин никогда не бывает 100% ясности в том, что важнее: его восприятие объекта или представление самого объекта. Возьмем, к примеру, изображение из города Сухуми.Есть трое мужчин в военной форме и женщина. Первый мужчина играет на пианино, другой чистит свой пулемет, а третий обнимает плачущую женщину. Что здесь происходит? Можно представить практически все. Это просто война, и она здесь, в Абхазии.

7. Фотограф — расстояние и непосредственность
Олег Климов — против широкоугольных и телеобъективов. Это опасно. Когда средний спортивный фотограф использует 300 мм для съемки футбольного матча, Климов применяет максимум 35 мм, если это возможно.Последствия часто бывают необычными. Когда он выбирает уникальную, чрезвычайно близкую позицию к тому, что он запечатлевает, реальность, какой бы отвратительной она ни казалась, приобретает человеческое лицо. Его военные репортажи являются иллюстрацией этого.

8. Писатель — Размышление и стиль
Олег Климов не перфекционист. В частности, его не беспокоят его негативы. Он тоже не считает камеру сокровищем. То же можно сказать и о его письменных работах — язык резкий, предложения бессвязны.Однако у них есть свой стиль, и причина ясна: используя пишущую машинку, Климов выражает словами все, что знает из своего опыта фотографии. Поэтому в его личности сочетаются черты писателя и фотографа. Подобных ему мало.

9. Пацифист — Война и мир
Олег Климов ненавидит войну, но он не может жить без нее, что характерно для всех пацифистов. У них очень особые взгляды на насилие, даже если их трудно понять.Они скрывают свои идеи под пацифистскими лозунгами. В этом смысле Климов отличается от типичных пацифистов, описанных в книгах, поскольку он пацифист с анархистским образом жизни — он принадлежит действительности.

10. Скептик — глазам не верь
Олег Климов не обращает внимания на заезженную фразу. Иностранец видит в России только интересные изображения, чтобы ему было о чем рассказать своим друзьям и родственникам. Климов тоже видит эти изображения, но не хочет их снимать.Для него фотоаппарат — не более чем способ запечатлеть реальность. С таким же успехом он мог бы использовать другой инструмент, чтобы выразить то, что он может видеть и как он это понимает. Результат таков: его образы России труднее понять, чем хотелось бы иностранцу.

11. Мечтатель — АЗС
Олег Климов часто меняет планы. Для него фотография — не цель, а средство постоянного сравнения взглядов и представлений о Человеке и мире, в котором он живет. Фотограф может делать это где угодно: в баре, на заправке, на борту корабля. .

12. Налоги — Трудности в бухгалтерии
Олег Климов плохо умеет вести бухгалтерию, и это не так уж удивительно, как кажется. Все фотографы плохо умеют считать деньги, поэтому большинство из них живут в нужде, и лишь некоторым из них повезло. Поэтому им нужны услуги бухгалтера. Поскольку они не знают о своем плохом счете и не доверяют бухгалтерам, их банковские счета менее чем скромны. Тех, кто хорошо распоряжается деньгами, всегда окружают люди.Напротив, фотографы одиноки. Однако одиночество важно для их работы, потому что помогает понять правду.

13. Философия — правда и зеркало
Олег Климов постоянно в разъездах. Он ищет истину, которая ему нужна и которую он хочет, чтобы другие поняли. Если кто-то хочет уничтожить империю Саддама Хусейна и все, что с ней связано, он отправляется в Эдемский сад. Если люди думают, что в Косово мусульмане сражаются с одной стороны, а православные — с другой, он находит мусульманского добровольца из России, который доказывает, что это убеждение не соответствует действительности.Его слабое чувство ориентации приводит его в места, где реальность прозрачна.

14. Патриотизм — сибиряк в чужой стране
Олег Климов не стесняется и в то же время скромен. Только самые сильные личности имеют смелость противостоять ему, хотя его единственное оружие — его фотоаппарат. Его требовательное обаяние проистекает из его пугающей сдержанности. Причем работает везде. Языку гуманной фотографии не нужен словарь.

Мультимедиа Арт Музей, Москва | Выставки

В 1950-х годах дома культуры по всему СССР начали предлагать кружки и кружки по интересам в различных областях, в том числе фотографии, в соответствии с императивом «Искусство в массы.»Самым известным фотоклубом в Казани был клуб при Государственном музее ТАССР, который довольно скоро закрылся по обвинениям в вольнодумстве. В середине 1960-х фотоадепты перебрались в Волжский фотоклуб при ДК им. Ленина на авиазаводе; клуб возглавил заводской инженер Сергей Степанов. Всесоюзная выставка фотографий «Волга-67», организованная Фотоклубом «Волга» с участием известных московских фотографов, вызвала большой интерес казанцев и оживленные дискуссии среди членов клуба.Массовый интерес к фотографии привел к появлению жанра «салонная фотография».

Tasma возникла в противовес веяниям времени. Его организовал выдающийся фотожурналист Владимир Богданов в середине 1970-х годов. По словам участников группы, главное достоинство фотографии — ее уникальный язык и непосредственное отношение к жизни и зрителю. Фотожурналистика была основой Казанской фотошколы с 1970-х по 1990-е годы. Однако работа Tasma Group не ограничивалась социальной журналистикой.Глубоко личное отношение фотографов Tasma к окружающему миру помогло им передать ощущение и атмосферу 1970-х и 1980-х годов и сделать портрет своего времени, который стал их собственным автопортретом. Эти качества позволили Тасме стать полноценной группой и войти в историю современной фотографии.

На выставке представлено более 100 фотографий, рассказывающих о развитии Тасмы от основания до наших дней. На выставке представлены работы всех 22 участников коллектива: Владимира Богданова, Бориса Давыдова, Владимира Зотова, Ляли Кузнецовой, Рифа Якупова, Зуфара Баширова, Валерия Михайлова, Рустама Мухаметзянова, Юрия Филимонова, Альберта Багаутдинова, Фарита Губаева, Эдварда Тамбулидиса. Хакимов, Владимир Разумейченко, Вадим Никифоров и другие.

«Арт-группа« Тасма »состоит из выдающихся фотографов мирового уровня, которые являются не только бесстрашными реалистами, но и мастерами элегантности и остроты поэтических метафор.» Евгений Евтушенко

Самые известные фотографы мира и их работы. Самые известные фотографы России

Все знают популярных актеров, певцов, политиков, а вы знаете самых известных фотографов России? Именно они дарят миру красивые портреты, яркие фотоотчеты и создают новые виды фотографии.

Портретная съемка

Один из самых распространенных видов фотографии — портретная съемка. Опытный фотограф должен одним кадром передать характер человека, его эмоции и настроение.

Ляля Кузнецова

Ляля Кузнецова родилась в Казахстане в 1946 году. Окончила авиационный институт, некоторое время работала инженером. В 70-е годы девушка увлеклась фотографией, а уже в 1978 году начала работать фотографом в Казанском государственном художественном музее.

Лала специализируется на портретной живописи. Самая известная ее выставка — «Дорога», серия фотографий о жизни цыганских лагерей. Первые фотографии для этой выставки были сделаны в конце 70-х годов, когда фотограф решил снять один из последних цыганских лагерей в СССР.

Олег Виденин


Фотограф родился в 1963 году в Брянске. После школы Олег Виденин поступил в Технологический институт по специальности инженер лесного хозяйства. Работал лесником.Позже он попробовал себя в качестве театрального актера, но фотография увлекла его сильнее. Олег решил специализироваться на портретной живописи.

В конце 90-х, когда появились различные интернет-порталы, на которых можно было публиковать собственные фотографии, Олег приобрел настоящую популярность. Он стал одним из самых упоминаемых фотографов Рунета.

Фотожурналисты

Фотожурналисты используют фотографию как основное средство передачи информации. Настоящий профессионал должен быть объективным и независимым.

Владимир Вяткин


Владимир Вяткин родился в 1951 году. С детства увлекался музыкой и фотографией. Сразу после окончания интерната он пошел работать лаборантом в Академию педагогических наук. В 1971 году Владимира призвали в армию, но по возвращении он снова пошел работать в Агентство печати «Новости», где продолжает работать до сих пор.

Владимир предпочитает фотографировать на социальные темы, искусство, спорт.Он разработал стиль нефизической фотографии. Неоднократно участвовал в спецпроектах журнала National Geographic. Лауреат международного фотоконкурса World Press Photo и многих других престижных конкурсов.

Александр Земляниченко


Известный фотокорреспондент Александр Земляниченко родился в 1950 году в Саратове. Сразу после переезда в столицу в 80-х он начал сотрудничать с журналом «Пер». Позже был принят в штат газеты «Комсомольская правда».

С начала 90-х годов известный российский фотограф руководит фотослужбой в московском бюро агентства Associated Press. Александр дважды лауреат Пулитцеровской премии, а также является фотографом Кремлевского пула.

Военный фотокорреспондент

Военный фотокорреспондент рискует жизнью наравне с солдатом. Они попадают в эпицентр военных конфликтов, чтобы заполучить наиболее подходящие кадры.

Юрий Козырев


Юрий Козырев родился в 1963 году в столице России.Окончил факультет журналистики МГУ. В 1986 году профессионально занялся фотографией. Он первым осветил крупнейшие региональные конфликты и войны на территории бывшего СССР (Абхазия, Молдова, обе чеченские войны, Беслан). Также с 2002 года он жил в Багдаде, куда приехал на работу по личному приглашению Саддама Хусейна.

Известный фотограф — победитель многих международных конкурсов, таких как World Press Photo, Press Photo Russia, The World Press Club Photo Award, Visa pour L’image, The Overseas Press Club Oliver Rebbot Award и многих других.

Евгений Халдей


Самые известные фотографы России — Евгений Халдей и его работы

Евгений Халдей родился в Донецке (старое имя — Юзовка) в 1917 году. Свой первый снимок на самодельную камеру сделал в 13 лет. лет Евгений начал свою работу фотожурналистом. С 1939 г. — корреспондент Фотохроники ТАСС. Фотограф работал на ТАСС во время Великой Отечественной войны. Все 1418 дней войны он ездил с фотоаппаратом Leica из Мурманска в Берлин.

В 1995 году в Перпиньяне на Международном фестивале фотожурналистики Эжен Халдеа был удостоен самой престижной награды в мире искусства — звания «Кавалер Ордена искусств и литературы». Один из самых известных фотографов России скончался 6 октября 1997 года.

Марка по истории

Некоторые фотографы внесли неоценимый вклад в искусство фотографии. Их изобретения используются по сей день, а работы вызывают восхищение у современников всего мира.

Сергей Прокудин-Горский


Русский фотограф, издатель, педагог и химик (ученик самого Дмитрия Менделеева) Сергей Прокудин-Горский родился в 1863 году в Российской Империи. С 1887 года Сергей начинает докладывать о технических результатах своих фотографических исследований Пятому отделу Императорского русского технического общества. Далее его карьера стремительно развивается. Он становится пионером цветной фотографии в России, запатентовав множество новых технологий в области фотографии.

За свою жизнь Сергей успел поработать с братьями Люмьер несколько лет. Самый известный русский фотограф того времени скончался в 1944 году в Париже.

Александр Родченко


Александр Михайлович Родченко родился в 1891 году в Санкт-Петербурге. Он является основоположником конструктивизма, дизайна и рекламы в СССР. Фотограф работал с женой, художницей и дизайнером Варварой Степановой.

Фотограф прославился серией психологических портретов своих близких и известных личностей.Позже он представил перспективные снимки зданий. Спустя годы от имени ОГПУ он снял достройку Беломорско-Балтийского канала. Один из самых известных фотографов России умер в 1956 году.

Вот список из 25 удивительных талантливых фотографов этого замечательного портретного жанра. Почерпните вдохновение и дополнительную порцию любви к искусству из этого поста.

Адриан Блахут

Сверхчувствительные и практически осязаемые портреты, влияющие на классическое искусство. Фотографии Адрины Блахут демонстрируют важность изобразительного искусства и отличаются тонкой художественной выразительностью.У этого автора отличное портфолио, с которого можно начать нашу подборку.

Александра

Разнообразие и многогранность работ Александры продолжает очаровывать нас каждым портретом, который она делает. В ее работах есть сенсационный свет и особое настроение. Они могут послужить вдохновением и источником новых идей для огромного количества зрителей. Работы этого фотографа не могут быть равнодушными.

Алекс Стоддард

Алекс начал снимать автопортреты, когда ему еще не было шестнадцати лет.Он сделал это в лесу за своим домом в Джорджии. Работа фотографа сосредоточена на человеке как объекте и в процессе его слияния с окружающей средой. Кроме того, он стремится создавать причудливые и сюрреалистические портреты. Его портретная фотография наполнена мистикой и драматизмом. У Алекса Стоддарда блестящие фотографии с совершенно дикими идеями. Этому автору в очень молодом возрасте удалось достичь профессионального уровня в фотографии.

Александра Софи

Для Александры Софи недостаточно просто снимать очаровательные моменты, ее амбиции росли и становились все сильнее и больше.Умело владея скромным фотоаппаратом, она создает картины, которые странным образом переносят нас в другой мир. Они красивы, сюрреалистичны и завораживают.

Волкова Анастасия (Anastasia Volkova)

Анастасия Волкова — один из лучших фотографов-портретистов России. Художественные фотографии этого автора завораживают и прихотливы, к тому же каждая ее картина полна сюрпризов. Будь то свет, модель или настроение — все это существует, как живая мечта, в каждой ее картине.Автопортреты Анастасии отличаются падающим светом и необычайной красотой. Ее фотографии оживают, хотя испытуемые находятся в состоянии покоя. Анастасия Волкова — великолепный российский фотограф-портретист.

Андреа Хюбнер

Андреа Хюбнер — удивительный и замечательный фотограф-портретист из Германии. Она считает, что именно это направление в фотографии увлекает ее душу и заставляет делать все больше и больше. В портретной фотографии она находит неиссякаемый источник вдохновения и энергии.

Анка Журавлева

Перепробовав множество разных профессий от художника в тату-салоне до участия в рок-группе, Анка Журавлева появилась в изобразительном искусстве, где уже успела достичь средних высот. Ее картины — это классический взгляд на совершенно потрясающие цвета и свет.

Брайан Олдхэм

Вдохновленный знаменитым искусством и сказками, Брайан Олдхэм начал фотографировать в возрасте 16 лет. Пока он экспериментировал с автопортретами и сюрреализмом, его любовь к фотографии расцвела.Он тренировался самостоятельно. Брайан по-прежнему сохраняет страсть ко всему прекрасному, и в его работах всегда присутствует что-то необычное. Он создает сюрреалистические и концептуальные образы, которые переносят зрителей в новые миры.

Дэвид Талли

Дэвид Толл, 19-летний фотограф-самоучка, родился и живет в Лос-Анджелесе, штат Калифорния. Его работа состоит из слияния сюрреалистической концепции и композиции с романтическими эмоциями, страданиями и приключениями, из желания создать новые впечатления болезненных эмоций и красивых предметов.Он любит общаться со зрителями, показывая им, что эти эмоции универсальны и что зритель не одинок даже в самые трудные периоды.

Агеев Дмитрий (Дмитрий Агеев)

Мы оказываемся лицом к лицу с портретами и объектами, которые кажутся удивительно реальными. Они стоят прямо перед нами с огромным количеством эмоций и своим настроением. Фотограф из России Дмитрий Агеев балует зрителей своими яркими портретами, в которых каждый взгляд говорит об искусстве.

Екатерина Григорьева

Сюрреализм и драматизм отличает монохромные фотографии Екатерины Григорьевой. Композиция кажется ключевым фактором в этих картинах. Они отличаются правильным настроением внутри кадра. Отличная работа, которая увлекает.

Ханнес Каспар

Сентиментальные портреты, блестящие модели, эмоции в каждом кадре характерны для работ Ханнеса Каспара. Уникальные композиции в помещении, где автор играет доступным светом, наполняя прекрасные драматические картины.Это классическое искусство, в котором прикосновение к лицам происходит через естественные портреты. В них находит выражение сама жизнь и любовь. Вы можете почувствовать эти прекрасные души прямо здесь и сейчас. Это индивидуальный подход к портретному искусству.

Ян Шольц

Ян Шольц обладает выдающимся портфолио, над созданием которого можно работать всю жизнь. Его творчество вдохновлено всей его жизнью. Они удивляют предметы и освещение, которое он выбрал для кадра.Вряд ли на его фотографиях вы найдете что-то, что не гармонировало бы с объектом на снимке. Для работы Ян использует громоздкие фотоаппараты с пленкой разного размера.

Кайл Томпсон

Кайл Томпсон родился 11 января 1992 года в Чикаго. Он начал фотографировать в возрасте девятнадцати лет, когда заинтересовался близлежащими заброшенными домами. Его творчество состоит в основном из сюрреалистических и необычных автопортретов, действие в картине часто происходит в густых лесах и заброшенных домах.Кайл пока не получил специального образования в области фотографии.

Магдалена Берни

Это портреты, которые раскрывают настроение и характер предметов через некое возвышенное художественное освещение и цветовой баланс. Магдалена Берни — один из лучших современных фотографов-портретистов. Она создает картины с потрясающими визуальными эффектами. Дети, как правило, чувствуют себя перед ее камерой в зоне комфорта, что делает картинку еще более привлекательной для наших глаз и сердца.

Matthieu soudet

А вот еще один молодой фотограф. Его зовут Матьё Суде, и этот талантливый фотограф из Парижа. Он создает смелые образы с сильным и тонким чувством искусства и моды. Его картины вызывают у зрителей особое настроение, которое имеет тенденцию к росту.

Майкл Мэджин

Майкл Магин из Германии. На протяжении многих лет он делает потрясающие фотографии, а его портфолио демонстрирует постоянное стремление автора к поиску новых лиц.В целом его фотографии — это блестящие художественные портреты.

Олег Оприско

Эмоциональные портреты от Oprisco — это картины, наглядно демонстрирующие мастер-класс во всех аспектах фотографии. Он использует пленку, чтобы передать суть портретов и передать эмоции через искусство. Фотограф во всем передает сюрреализм и красоту. Особое визуальное наслаждение от этого авторского вида искусства надолго останется в наших сердцах.

Патрик Шоу

Портреты этого автора наполнены тьмой и светом, которые уравновешивают друг друга, вызывая чувство внезапного удивления и отвлекая внимание от лица объекта.Кадры Патрика Шоу содержат художественное начало во всех аспектах.

Рози Харди

Ощущение воздушного пространства и стихий природы во главе с красивой девушкой. Рози Харди продолжает создавать образы, накладывая на красоту вымышленные факторы, создавая драматический смысл и вызывая настроение, которое является чудесным сюрпризом каждый раз, когда мы видим ее автопортреты.

Сара энн Лорет

Сара Энн Лорет не просто фотографирует, она создает сцены, уходящие корнями в глубину ее души.Сара — прекрасный арт-фотограф из Нью-Гэмпшира. Она специализируется на портретной живописи и создает оригинальные, концептуальные портреты. В своем творчестве она старается передать тишину, спокойствие, эмоции в сочетании с природным окружением. Она исследует пропасть между тьмой и светом, не боясь темной стороны, которая многим может показаться неудобной.

На протяжении 40 лет Дэвид Барнетт занимается фотожурналистикой. Его фотоаппарат не охотится за красивыми пейзажами и тюленями — он фокусируется на важных событиях, которые становятся символами эпохи.Фотографии Дэвида позволяют взглянуть на мир со стороны. Его произведения — это живой учебник истории, который вместо сухих фактов демонстрирует яркие события нашего времени.

Мне нравится Дэвид. Пока другие профессионалы покупают для себя, он носится с древней 60-летней графической видеокамерой Speed. Конечно, у него дорогое профессиональное оборудование. Но, видимо, прекрасно понимает: дорогая камера — это приятный бонус, а не обязательное условие для хорошей картинки.Настоящий мастер может сделать хороший снимок даже с «мыльницей» за 30 баксов.

  • Простой пример: в 2000 году Дэвид выиграл конкурс «Глаза истории», сделав снимок дешевой пластиковой камерой Holga за 30 долларов.

Когда Хельмут был подростком, гестапо арестовало его отца. Ньютон сбежал из Германии и перебрался в Австралию, где служил в австралийской армии до конца Второй мировой войны … Похоже, стоит дать описание, если вас укусил модератор Википедии.

Биографии талантливых людей часто выглядят слишком безупречно, как VIP-камера в частной клинике — такие же стерильно чистые и далекие от реальной жизни. Немецко-австралийский фотограф, работал в журнале Vogue, иногда снимал в жанре ню … Этот скудный пересказ не дает представления о том, кем был Ньютон Гельмут.

И он был искренним снобом без мании величия, любившим великолепие высшего общества. Он предпочитал снимать богатых людей и останавливаться в роскошных отелях.И он честно об этом говорил, считая себя довольно поверхностным, но правдивым человеком.

Пока он не пережил сердечный приступ в 1971 году, Гельмут выкуривал 50 сигарет в день и в течение недели мог отдыхать на вечеринках. Но сердечный приступ открыл 50-летнему фотографу невероятную правду: оказывается, безудержный «молодежный» образ жизни с возрастом может закончиться очень печально.

Оказавшись на грани смерти, Гельмут бросил курить, стал вести более размеренную жизнь и пообещал себе снимать только то, что ему интересно.

Хельмут Ньютон о том, что он ненавидит:

  • Ненавижу хороший вкус. Это скучная фраза, от которой задыхается вся жизнь.
  • Ненавижу, когда все наизнанку дешево.
  • Ненавижу нечестность в фотографии: снимки, сделанные во имя каких-то художественных принципов, получаются нечеткими и зернистыми.

Юрий Аркурс — один из самых успешных стоковых фотографов в мире.Вместо того, чтобы фотографировать рассветы и туманы в городском парке, он фотографирует то, что продается: счастливые семьи и таблетки, деньги и студентов. А на специальных сайтах, называемых фотостоками, все это продается и покупается. И в этой области Аркурс стал настоящим гуру, который на личном примере показал, как зарабатывать деньги, достигать высот и даже получать удовольствие, занимаясь коммерческой стоковой фотографией.

Юрий родился и вырос в Дании. Он начал зарабатывать на фотостоках еще в студенческие годы, чтобы оплачивать учебу.В то время единственной моделью, которую он мог снимать, была его девушка. Но вскоре дополнительный доход стал для Юрия основным: всего за несколько лет, в 2008 году, он зарабатывал на фотостоках до 90 тысяч долларов в месяц.

Сегодня этот парень продает свои работы крупным компаниям: MTV, Sony, Microsoft, Canon, Samsung и Hewlett Packard. День его кино стоит 6000 долларов. И вся эта история стала настоящей сказкой про Золушку для фрилансеров с фотоаппаратом.

Насколько реально повторить этот путь к успеху? Кто знает.Можно только констатировать, что на сегодняшний день Юрий Аркурс — один из самых успешных стоковых фотографов.

Ирвин Пенн любил фотографировать, но не придавал этому увлечению особого значения. Его основной работой было художественное оформление: Ирвин оформлял обложки журналов и даже устроился помощником художественного редактора в популярный журнал Vogue.

Но сотрудничество с именитыми фотографами этого издания не сложилось. Пенн постоянно был недоволен их работой и не мог объяснить им, что ему нужно.В результате он махнул рукой и взял фотоаппарат. И как он это воспринял: снимки были настолько удачными, что власти уговорили его переквалифицироваться на фотографа.

Ирвин первым снимал моделей на белом или сером фоне — в кадре не было ничего лишнего. Невероятное внимание к каждой детали принесло ему репутацию одного из лучших фотографов-портретистов своего времени. Это позволило Пенну снимать различных знаменитостей, включая Аль Пачино и Хичкока, Сальвадора Дали и Пабло Пикассо.

Гурски унаследовал любовь к фотографии от отца: он был рекламным фотографом и научил сына всем тонкостям своего ремесла. Поэтому Андреас не раздумывал в выборе профессии: окончил школу профессиональных фотографов и Государственную академию искусств.

Поймите правильно, я не говорю об этом, потому что мой синдром Wiki-модератора снова ухудшился. Просто Андреас — один из немногих фотографов нашего рейтинга, которые подошли к этому уроку основательно, и сняли не случайно.

После выпуска Гурски начал путешествовать по миру. Экспериментируя и набираясь нового опыта, он нашел свой стиль, который теперь стал его визитной карточкой: Андреас делает огромные снимки, размеры которых измеряются в метрах. Рассматривая их уменьшенные копии на экране компьютера, трудно оценить эффект, который они производят в полный рост.

Чтобы не снимать Гурского, панораму города или речной пейзаж, людей или фабрики, его фотографии поражают масштабом и своеобразной однообразием деталей на фото.

Большую часть своей жизни Ансель Адамс снимал природу на западе США. Он много путешествовал, фотографировал самые дикие и труднодоступные уголки национальных парков. Его любовь к природе выражалась не только в фотографии: Ансель активно выступал за сохранение и защиту окружающей среды.

Но что не нравилось Адамсу, так это популярный в первой половине 20 века пикториализм — метод съемки, который позволял делать фотографии, похожие на картины.Напротив, Ансель и его друг основали группу f / 64, которая исповедовала принципы так называемой «прямой фотографии»: снимать все честно и реалистично, без каких-либо фильтров, постобработки и других наворотов.

Group f / 64 была основана в 1932 году, в самом начале карьеры Анселя. Но он был верен своим убеждениям, поэтому до конца жизни сохранил любовь к природе и документальной фотографии.

  • Вы, наверное, видели на рабочем столе заставку, на которой виден хребет Титон и река Снейк на фоне заходящего солнца:

Итак, Адамс был первым, кто запечатлел этот пейзаж с такого ракурса.Его черно-белая фотография была включена в 116 изображений, записанных на золотой пластине «Вояджера» — это послание землян неизвестным цивилизациям, отправленное в космос 40 лет назад. Теперь инопланетяне подумают, что у нас нет цветных фотоаппаратов, но есть хорошие фотографы.

Мне нравится биография Себастьяна. Это естественная эволюция, которая происходит с любым идеалистом на протяжении всей жизни.

Эту историю рассказал сам Салгада в интервью, когда он приезжал в Москву в феврале 2016 года.В 25 лет он вместе с женой переехал из Бразилии в Европу. Оттуда они планировали поехать в Советский Союз и поступить в Университет дружбы народов, чтобы построить общество без социального неравенства. Но в 1970 году один из их друзей из Праги разрушил их мечты — чехи вкусили коммунизма в 1968 году.

Итак, этот парень отговорил супругов, объяснив, что в СССР никто не строит коммунизм. Власть не принадлежит народу, и если они хотят бороться за счастье простых людей, они могут остаться и помочь иммигрантам.Салгаду послушался друга и остался во Франции.

Он выучился на экономиста, но быстро понял, что это не его. Его жена Лелия Салгаду имела более творческую профессию — пианистка … но тоже разочаровалась в своей профессии и решила стать архитектором. Именно она купила их первый фотоаппарат для съемки архитектуры. Как только Себастьян посмотрел на мир через видоискатель, он сразу понял, что нашел свое настоящее хобби. А через 2 года стал профессиональным фотографом.

По словам самого Салгада, экономическое образование дало ему знания в области истории и географии, социологии и антропологии. Огромный багаж знаний открыл для него возможности, недоступные другим фотографам: понимание человеческого общества в разных уголках нашей планеты. Он посетил более 100 стран, сделав невероятное количество документальных фотографий.

Но не стоит думать, что Себастьян фотографировал экзотические пляжи и забавных животных, отдыхающих на тропических островах.Его путешествия совершенно разные. Изначально рождается идея: «Рабочие», «Терра», «Возрождение» — это лишь некоторые из названий его альбомов. После этого начинается подготовка к путешествию и само путешествие, которое может занять несколько лет.

Многие его работы посвящены человеческим страданиям: он расстреливал беженцев в африканских странах, жертв голода и геноцида. Некоторые критики даже начали упрекать Салгада в том, что он представляет бедность и страдания как нечто эстетическое. Сам Себастьян уверен, что дело в другом: по его словам, он никогда не стрелял в тех, кто выглядит жалко.Те, кого он сфотографировал, были в беде, но у них было достоинство.

И было бы в корне неправильно думать, что Салгаду «пиарит» на чужом горе. Напротив, он обратил внимание человечества на те беды, которые многие не замечали. Показательна ситуация, когда Себастьян завершил работу «Исход» в 1990-е годы: он расстреливал людей, спасшихся от геноцида. После поездки он признался, что разочаровался в людях и больше не верит, что человечество способно выжить.Он вернулся в Бразилию и сделал перерыв на некоторое время, чтобы выздороветь.

К счастью, у этой истории счастливый конец: старый идеалист вновь обрел веру в прекрасное и теперь занят другим проектом, фотографируя нетронутые уголки нашей планеты.

Если вы начнете набирать в поисковой системе , то Google выдаст раскрывающийся список с опцией «Афганская девушка Стив МакКарри» . Это довольно странно, ведь Маккарри слишком усат для девушки, пусть и афганки.

Фактически, «Афганская девушка» — самый известный снимок Стива на обложке журнала National Geographic. Даже статья в Википедии об этом парне начинается с рассказа о нем:

  • «Стив — усатый американский фотожурналист, сфотографировавший афганскую девушку». . (Википедия)

Большинство статей об этом фотографе начинаются с похожей фразы — в том числе и наш рассказ о нем. Создается впечатление, что он актер такой же роли, как Дэниел Рэдклифф или Маколей Калкин.Но это не так.

Карьера Стива как профессионального фотографа началась во время войны в Афганистане. Он не ездил по стране на «Молоте», прячась за спиной военных, а оставался среди простых людей: приобретал местную одежду, вшивал в нее рулоны пленки, путешествовал по стране, как обычный афганец. Или как обычный американский шпион, замаскированный под афганца — кто-то может рассмотреть этот вариант. Поэтому Стив рискнул, но благодаря ему мир увидел первые фотографии этого конфликта.

С тех пор Маккарри не изменил своего подхода к работе: он странствовал по миру, фотографируя разных людей. Стив запечатлел множество военных конфликтов и стал настоящим мастером уличной стрельбы. Хотя на самом деле Маккарри является фотожурналистом, ему удалось стереть грань между документальной и художественной съемкой. Его фотографии яркие и привлекательные, как открытки, но в то же время правдивые. Никаких объяснений и комментариев они не требуют — все понятно без слов.Для создания таких фото понадобится редкое чутье.

Энни Лейбовиц — настоящий специалист по портретам звезд. Ее фотографии украшали обложки самых популярных журналов, вызывая бурные эмоции и обсуждения. Кто бы мог подумать сфотографировать гримасу Вупи Голдберг в молочной ванне? Или обнаженного Джона Леннона, который в позе эмбриона цепляется за Йоко Оно? Кстати, это был последний выстрел в его жизни, сделанный за несколько часов до рокового выстрела Чепмена.

Биография Энни выглядит довольно гладко: после учебы в Институте искусств в Сан-Франциско Лейбовиц устроился на работу в журнал Rolling Stone.Она сотрудничала с ним более 10 лет. За это время Энни заработала репутацию человека, способного интересно и творчески сфотографировать любую знаменитость. И этого достаточно, чтобы добиться успеха в современном шоу-бизнесе.

Получив известность, Энни переезжает в Нью-Йорк, где открывает собственную фотостудию. В 1983 году она начала работать с журналом Vanity Fair, который спонсировал ее последующие возмутительные звездные снимки. Снять обнаженную Деми Мур на последнем сроке беременности или намазать глиной и выставить среди пустыни Стинг — это вполне в духе Лейбовица.А также заставить Кейт Бланшетт покататься на велосипеде или заставить гуся сфотографироваться с ДиКаприо. Неудивительно, что ее работы популярны!

Кто еще может похвастаться съемками королевы Англии Майкла Джексона, Барака Обамы и многих, многих других знаменитостей? И, заметьте, он не фотографировался, как папарацци, прячась за кустом, а устроил полноценную фотосессию? Поэтому Анни Лейбовиц считается если не лучшим, то самым успешным фотографом современности. Хотя несколько маково.

1. Анри Картье-Брессон

Тяга к искусству перешла к Генри от его дяди: он был художником и привил племянника живописи. Этот скользкий путь со временем привел его к увлечению фотографией. Так что же сделало Генри такого, что отличало его от сотен и тысяч других фотографов?

Он понял простую истину: все нужно делать честно и честно. Поэтому он отказывался от постановочных фотографий, никогда не просил кого-то разыграть ту или иную ситуацию. Вместо этого он внимательно наблюдал за собой.

Чтобы оставаться невидимым во время съемки, Генри заклеил блестящие металлические части камеры черной изолентой. Он стал настоящим «невидимкой», что позволило ему уловить самые искренние чувства людей. А для этого мало привлечь внимание — нужно уметь определять решающий момент для фото. Именно Генри ввел термин «решающий момент» и даже написал книгу с этим названием.

Подводя итоги: фотографии Cartier-Bresson отличаются живым реализмом.Для такой работы недостаточно профессиональных навыков. Необходимо чутко понимать природу человека, улавливать его эмоции и настроение. Все это было присуще Анри Картье-Брессону. Он был честен в своей работе.

Не будь снобом … Репост!

На самом деле оценки вещь не благодарная и очень субъективная. Подводя итоги рейтинговых списков лучших из лучших, мы все же используем какой-то внутренний камертон. Мы также решили составить свой рейтинг-лист из 10 величайших советских фотографов по версии сайта.

Сразу отметим, что в список войдут несколько фотографов, которые работали задолго до образования Союза Советов, однако их влияние на развитие фотографии, как советской, так и мировой, настолько велико, что о них просто невозможно было сказать. И все же, учитывая субъективность этого списка, мы постарались отразить в нем самых ярких представителей каждого отдельного фотографического жанра.

Первое место в нашем рейтинге, несомненно, принадлежит. Это величайший деятель культуры и искусства.Его влияние на развитие советского искусства трудно переоценить. Он сосредоточил на себе все изобразительное искусство молодой страны Советов — и скульптор, и художник, и график, и фотограф. Считается одним из основоположников конструктивизма. Родченко — фигура универсальная и многогранная. Это стало действенным толчком для развития фотографии и дизайна. Его приемы конструктивного построения фотографии используются как каноны.

На втором месте оказался российский фотограф начала ХХ века Георгий Гойнинген-Гюне.Несмотря на то, что всю свою профессиональную жизнь и деятельность Джордж провел во Франции, Англии и США, тем не менее, по происхождению он русский. И в данном случае он служит примером того, как выходцы из России добились признания и успеха за рубежом. Джордж — один из величайших модных фотографов 20-30-х годов. К 1925 году стал главным фотографом французского Vogue. В 1935 году — американский Harper`s Bazaar. В 1943 году были опубликованы две его книги, после чего все его фотографическое внимание было сосредоточено на голливудских знаменитостях.

Вклад Сергея Прокудина-Горского в развитие фотоискусства огромен. Прокудин-Горский был химиком и фотографом, и одно занятие помогло поправиться — второе. Он вошел в историю как первый экспериментатор, открывший возможность создавать цветную фотографию в России. Метод цветной фотографии, использованный Прокудиным-Горским, не был новым. Он был предложен Джеймсом Максвеллом еще в 1855 году. Он предусматривал наложение трех негативов, каждый из которых пропускался через фильтр определенного цвета — красного, зеленого и синего.Три таких негатива, накладывающихся друг на друга в проекции, дают цветное изображение. Сегодня, благодаря Прокудину-Горскому, у нас есть возможность увидеть Россию начала ХХ века в цвете.



Продолжает нашу десятку великих — советский военный фотограф, автор двух величайших, знаковых фотографий Великой Отечественной войны — «Первый день войны» и «Знамя над Рейхстагом» — Евгений Халдей. Как военный фотограф, Халдей прошел всю Великую Отечественную войну, а наиболее значимые его работы были выполнены в период с 1941 по 1946 год.Фотографии Халдея наполнены чувством исторической важности. Не секрет, что многие работы фотографа, в том числе работа «Знамя Рейхстага», были постановочными. Халдей считал, что фотография должна полностью передавать дух времени и событий, поэтому спешить не нужно. Автор ответственно и основательно подошел к созданию каждой работы.


Продолжает наш список классиков фотожурналистики — Борис Игнатович. Игнатович был близким другом и соратником Александра Родченко, вместе с которым в конце 1920-х годов организовал фотообъединение «Октябрьская группа».Это было время стремлений и поиска новых форм. Творческие люди, как правило, плодотворно занимаются сразу несколькими направлениями. Итак, Игнатович был фотографом, фотокорреспондентом, режиссером-документалистом, журналистом и иллюстратором.



Далее следует величайший советский фотограф-портретист -. Наппельбаум вошел в историю фотографии как непревзойденный фотограф-студийный портретист. Наппельбаум — мастер композиционных решений, удивительно и своеобразно подошел к световой композиции, в которой все внимание зрителя сосредоточено на портрете.Как и в случае с, через чью мастерскую прошли все зарубежные знаменитости ХХ века, так через объектив Наппельбаума были величайшие представители страны советов, вплоть до Владимира Ильича Ленина. Наппельбаум пользовался огромным успехом и популярностью у хорошего фотографа. Примечательно, что именно его пригласили сфотографировать место гибели великого русского поэта — Сергея Есенина.

Продолжает нашу десятку великих советских фотографов первый российский пейзажный фотограф — Василий Сокорнов.Одним из первых пейзажистов, запечатлевших на камеру красоту русской природы, и в первую очередь Крыма, был художник по образованию и фотограф по призванию — Василий Сокорнов. Работы Сокорнова были очень популярны при жизни фотографа. Как и работы, которые всю жизнь фотографировали природу Вирджинии, работы Сокорнова по большей части посвящены Крыму. Их печатали в журналах и на открытках, разбросанных по всей России.Сегодня он считается главным летописцем природы Крыма первых десятилетий ХХ века.

Основоположник российской, советской журналистской, социальной фотографии Максим Дмитриев занимает восьмую позицию в нашем рейтинге. Жизнь и творчество Дмитриева — это история невероятного взлета и такого же невероятного падения. Уроженец Тамбовской губернии, ученик приходской школы, Дмитриев к началу 1900-х годов стал ведущим фотографом Москвы.Основатель магазина, через который проходят ведущие люди того времени — Иван Бунин, Федор Шаляпин, Максим Горький. Но мы любим и помним Дмитриева за его летопись Поволжья. Они сосредоточены на самобытности и быте и образе жизни России, умело замеченных блестящим фотографом. Падение Дмитриева было приходом к власти большевиков и повсеместным раскулачиванием. К началу 30-х годов была отобрана фотостудия художника, а также более семи тысяч великолепных краеведческих фотографий.





Иногда одна фотография может заменить 1000 слов. Талантливые фотографы знают это и знают, как проникнуть в наши сердца с помощью этого удивительного вида искусства. Искусство фотографии волнует нас уже много лет.

Сегодня у нас есть доступ к технологиям, которые позволяют даже делать красивые картинки из обычных фотографий. Мы пользуемся фоторедакторами, покупаем новейшие цифровые фотоаппараты и прикольную фотобумагу, вроде этой www.inksystem.kz/paper-dlya-plotter, для плоттера.На этой матовой бумаге мы получаем хорошие снимки и можем распечатать их на плоттере. Но чтобы стать по-настоящему талантливым фотографом, нужно нечто большее. Список самых популярных фотографов всех времен и их самых известных фотографий.

12 ФОТО

Джей Мейзел — известный современный фотограф, прославившийся своими простыми, но оригинальными снимками. Несмотря на то, что он не использует сложное освещение, ему удается делать живые и великолепные кадры.


2.Красная стена и веревка — Джей Мейзел.

Брайан Даффи был известным британским модным фотографом 60-70-х годов. В свое время он потерял интерес к фотографии и сжег большую часть своих работ, но затем к нему вернулась любовь к фотографии.



Брассай — это псевдоним Гюля Халаса, известного фотографа, прославившегося тем, что снимает простых людей. Его снимки — это выражение чистых чувств и эмоций.



Энни Лейбовиц специализируется на портретах.Фотограф прославилась благодаря сотрудничеству с журналом Vanity Fair и Rolling Stone. Ее потрясающие фотографии знаменитостей делают ее самым востребованным фотографом в мире звезд.



Джерри Веллсманн известен своими коллажами. В работах Джерри нет ни грамма фотошопа. Все это результат работы мастера фотолаборатории.


Роберт Капа известен своими фотографиями войны. Он посетил пять войн: гражданскую войну в Испании, вторую китайско-японскую войну, вторую мировую войну, арабо-израильскую войну и первую войну во Вьетнаме.


Выставка — Water Photography 2019

Фотовыставка
Водная фотография
Продолжительность выставки:
20 сентября — 2 октября 2019 Водная фотография имеет множество подкатегорий. Одни художники снимают только водные пейзажи, другие — любители подводной фотографии. Так или иначе, водная стихия придает совершенно иную атмосферу всей концепции. Сделать такие фотографии не всегда легко, но в большинстве случаев результат оказывается очень полезным.Независимо от того, находится ли фотография под водой или нет, или есть ли в ней человеческий фактор, она всегда завораживает. Перед нашими глазами открывается совершенно новый мир, неизвестный большинству зрителей. Водная фотография — это очень требовательный жанр, так как в нем есть свои трудности, решение которых не всегда бывает легкой задачей. Участвуют артисты:

Алекс Лейва Идальго # США
Александра Дамирали # Греция
Александра Гатаева # США
Алена Кузнецова # Украина
Анкута Муресан # Румыния
Антония Бардис # Греция
Архонтия Мария Мадони # Греция
Кэролайн Пеппреатин # Германия
Каролина Пеппиаттин # Германия
Кэти Алдерс-Тейлор # Нидерланды
Христос Марку # Греция
Клаудиа Миссайлидис # Бразилия
Дэвид Капибарибе # Бразилия
Дурга Гарсия # США
Элиас Галанакис # Греция
Эмма Пападогеоргаки # Греция
Фрэнсис Малаприс # Франция
Джамберэ Нордакбер # Франция
Джамберэ # Нидерланды
Исидорос Принтезис # Греция
Джеффри Скиннер # США
Джереми Бах # США
Джон Хайд и Кимберли Султце # США
Йоргос Бозинис # Греция
Джуди Мауэр # США
Джуссара Нуньес Перейра де Соуза # Бразилия
Кимилла Шеллион
Кармилла Шеллион Италия
Кармилла Шеллион Аксаопулос # Греция
Леонидас Германопулос # Греция
Лим Сау Конг # Малайзия
Сяочуань Лю # Китай
Лоррейн Битти # Новая Зеландия
Ляля Гарбоуз # Россия
Мария Никитаки # Греция
Мария Ревербери # Перу
Мария Симеониду # Греция
Марилена Стамули # Греция
Маурицио Лонго # Италия
Мейокл Рахамим Великобритания
Майкл Карман # США
Майк Хуквотер # США
Надид Гоксун # Турция
Наталья Лаврушина # Россия
Никос Сидерис # Греция
Панайота Сакеллариу # Греция
Панайотис Панотопулос # Греция
Пепе Канбейт # Испания
Полли Велдон # Испания
Полли Велдон США
Руси Сингх # Индия
Сара Мортон # Шотландия
Шарон Шон # США
Симоне Арригони # Италия
София Купман # Нидерланды
Стелиос Клеантос # Кипр
Стратос Меймаридис # Греция
Сюзетт Души # Турция
Сильвия Тирейвия # Турция
Сильвия Великобритания
Томас Гказелис # Грече
Томо Тани # Япония
Яннис Линоспорис # Греция
9 0003

.

Станьте первым комментатором

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2019 © Все права защищены. Интернет-Магазин Санкт-Петербург (СПБ)